Крис Кеннеди - Жена завоевателя

Марк поднялся с места и принялся мерить зал шагами, описывая круги и оставляя отпечатки своих сапог возле стола. Потом остановился и посмотрел на нее.

— Почему вы здесь, Гвин? — спросил он, и каждое слово произнося так, будто пробовал на вкус, перекатывая во рту языком.

Теперь его острый ум снова заработал, и внезапно она стала объектом его внимания. Гвин глубоко вздохнула.

— Мне нужна ваша помощь.

Какое-то время царила тишина. Потом он произнес:

— Повторите это, Гвин.

Она с трудом сглотнула. Вкус во рту у нее был отвратительный.

— Мне нужна ваша помощь.

В уголках его рта появилась улыбка.

— Я польщен. Гвин отвела глаза.

— Мне надо вывезти Эсташа из «Гнезда». Он задумчиво подергал нижнюю губу:

— У вас есть план?

Она изложила тот, что продумала. Его ценность заключалась в простоте, которая, впрочем, могла обернуться и недостатком.

— Когда все остальные бароны будут приносить присягу, вы присоединитесь к ним. Вы окажетесь в замке, принесете присягу, а на следующее утро уедете. Вместе с Эсташем.

Улыбка его стала шире.

— И когда состоится эта церемония?

— Ярмарка состоится за день до свадьбы. Церемония через день после.

Он сел, обдумывая ее сообщение. Он должен был согласиться. Если не согласится…

Она подалась вперед и зашептала:

— Просто вывезите его из «Гнезда» и спрячьте. Он смотрел на нее, опираясь на спинку кресла:

— В чем дело, Гвин? Это не очень похоже на вашу обычную преданность.

Она старалась смотреть на стену за головой Марка, но ощущала его взгляд на себе.

— Вы не хотите, чтобы пострадал Соваж, — сказал он, и в его голосе она расслышала удивление и что-то еще. — Вы пытаетесь сохранить верность королю, будучи в то же время влюблены в его врага. — Он покачал головой, и в улыбке его она прочла насмешку. — Это ни в коем случае не сработает, Гвинни. Однажды вам придется сделать выбор.

— Так вы сможете сделать то, о чем я прошу? — спросила она, цедя слова сквозь стиснутые зубы.

— Через две недели?

Она смущенно кивнула.

Улыбка снова появилась на его лице.

— Я могу это сделать гораздо раньше, Гвин. Это простое дело.

Марк был совершенно не прав. Она могла почитать и короля, и Гриффина. Бог не был настолько жесток, чтобы заставить ее выбирать между ними. Чтобы оставить ее в мире без возможности искупления и спасения.

Она не сомневалась в том, что вывезти Эсташа из «Гнезда» в любом случае необходимо, и это не было вопросом лояльности. Это было способом избавить «Гнездо» от предательства, прежде чем оно убьет Гриффина.

Она натягивала поводья коня побуждая его углубиться в северные леса и следовать по едва намеченной тропе до устья пещеры, скрытой в извилистом и неровном скалистом уступе. Ветер услужливо последовал за ней внутрь.

В самом центре пещеры бил горячий серный ключ, вода которого исцеляла натруженные мышцы. Она дотянулась до ряда фонарей, расположенных по периметру пещеры, взяла один, зажгла и спустилась в прохладный тоннель.

Торопясь, Гвин прошла вдоль ряда не зажженных фонарей и выглянула из другой двери на северо-западной стороне внутреннего двора замка, как раз напротив того тайного хода, куда внесли Эсташа. Вокруг не было ни души. Она вывела во двор Ветра и заставила мерина потрусить к парадному входу в замок.

Теперь на ее пути начали попадаться люди, слуги, челядь. Они улыбались и кланялись. Замечала ли она удивление на их улыбающихся лицах? В желудке у нее возникло болезненное ощущение, трепет страха. Замедлив движение, она остановилась ослабить подпругу Ветра и сдула локон, упавший на лицо.

— Леди Гвиневра?

Она подскочила от неожиданности. Неизвестно откуда возник юный паж.

— Да, Питер?

— Сэр Алекс приказал разыскать вас, потому что милорд Гриффин возвращается, — весело прощебетал мальчик.

— Он сказан… сказал, чтобы ты нашел меня?

— Да, миледи, — пояснил семилетний паж, — Мы все знали, что вы в своих комнатах, но сэр Алекс велел найти вас.

— Благодарю, — выдохнула она и поспешила к конюшням.

Значит, Алекс знал.

Она поторопилась к конюшне и по пути прошла мимо оруженосца Гриффина, Эдмунда. За ним по пятам следовала собака.

— Миледи! — воскликнул Эдмунд.

Сердце ее бешено забилось, когда мальчик заторопился к ней.

— Я видел в ваших погребах, — сказал Эдмунд, и Гвин с трудом удержалась, чтобы не потерять сознание, — цимбалы, которые вы пожелали сохранить. Как вы полагаете, мог бы я поучиться играть на них?

Ее рука, лежащая на груди, дрогнула, лицо вспыхнуло.

— Я… я уверена, что найдется кто-нибудь, кто поучит тебя. Мой писарь немного умел играть и, возможно, кое-что еще помнит.

Эдмунд просиял:

— Благодарю вас, миледи!

— Рада тебе помочь.

Он бросил на нее озабоченный взгляд:

— Как ваша голова, миледи? Мне следовало сразу спросить об этом.

— Прекрасно, — медленно выговорила она и неуверенным шагом направилась к конюшне расседлать Ветра.

Не сделала она и сорока шагов, как рыцарь Соважа подошел к ней.

— Миледи Гвиневра!

О Господь и все святые! Неужто каждая живая душа в замке будет к ней приставать?

Она повернулась к нему с натянутой улыбкой.

— Вас ищет милорд!

Дрожь ужаса пробежала вниз по ее спине. Господи, он уже вернулся!

— Где лорд Гриффин?

— Он сейчас в холле, миледи, но сказал, чтобы вы пришли в его комнаты.

Его комнаты.

Она потратила гораздо больше времени на то, чтобы отвести Ветра в конюшню, чем требовалось, не спеша протерла его взмокшую спину пучком соломы, чтобы улучшить циркуляцию крови, помассировала усталые мышцы, наполнила ведро водой и повесила седло на горизонтально укрепленную в стене планку, чтобы позже его почистить. Сколько времени прошло с тех пор, как он вернулся? И как насчет Джерва? Видел ли его Гриффин?

Расправив плечи, она толкнула дверь в господскую спальню.

Гриффин сидел на скамье и копался в своем мешке. Он оглянулся на звук отворяющейся двери. На его лоб упала прядь темных волос.

— Гвиневра! Я искал тебя. Где ты была?

— Ездила верхом, — ответила она слабым голосом, едва не теряя сознание. — Удивлена, что ты вернулся так скоро.

Он оглядел ее с головы до ног.

— Я спешил домой.

Гвин опустилась на постель. Ноги не держали ее.

— Сначала вот это, — сказал он, потянулся к карману и вытащил связку ключей от замка. Скульптурно облепленное туникой тело казалось мужественным и твердым как камень, излучавшим мужскую силу, но именно его губительная и сладостная улыбка заставила ее сердце затрепетать. Он вручил ей ключи.

— Ты ведь хочешь, чтобы они были у тебя. Мне следовало вернуть их раньше.

На мгновение она крепко зажмурилась, потом благодарно кивнула.