К. Харрис - Когда рыдают девы

– Мне никто не приходит на ум, – медленно произнес адвокат, когда собеседники спустились на первый этаж. – Хотя при моем ремесле нельзя быть уве… – Теннисон запнулся, округлив глаза: – Боже милостивый… Эмили.

– Эмили? – переспросил виконт.

Бледные щеки адвоката слегка зарумянились.

– Мисс Эмили Гудвин, дочь одного из моих коллег. Леди недавно оказала мне честь, дав согласие стать моей женой, хотя официальное оглашение нашей помолвки вынужденно откладывается из-за смерти ее бабушки по отцу.

– Можете рассчитывать на мое молчание.

– Да, но вы не думаете, что Эмили может грозить опасность?

– Не вижу оснований попусту волновать вашу невесту, особенно учитывая, что о помолвке никому пока не известно. – Себастьян кивнул Морею, и дворецкий открыл дверь. – Однако попросить мисс Гудвин соблюдать осторожность – мысль нелишняя.

– Я так и поступлю, спасибо.

Девлин постоял на пороге, провожая взглядом торопливо уходившего в жаркий вечер визитера, а затем поднялся обратно к жене.

– И к чему ты затеял эти проводы? – вопросила Геро, приподняв бровь, когда муж вернулся в гостиную.

Себастьян поймал себя на улыбке.

– Я подумал, что, возможно, имеется нечто, о чем Теннисону не хотелось говорить в присутствии столь чувствительной леди, как ваша милость.

– В самом деле. Ну и как, имеется?

– Нет. Единственное, Хильдеярд Теннисон питает сердечную привязанность к некоей мисс Гудвин, дочери одного из своих коллег, и теперь панически боится, как бы убийца его сестры не нанес следующий удар по возлюбленной. Подозреваю, что такие опасения сейчас испытывает каждый отец, муж и брат в городе.

– Ты считаешь возможным, что смерть Габриель как-то связана с адвокатскими делами ее брата?

– На данный момент что угодно кажется возможным.

Том прищурился на карту и, вытянув трубочкой губы, провел взглядом по изображенной пунктиром линии древних римских валов, которую Геро нанесла на примерный план современных лондонских улиц.

– Можешь разобраться? – спросил наблюдавший за помощником Себастьян. Виконт знал, что в свое время, еще до того, как из-за смерти кормильца семья Тома оказалась в отчаянном положении, кто-то научил мальчика читать.

– А то. Кажись, я даже знаю местечко, которое вы ищете. Где-то вот туточки, – мальчишка ткнул не совсем чистым пальцем рядом с Бишопсгейтом, – есть таверна, «Черный дьявол». А хозяином в ней парень по имени Джейми Нокс.

– Ты его знаешь? – удивленно посмотрел на грума Девлин.

Том мотнул головой:

– Самолично его никогда не видел, зато много чего слышал. Темный тип. Очень темный. Говорят, и одёжа у него вся черная, как у самого черта.

– Какое-то мелодраматическое позерство, – хмыкнул виконт. Для джентльмена не являлось чем-то необыкновенным облачиться на вечерний прием в черный фрак и черные панталоны. Однако строгость такого наряда всегда смягчалась белым жилетом, белыми шелковыми чулками и, конечно же, белоснежным галстуком.

– Не возьму в толк, чего это вы сказали, – признался Том, – а вот люди болтают, будто хозяин таверны как пить дать продал душу дьяволу, потому что ему чертовски везет. Я слыхал, у парня повадки, словно у кота. И слух, и зрение, как …

– Что? – подтолкнул запнувшегося подростка Себастьян.

Том сглотнул.

– Поговаривают, у него и глаза кошачьи. Желтые глаза.

Таверна «Черный дьявол» находилась в узком переулке недалеко от Бишопсгейта.

Себастьян шагал по сумрачным улицам, скупо освещенным то изредка попадавшимся шипящим масляным фонарем, то коптящим факелом, воткнутым в скобу высоко на древней стене. Здешние строения относились к временам Тюдоров и Стюартов, поскольку эта часть Лондона избежала разрушительного Великого пожара. Округа, в которой некогда обитали придворные Якова I [6] Яков I (1527-1625) – первый король Англии из династии Стюартов (годы правления: 1603-1625). Яков I был первым государем, правившим одновременно обоими королевствами Британских островов. Великобритании как единой державы тогда еще юридически не существовало, Англия и Шотландия представляли собой суверенные государства, имевшие общего монарха. , в течение последнего столетия все больше и больше приходила в упадок. Затейливые резные фасады, нависающие над тротуаром, осыпались и ветшали, пронзавшие темное ночное небо высокие витые дымоходы опасно кренились.

Днем это был район мелких торговцев: кожевников и бакалейщиков, часовщиков и портных. Но сейчас все магазины на ночь закрылись, и улицы перешли в безраздельное владение завсегдатаев винных лавок и таверн, из которых в сумрак выплескивались золотистые прямоугольники света и громогласный смех.

Напротив «Черного дьявола», в тени глубокого дверного проема в лавку набойщика Девлин остановился и окинул взглядом треугольный фасад таверны и старомодные окна с ромбовидными переплетами. К балке над входом была подвешена потрескавшаяся деревянная вывеска, изображавшая черного дьявола с желтыми глазами и остроконечным хвостом на фоне языков оранжево-красного пламени. Тронутая резким порывом жаркого ветра, вывеска закачалась на поскрипывающих цепях.

Пересекши узкий переулок, виконт толкнул дверь в шумный общий зал с низким потолком, вымощенным каменными плитами просевшим полом и почерневшими от вековой копоти дубовыми панелями на стенах. В помещении стоял густой дух табака, эля и немытых, натрудившихся мужских тел. Посетители, толпившиеся возле барной стойки и сидевшие кучками за столами, покосились на вошедшего и опять вернулись к своим кружкам, игральным костям и шашкам.

– Чего вам угодно? – окликнула Девлина молодая женщина за стойкой, проницательно оценивая визитера прищуренными миндалевидными глазами. Темноволосая, симпатичная, с крупным алым ртом и нежной белой грудью, соблазнительно возвышавшейся над глубоким вырезом атласного малинового платья, она выглядела немногим старше двадцати лет.

Себастьян пробрался сквозь толпу и пристроился у стойки вполоборота, чтобы видеть общий зал. Среди лавочников и работяг, уличных торговцев и мелких воришек виконт в замшевых бриджах, белоснежном галстуке и изысканного кроя сюртуке из батской шерсти выделялся, словно существо из другого мира. Остальные посетители немного отодвинулись, освобождая пространство вокруг новоприбывшего.

– Рюмку джина, – заказал Себастьян, подождал, пока барменша поставит перед ним выпивку, и добавил: – Я ищу Джейми Нокса. Он здесь?

Красотка за стойкой вытерла руки о высоко повязанный на талии фартук, не сводя глаз с посетителя.

– А вы кто такой?

– Девлин. Виконт Девлин.

Она постояла какой-то миг, не выпуская фартук из рук, затем мотнула головой себе за спину: