Сьюзан Девис - Взгляд Ангела

Она суетливо подбежала к Заку и, взбив его подушки, удобно подоткнула их ему за спину.

— Вас, должно быть, мучит жажда, преподобный отец! — воскликнула мисс Келлог, которая не хотела, чтобы кто-нибудь превзошел ее в благородстве. Она скривила свое некрасивое лицо так, что оно стало похоже на морду шакала. — Должно быть, у вас пересохло в горле?

Она схватила со стола стакан, наполовину заполненный водой и подала его Заку.

— Вы сама доброта, мэм, — сказал Зак принимая стакан.

Он сделал небольшой глоток и неожиданно бросил на Китти Харди взгляд мужского одобрения, сверкнув своими бирюзовыми глазами.

Она покраснела еще больше.

Это его изрядно позабавило. Чтобы скрыть улыбку, он вновь поднес к губам стакан и тут, сквозь стекло увидел кислый взгляд Бет Энн. Миссис Каннингхэм проследила за направлением взгляда святого отца и тут же вся напружинилась, увидев Бет Энн, которая опиралась о дверной косяк и безучастно наблюдала за сценой, происходившей в комнате.

— Это невыносимо! — Бросив на лежащего в постели человека еще один беглый взгляд, миссис Каннингхэм с чувством добавила: — Мы должны немедленно забрать преподобного отца в город. Это единственный выход.

Бет Энн откинула голову назад и во весь голос расхохоталась. Ее смех был провокационным и одновременно оскорбительным.

— Они боятся, что я совращу преподобного отца, па!

У Вольфа был такой вид, что стало ясно — старик на грани взрыва.

— Только не под моей крышей! — вскричал он.

Проведя пальцем по шее, Бет Энн воркующе проговорила:

— Как же я, патентованная грешница, могу противостоять соблазну, если святой отец очаровал даже наших самых благочестивых дам?

Сказанные слова, заставили Мэми возмущенно воскликнуть:

— Что?! Да мы никогда… Это абсурд, бред! Самое гнусное оскорбление из всех, что нам до этого приходилось слышать!

— Вы совершенно правы, Мэми! — проговорила Бет Энн серьезным тоном и внешне абсолютно бесхитростно. — Поначалу я думала держать здесь Зака в качестве моего личного любовника, но потом увидела, что он слишком костлявый и к тому же имеет противные веснушки на… Словом, веснушки.

Это ее дикое признание вызвало еще один единый надсадный вздох и стон у трех благочестивых матрон. Вольф пророкотал страшным рассерженным голосом:

— Бет Энн!

Девушка только пожала плечами.

— Я здесь отнюдь не единственная из тех, кого очень интересует вопрос: что у мужчины в штанах. Однако, только у меня хватает мужества признаться в этом.

— Ах ты… — задохнулась Мэми. — Ах ты, развратная шлюха! Как ты смеешь сравнивать себя с нами?!

— Миссис Каннингхэм, мэм… — начал было со своей постели Зак, но был мгновенно заглушен гневными восклицаниями мисс Келлог, которые достойно продолжили тираду Мэми.

— Нет, терпеть скандальные выходки этой потаскухи и дальше нет никакой возможности для каждого богобоязненного человека, истинного христианина! — С этими словами школьная учительница выхватила пустой стакан из рук изумленного Зака и встала между ним и Бет Энн, словно рыцарь, защищающий возлюбленную от огнедышащего дракона. — Мы должны немедленно увезти преподобного отца из этого притона разврата и кощунства!

Глаза у Бет Энн сузились, и в них сверкнула ненависть. Надоедливые, самоуверенные, лезущие не в свое дело дуры! Чистят перышки и воркуют над постелью священника, строя из себя добропорядочных женщин, а между тем оклеветали ее, даже не потрудившись выслушать! Надо любой ценой помешать исполнению любых желаний этих трех дур!

— Если вам так хочется, забирайте священника! — крикнула Бет Энн. — От него больше хлопот, чем от сопливого ребенка!

— И заберем!

На разрумянившемся лице Зака, контрастировавшим с белизной подушек, отразилась тень тревоги.

— В этом нет никакой необходимости, мэм…

Бет Энн небрежно добавила, внимательно изучая свои ногти:

— Только не предъявляйте ко мне претензий, если он помрет у вас на руках.

Эти слова сильнее всего подействовали на Китти. Та словно очнулась от оцепенения.

— Умрет?! — вскрикнула она. — О, нет!

— Доктор предупреждал, что его еще рано трогать. Он нетранспортабелен и любое движение может вызвать смерть. Правда ведь, па? — стремясь подчеркнуть свое равнодушие к этому предмету, Бет Энн зевнула, даже от души потянулась, преследуя при этом еще одну цель, которой добилась: ткань ее платья натянулась и линии роскошной и соблазнительной женской груди выступили четче. — А ведь когда доктор говорил это, у преподобного отца еще не было жара, как сейчас. Посмотрите на него — налился, как помидор!

На мисс Келлог все эти известия обрушились, как снег на голову. Ее крохотный рот, казалось, уменьшился еще по крайней мере вдвое.

— Э-э… Мм-м… В самом деле, может, мы не будем принимать поспешных решений?..

— Нет, нет! От него одни только неприятности! — замахала руками Бет Энн. — Забирайте без всяких разговоров, только когда будете уносить его, смотрите, чтобы он не запачкал кровью мои чистые полы!

— О, Господи! — сдавленно проговорила Китти и закрыла своей пухлой ручкой маленький ротик, напоминавший бутон розы.

— Леди, прошу внимания!.. — загрохотал мощный голос Зака.

Мисс Келлог схватила его за руку и ободряюще похлопала по ней.

— Мы понимаем, как невыносимо трудно находиться столь достойному человеку в подобной ситуации, сэр, — а потом, обращаясь к миссис Каннингхэм добавила: — Но… здоровье преподобного отца должно быть для нас важнее всего, разве не так, Мэми?

Миссис Каннингхэм досадливо прикусила губы.

— Конечно, но… неясно, какой выход из положения окажется предпочтительнее.

— Слушайте, давайте я распоряжусь, чтобы Бак подогнал вашу коляску прямо к самому крыльцу? — вдруг предложила Бет Энн серьезным тоном. — Даю десять к одному, что в таком случае мой любовничек не успеет умереть от потери крови до Дестини. Ну, по крайней мере вы сможете организовать ему достойные похороны.

— Ох!… — простонала Китти, нервно кусая большой палец на руке. — Нет, Мэми, мы не можем на это пойти! Что, если…

— Сейчас же замолчи! — бесцеремонно приказала ей рассерженная миссис Каннингхэм. — Мы поступим единственно правильно. Неважно, какую цену нам придется за это заплатить…

— Мэм! — морщась от боли, вызванной своим собственным криком, возопил Зак. Он вырвал свою руку из цепких коготочков мисс Келог. — Я вам крайне признателен за заботу, но, к сожалению, не могу с вами ехать.

Бросив украдкой взгляд на Бет Энн, мисс Келлог наклонилась к Заку и доверительно зашептала:

— Но ведь, сэр… Столь неприличное окружение… Преподобный отец, вы не понимаете всей серьезности…

И хотя голос Зака уже ослабел, напоминая прежний крик точно также, как разбавленное водой молоко напоминает сливки, решимость была написана у него на лице. Достаточно было взглянуть на его выпятившийся подбородок и становилось понятно, что он от своего решения не отступит.