Тамара Леджен - Наследница в его постели

К разочарованию Джулиана, черноволосая красавица не вернулась. Вместо нее появился слуга, огромный и уродливый, который проводил его наверх, в комнату брата. Несмотря на царивший там беспорядок, комната была уютной, с камином, где тлели угли, и окном, выходившим на улицу. Высокородный Александр Девайз лежал на постели абсолютно голый, не считая скомканной простыни. Одна его рука свисала с кровати.

Подойдя к постели, Джулиан не слишком деликатно стукнул спящего своей шляпой. Когда реакции не последовало, он взял кувшин с водой, стоявший на столике рядом с кроватью, и вылил его содержимое налицо брата.

Александр подскочил на постели.

– Проклятие! – рявкнул он, моргая налитыми кровью глазами и источая запах бренди. Его темные волосы стояли дыбом, что вряд ли входило в намерения его парикмахера. Хотя ему было всего лишь тридцать четыре года, в данный момент он выглядел на все пятьдесят. Смахнув с лица воду, он огляделся.

– Джулиан, – прохрипел он, устремив на брата мутный взгляд. – Какого дьявола?

Джулиан был краток.

– Одевайся. Отец хочет видеть тебя.

– А я не хочу его видеть, – угрюмо отозвался Алекс. – Он пытается женить меня. И угрожает лишить содержания.

– Он очень серьезно болен, Алекс, – сказал Джулиан.

– Ерунда, – возразил тот. – Он никогда не болеет. Это всего лишь очередная хитрость, чтобы заставить меня жениться на Молли Пикок.

– Надеюсь, ты прав, – сказал Джулиан. – Но наша мать ждет тебя у себя, на Портленд-плейс. С Пердитой. Где твоя одежда?

Застонав, Алекс спустил ноги с кровати и принялся шарить вокруг в поисках рубашки.

Джулиан подошел к окну в ожидании, пока брат оденется.

– Ты поедешь в Суссекс? – спросил Алекс.

– Нет, – ответил Джулиан. – Я по-прежнему отлучен от дома.

– Счастливчик! – проворчал Алекс. – Будь он действительно болен, то пожелал бы видеть тебя рядом с собой, Джулиан. Ты всегда был его любимчиком. Как мне надоело зависеть от него. Он охраняет свой кошелек, как старая дева свою невинность. Я поеду в Суссекс, но будь я проклят, если позволю ему выбрать мне жену. Была только одна девушка, на которой я хотел жениться, но она умерла.

Это откровение застало Джулиана врасплох, вызвав острое чувство неловкости, словно он подслушал что-то глубоко личное.

– Мне очень жаль, – тихо произнес он.

– Она вышла за другого, – продолжил Алекс. – И умерла во время родов. К тому же она была, в общем-то, невзрачной малышкой. – Глаза Алекса внезапно налились слезами. – Я все еще помню, как держал ее в объятиях, когда мы танцевали.

– Тем не менее, – сказал Джулиан, – жизнь продолжается.

Алекс бросил на него свирепый взгляд.

– Как ты можешь быть таким черствым?

– Ты не знаешь, что такое любовь.

– Верно, – бодро согласился Джулиан, – но мне не терпится влюбиться. В твоих устах это выглядит так заманчиво.

Алекс вышел в туалетную комнату, чтобы умыться, оставив дверь открытой.

Джулиан снова повернулся к окну, наблюдая за мужчиной, который вышел из дома. Подняв воротник, и низко надвинув на лоб шляпу, он свернул на Оксфорд-стрит и скрылся из виду.

– Извини за этот приступ сентиментальности, – сказал Алекс, вернувшись. – Надеюсь, я не очень смутил тебя.

– Все в порядке, – заверил его Джулиан. – Тем более что я не слушал.

– Отлично, – сказал Алекс с явным облегчением. Все еще полуодетый, он начал бриться.

– Алекс, – задумчиво произнес Джулиан, глядя в окно. – Это бордель, не так ли?

Алекс коротко рассмеялся.

– Если нет, то я потребую свои деньги назад, – сказал он. – Почему ты спрашиваешь?

– Я встретил внизу девушку, которая, кажется, думает, что это некая разновидность пансиона, – ответил Джулиан. – Очень красивую, воспитанную и совершенно не похожую на то, что ожидаешь встретить в подобном месте. Такое впечатление, что ее воспитали как леди, – добавил он. – Она отказывалась разговаривать со мной, потому что нас не представили друг другу.

– Ах да, – сказал Алекс, зевая. – Трогательная племянница из Йоркшира. Я слышал о ней. Предположительно ее отец был священником. Он оставил дочь на руках тетки без копейки за душой. Чтобы возместить свои потери, миссис Дин выставляет ее на аукцион в пятницу. Она пыталась продать мне билет, но, боюсь, провинциальные девственницы не в моем вкусе. Хотя, говорят, она красива. И получит хорошую цену.

– Не уверен, что понял тебя, – произнес Джулиан с негодованием. – Что означает «миссис Дин выставляет ее на аукцион»?

Алекс бросил на него удивленный взгляд.

– Ты, кажется, шокирован? – сказал он. – Даже покраснел. У девушки нет ни денег, ни связей. Ее тетка в долгах. Что еще им остается? В конце концов, это бордель.

– Это варварство, – сказал Джулиан. – Не говоря уж о том, что это аморально и незаконно.

Алекс пожал плечами.

– Это Лондон.

– Алекс, эта девушка думает, что она живет в пансионе.

– В таком случае она дурочка или лгунья, – равнодушно отозвался Алекс. – Не исключено также, что твоя утонченная красотка отлично знает, что делает. И просто пытается очаровать тебя своими невинными глазками.

– В таком случае ей нужно выступать на сцене, – сказал Джулиан. – Она замечательная актриса.

– Я не стал бы особенно беспокоиться о ней, – сухо заметил Алекс. – Если она правильно сыграет свою партию, то станет любовницей очень богатого человека, который будет обожать ее и купит ей все, что она захочет.

– Побойся Бога, – сказал Джулиан. – Она дочь священника.

Алекс презрительно фыркнул.

– Так говорят. Но кто знает, правда ли это? Не хотелось бы разочаровывать тебя, Джулиан, но в борделях часто врут. Вполне возможно, что твоя утонченная красавица даже не девственница.

– А что, если она невинна? – требовательно спросил Джулиан. – Нам надо помочь ей.

Алекс вытер полотенцем чисто выбритое лицо.

– Нам?

– А если бы та девушка, в которую ты был влюблен, попала в беду? – поинтересовался Джулиан. – Разве ты не хотел бы, чтобы кто-нибудь помог ей?

Лицо Алекса потемнело от гнева.

– Леди никогда не оказалась бы в подобной ситуации, – резко бросил он. – Тебе никогда не говорили, что надо думать головой, а не другими частями тела?

– Я беспокоюсь о ее благополучии, – натянуто отозвался Джулиан. – И это никак не связано с другими частями моего тела.

– Ты слишком беден, чтобы позаботиться о ее благополучии, – парировал Алекс. – И это напрямую связано с другими частями твоего тела. Сомневаюсь, чтобы ты стал беспокоиться о ее благополучии, не будь она так красива.

– Ты циник, – обвинил его Джулиан. Алекс угрюмо рассмеялся.

– Ты тоже станешь циником лет через десять.

– Возможно, – согласился Джулиан, – но, надеюсь, мысль о том, что молодая женщина может быть продана и куплена как вещь, всегда будет мне отвратительна. Я намерен помочь ей, даже если ты отказываешься.