Лаура Торн - Веление сердец

Болдуин вырвался.

– Я сам решаю, когда и с кем мне говорить, и вы не сможете мне помешать.

– Да, нет же, смогу, – возразил Кассиан Арден и встал у него на пути.

Каждый мускул в его теле был напряжен. Как стена, он возвышался между сэром Болдуином и входом в замок.

Оба уставились друг на друга. Взгляды их скрестились, как клинки.

– Пропустите меня, – прошипел сэр Болдуин. Он чуть наклонился вперед, сжал кулаки и поднял их на уровень груди.

– Нет, – спокойно и твердо возразил Кассиан. Больше он не сказал ничего, но в одном этом слове звучали вся его ненависть и весь его гнев на человека, который отнял у него все, кроме жизни. – Я больше не допущу, чтобы вы еще что-нибудь мерзкое попытались сделать этой семье. Вы принесли нам достаточно много зла, я советую вам по-хорошему, исчезнете отсюда, собирайте свои вещички, и чтобы я вас здесь больше не видел.

– Ха, – сэр Болдуин громко рассмеялся. – Вы хотите меня отослать. Вы? Жнец, который ел хлеб по моей милости. Лорд, у которого рубашка вся в лохмотьях. Негодяй, который не только не может завоевать женщину, которую он любит, не говоря уже о том, что и содержать-то он ее не может. Как вы думаете, кто вы, Кассиан? Вы полный ноль, даже меньше ноля, преступник, осужденный на смерть и сбежавший от справедливого наказания. Вы трус, жалкий бесчестный трус.

Кассиана охватила ярость. Он должен был сдержаться, чтобы не схватить Гумберта за воротник и не ударить его о стену конюшни, но пока еще было не время. Его мускулы так напряглись, что легкая дрожь пробежала по всему телу, затем он набрал полные легкие воздуха и заорал так громко, что мог бы своим криком разбудить и мертвого:

– Болдуин Гумберт, сапожник, занимавшийся мелким ремонтом обуви в Ноттингеме, я обвиняю тебя в похищении Джонатана Журдана, обвиняю тебя в ложных показаниях, разбойничьем шантаже, поджоге, попытке убийства и в воровстве.

Как Кассиан и ожидал, замок за его спиной проснулся. Он услышал, как застучали ставни окон.

– Кассиан!

Он услышал испуганный голос Катрин, услышал также Дэвида, кричавшего ему:

– Кассиан, я иду тебе на помощь.

На одно мгновение он обернулся и крикнул:

– Оставайтесь все, где вы есть, это дело между Болдуином и мной.

Эти слова он произнес за секунду, но сэру Болдуину хватило и секунды.

– Кассиан, берегись! – закричала Катрин. Молодой лорд Арден повернулся, но сэр Болдуин уже вытащил нож и держал его в поднятом правом кулаке, готовый ударить им своего противника между лопатками.

– Кассиан!

Его рука высоко поднялась и успела перехватить руку Болдуина. Мужчины упали на землю и покатились в пыли. Болдуин попытался вырваться из стальных рук Кассиана, но тот держал его, как в тисках. Свободной рукой Болдуин целился схватить Кассиана за горло, но Кассиан быстро повернулся, рука схватила лишь пустоту, и Болдуин рухнул носом прямо в грязь.

Кассиан вскочил и завел руки Болдуина за спину так, что тот с криком выронил нож. Носком сапога Кассиан отбросил его дальше и, удерживая руки противника за спиной, поднял громко кричащего Болдуина на ноги. Потом он взглянул на окна, увидел Катрин, Дэвида, Джонатана, Элизабет и Артура, лорда и леди Вайдчеп.

– Я видел, как сэр Болдуин Гумберт напал на вас со спины, – крикнул лорд Вайдчеп.

– Ну и что, – зарычал Болдуин, не признававший себя побежденным. – Разве запрещено защищаться от такого преступника?

В ту же минуту во дворе замка раздался душераздирающий крик. Никто и не заметил, что в дверях стояла Летиция. Она, вероятно, незамеченной вышла из кухни. Она стояла, прижав руки к груди, но затем она рванулась к сэру Болдуина и, если бы Кассиан не помешал ей, выцарапала бы ему глаза.

– Ты, свинья, – громко кричала она. – Ты, жалкая свинья. Это ты меня изнасиловал. О, я никогда не забуду твоего лица, я поклялась выцарапать тебе глаза. Ты лишил меня чести, ты, именно ты!

– Что? – это уже выкрикнул изумленный Дэвид. Он исчез из окна, и внезапно все пошло кувырком. Сэр Болдуин воспользовался суматохой, чтобы освободиться из рук Кассиана. Кассиан пытался одной рукой удержать беснующуюся Летицию, а другой – Болдуина. Одного мгновения хватило, чтобы тот освободился от ослабевшей хватки Кассиана, и уже в следующий момент в руке сэра Болдуина Гумберта блестел другой нож. Кассиан увидел, как тот поднял руку, увидел его холодные пустые глаза, затем он снова напряг все свои мускулы и всем своим телом бросился между Летицией и Болдуином, защищая беременную женщину собственной грудью, ее и ее еще не родившегося ребенка.

Нож ударил его в правый бок, но силы его прыжка хватило, чтобы вместе с Летицией упасть на землю и прикрыть ее своим телом.

От ярости, почти вне себя, сэр Болдуин хотел броситься с ножом, с кончика которого стекала теперь кровь Кассиана на лежавших, но Дэвид уже был тут. У него у самого в руках был нож, и он приставил его Болдуину к горлу.

– Одно движение, и ты мертв, – прошептал он хрипло, но с таким ударением, что его шепот разнесся по двору, как крик.

Прибежавший конюх в растерянности оглядывался до тех пор, пока Дэвид ему не крикнул:

– Быстро неси веревку, чтобы я мог связать этого негодяя.

Тем временем Кассиан поднялся на ноги. Он вырвал нож у сэра Болдуина и дал Дэвиду возможность повалить противника на землю, а затем поставить ему колено на грудь.

Минутой позже прибежал конюх и связал Болдуину руки и ноги. Дэвид тем временем подбежал к Летиции, которая, громко плача, стояла в объятиях леди Элизабет в открытой двери кухни.

Лорд Вайдчеп и лорд Артур тоже спустились во двор замка.

– Сэр Болдуин Гумберт, вы арестованы, я назначаю судебное заседание по поводу ваших преступлений на завтрашнюю субботу. Судебное заседание состоится в том месте, где вы совершили свои преступления и где вы были разоблачены, здесь, в замке Журданов. Будет присутствовать и сельский староста, а до этого вам придется посидеть в подвале замка.

С лица сэра Болдуина сошли все краски. Он стал белым как стена. Раньше пуританин вел себя как настоящий хам, а теперь у него коленки дрожали от страха.

– Это все недоразумение, – крикнул он жалобно. – Я хотел только защитить женщину от Кассиана Ардена.

– Закрой рот, – крикнула Летиция сквозь слезы и хотела снова кинуться на него. Леди Элизабет едва удержала ее.

– Спокойно, деточка, он не стоит того, чтобы ты так из-за него волновалась.

Кассиан еще раз твердо посмотрел в глаза сэру Болдуину, когда Дэвид и конюх уводили его, связанного, прочь, затем он плюнул ему под ноги, повернулся и бросился к Катрин, которая, едва живая, стояла, прислонясь к стене и опираясь на руку тети Сильваны.

Как будто дождь последних дней лился с неба только для того, чтобы смыть всю грязь и подготовить местность к сегодняшнему большому празднику. Несмотря на осенний день, солнце сияло по-летнему.