Лора Вальден - Принцесса маори

— Со мной все хорошо, — возразила Ева.

— Не нужно геройствовать, — ответила Хариата и нежно погладила Еву по щекам. Это прикосновение словно вывело девушку из оцепенения. Внезапно Ева ощутила всю тяжесть того, что произошло с ней. Она отчаянно закричала:

— Он погиб! Адриан погиб! Ты понимаешь, он погиб!

— Ты видела его? — спросила Хариата, но Ева не слышала ее. Громко всхлипывая, она выкрикивала страшные проклятия.

— Сейчас приведу доктора, — сказала Хариата и выскочила из комнаты.

Через несколько секунд девушка вернулась с врачом. За ними в комнату бросилась Люси.

— Капли? — спросил врач. — Где капли?

Но Ева не отвечала ему.

— Поищите у нее в карманах капли, — велел Хариате доктор.

Девушка тут же протянула ему лекарство. Он влил его Еве в рот прямо из бутылочки. Прошло немного времени, и она успокоилась.

— Что с ней? — спросила Люси, которая за всем наблюдала широко раскрытыми от ужаса глазами.

— Она сейчас уснет, — ответил доктор Веббер.

Он оказался прав. Спустя некоторое время Ева уснула.

— Что с ней?

— Ничего серьезного. Это просто…

И врач неохотно стал рассказывать о землетрясении и разрушенном универмаге «Роачс», о том, как Ева не нашла мужа ни среди живых, ни среди мертвых. Пока доктор говорил, Люси тяжело опустилась на край кровати.

Едва доктор умолк, она сдавленным голосом попросила его:

— А у вас нет такого же средства для меня?

Врач дал женщине лекарство, благодаря которому Ева спокойно уснула. Потом попросил Люси лечь на кровать рядом с девушкой.

— Он был внуком этой пожилой дамы, — шепнула Хариата после того, как Люси задремала.

— Пожалуйста, окажите мне любезность, — сказал доктор Веббер. — Останьтесь здесь. Когда они проснутся, им понадобится поддержка. Пожилая дама к тому времени осознает, что произошло. Будет лучше, если рядом окажетесь вы. Харакеке я возьму с собой. Я взял бы и вас, но возлагаю большие надежды на целительские способности маори, хотя меня могут не понять. Вы тоже член этой семьи?

— Нет, все мои родственники лежат вместе с другими погибшими в Ботаническом саду. У меня никого не осталось.

Врач пристально посмотрел на нее, потом нежно погладил по волосам.

— Этот день никто из нас никогда не забудет. Среди погибших оказалась и девушка, на которой я хотел жениться, но у меня не было времени, чтобы оплакивать ее. Я нужен живым.

Хариата стояла неподвижно и удивленно смотрела на доктора. Потом девушка присела у кровати, терпеливо ожидая, когда проснутся обе женщины. Странное чувство охватило ее. Она только что потеряла всю семью, но судьба свела ее с Евой и этими женщинами-маори, с которыми Хариата чувствовала странную связь.

Лето стояло во всей красе. Но голубое небо и яркие солнечные лучи совершенно не сочетались с настроением тех, кто был на католическом кладбище. В этот день Люси оказалась не единственной, кто хоронил своих близких.

Совсем рядом погребали доктора Томаса. Люси не сомневалась в том, что Джоанна должна быть похороненной в семейном склепе. Там уже лежали Том, Томми и первый муж Джоанны. Еще до того как Люси узнала, что доктор Томас намеревался сделать с ее внучкой в кладовой, она считала, что место в склепе есть только для Джоанны. Единственное, чего Люси никогда в жизни не могла бы предположить, так это то, что ее приемная дочь умрет раньше нее.

Еву знобило. И дело не в том, что соседнее дерево отбрасывало прохладную тень. Береника вдруг произнесла:

— Я скоро вернусь. Там рядом хоронят доктора Томаса. Я окажу ему последнюю честь.

Харакеке, Люси, Хариата и Ева удивленно взглянули на нее. В который раз за последние дни у Евы возник вопрос: уж не выдумала ли Береника историю с изнасилованием? Или события последних дней просто вытеснили происшедшее с ней из памяти? Ева склонялась ко второму: все свидетельствовало о нападении на Беренику. Такие синяки возникают только в том случае, если кто-то с силой раздвигает женщине ноги. Харакеке была в этом совершенно уверена. Об этом свидетельствовал и тот факт, что ранее Береника довольно подробно описала Еве нападение.

Но как тогда она могла добровольно отправиться к могиле своего мучителя? Ева предполагала, что Береника просто хотела постоять рядом с Даниэлем, который понятия не имел о том, что сотворил его отец. Люси пригласила его на поминальный обед.

У Люси была мысль символически захоронить в склепе и Адриана: его следов так нигде и не обнаружили. Люси была уверена, что он стал одной из жертв землетрясения, чьи тела просто раздавило обломками зданий. Но Ева отказывалась верить в гибель Адриана. Девушка даже настаивала на том, что она как жена должна принимать решение, хоронить мужа или нет. В этом ее поддержала Харакеке.

— Подождите полгода, похоронить его никогда не поздно, — советовала она Люси.

Харакеке догадывалась, почему Люси так поспешно хочет попрощаться с ним. Смерть Адриана на самом деле ранила ее сильнее, чем она показывала. Он с самого детства был для Люси вторым Томми. Он разительно был похож на ее первенца.

Ева стояла перед могилой тетки Джоанны, лицо ее словно окаменело. Слезы больше не текли. За последние две недели она выплакала их по Адриану. Ева не уставала ходить в госпиталь, где оказывали помощь жертвам землетрясения. Она ездила даже в Окленд, в надежде, что мужа могли перевезти туда на корабле. Но все напрасно!

Ева резко отвернулась от могилы и пропустила мимо ушей окончание погребальной речи священника. Она смотрела в сторону могилы доктора Томаса. Там говорил речь еще один священник, а рядом стояли, взявшись за руки, Даниэль и Береника. «Вел бы он себя так, если б знал, на что решился его отец в алкогольном угаре?»

Когда они уходили с кладбища, то повстречались с ними. Даниэль выпустил руку Береники и поспешил к Еве. Они молча обнялись.

— Мне очень жаль, — выдавил из себя Даниэль спустя минуту. — Но, может, он еще жив! Я слышал, что вы поженились перед самым землетрясением. Ужасно!

— Это так несправедливо! — всхлипывала Ева. — Ужасно несправедливо!

Она расплакалась в объятиях Даниэля. Потом он обратился к бабушке Люси и выразил соболезнования. Ева спрашивала себя, обратил ли Даниэль внимание на то, что никто их них не выразил ему соболезнований.

В сад на Камерон-роуд, который теперь снова принадлежал только им (посторонние люди разошлись по домам или переехали к родственникам), Хелена вынесла кофейный столик и накрыла его. Все молча расселись. Даниэль явно хотел быть рядом с Евой, поэтому быстро занял место возле нее. Ева же оставляла его для своей подруги Хариаты. За это время девушки очень сдружились. Ева уже знала, что Хариата влюблена в доктора Веббера, и, судя по всему, он тоже не был безразличен к ней. Ева принимала участие в погребальной церемонии, посвященной семье Хариаты, в общинном доме ее племени в Вайохики Мараэ. Девушку впечатлил торжественный погребальный ритуал маори. Люси и Харакеке сопровождали Еву. Ева не могла не заметить, что на похоронах этих незнакомых людей она переживала больше, чем на похоронах тетки Джоанны.