Жюльетта Бенцони - Ты, Марианна

Когда она вышла на пляж, ее глаза уже привыкли к темноте.

Луны не было, но усеянное звездами небо светилось молочным светом, который отражался в море. Марианна торопливо сбросила с себя одежду и, укрытая только своими длинными волосами, побежала к воде, не снижая скорости, зашлепала по ней и нырнула вниз головой. Чудесная прохлада приняла ее в свои объятия, и она едва не закричала от радости, так вдруг ей стало хорошо. Ее еще недавно разгоряченное тело словно растаяло и обрело невесомость. Никогда купание не казалось ей таким приятным. Когда она в детстве купалась на пустынном пляже Девона или в реке в парке Селтона, вода бывала значительно холоднее и часто доводила ее до слез под надзором безжалостного старого Добса. Эта же оказалась именно такой, как нужно, чтобы освежить и приласкать кожу и вернуть ей радость жизни. Она была такой чистой и прозрачной, что в глубине различались ее ноги, скользившие, как светлые тени.

Перевернувшись на живот, она поплыла к середине небольшого залива. Ее руки и ноги непроизвольно обрели прежнюю ловкость движений, и она легко рассекала воду, время от времени останавливаясь, чтобы растянуться на спине, с полузакрытыми глазами смакуя наслаждение, решив продлить его до усталости… сладкой усталости, благодаря которой она сможет наконец уснуть как дитя.

Именно во время одной из таких передышек она услышала приближавшийся к ней тихий равномерный плеск. Она сразу же установила: кто-то еще плыл по заливу! Приподняв голову, она заметила направлявшееся к ней темное пятно. Там был кто-то, кто, видимо, следовал за ней, чьи шаги, возможно, она недавно слышала в саду! Внезапно сообразив, как опрометчиво она поступила, отправившись купаться одна, среди ночи, в незнакомой местности, она хотела вернуться на пляж, но загадочный пловец свернул к ней. Он плыл мощно и стремительно. Если она будет двигаться в этом направлении, через несколько мгновений он перехватит ее… Он явно стремился отрезать ей путь к возвращению!

Совершенно обезумев, она предприняла жалкую попытку избавиться от неизвестного, крикнув по-итальянски:

— Кто вы такой?.. Убирайтесь прочь!

При этих словах она захлебнулась соленой водой, попавшей ей в горло. Незнакомец даже не приостановился. В тишине, и эта тишина была ужаснее всего, он приближался к ней. Тогда, потеряв голову, она пустилась в бегство, прямо вперед, направляясь к одному из выступов залива в надежде ступить на твердую землю и избавиться от преследователя. Она была так напугана, что даже не пыталась догадаться, кто бы это мог быть. — Промелькнула мысль, что это греческий рыбак, который не понял ее слов и, возможно, посчитал, что она в опасности!.. Но нет, после того как она обнаружила его присутствие, он продолжал приближаться к ней уже тихо, медленно… почти тайком.

Берег приближался, но и расстояние между пловцами заметно сокращалось. Марианна теперь почувствовала, что усталость сковывает ее движения. Сердце болезненно билось в груди. Она поняла, что силы ее на исходе и нет другого выхода, как отдаться в его руки или утонуть.

Внезапно она заметила прямо перед собой узкий проход в небольшую, защищенную скалами бухту. Собрав остатки энергии, она устремилась в нее, но незнакомец уже настиг ее. Он уже был совсем рядом, большая черная тень, в которой она не могла ничего разобрать. Ужас оборвал ей дыхание, и в момент, когда две руки протянулись к ней, Марианна ушла под воду…

Она вскоре пришла в себя, чтобы испытать странное ощущение: она лежала на песке в полной темноте, в объятиях мужчины.

Он был полностью обнажен, как и она, ибо всем телом она прикасалась к чужой коже, гладкой и теплой, скрывавшей мощные мускулы. Она видела только более плотную тень перед глазами и, когда инстинктивно раскинула руки, коснулась скал с боков и над головой. Без сомнения, ее внесли в низкий и узкий грот. Почувствовав себя заключенной в каменном мешке, она в страхе хотела закричать. Но крепкий, горячий рот заглушил ее крик…

Она попыталась сопротивляться, но объятия сжались сильнее, парализуя ее, тогда как неизвестный стал осыпать ее ласками.

Уверенный в своей силе, он не торопился. Его прикосновения были осторожными, но умелыми, и она поняла, что он старается разбудить в ней непреодолимое любовное возбуждение. Она хотела сжать зубы, напрячься, но мужчина обладал необычайным знанием секретов женского тела. Уже исчез страх, и Марианна ощутила, как от ее поясницы теплыми волнами поднимается томительная дрожь, охватывающая мало-помалу все ее тело. Поцелуй не прерывался, становясь удивительно приятным… и под этой лаской, вдыхая его дыхание, Марианна слабела… Как странно обнимать Тень! Она ощутила, как постепенно вжимается в нее могучая, полная силы и жизни плоть, однако впечатление было такое, словно она занимается любовью с призраком. Колдуньи далекого прошлого, рассказывавшие, как ими овладевал дьявол, должны были переживать подобные моменты, и, может быть, Марианна могла бы посчитать все это необычным сном, если бы эта плоть не была такой твердой и горячей и если бы кожа невидимого любовника не испускала легкий, но вполне земной запах свежей мяты. К тому же он постепенно достиг своей цели: закрыв глаза, вся во власти самых примитивных любовных потребностей, Марианна теперь стонала под его ласками. Повелительные волны наслаждения поднимались в ней все выше и выше, пока не затопили ее полностью… Она пылала, как солнце, когда мужчина дал волю желанию, которое сумел так долго сдерживать.

Раздался двойной вскрик… и это было все, что Марианна услышала от своего невидимого любовника вместе с беспорядочным стуком его сердца, бившего в грудь, как в барабан. В следующий момент, прерывисто дыша, он отполз в сторону и исчез…

Она слышала, как он убегал. Галька зашумела под его ногами.

Она быстро приподнялась на локте, как раз вовремя, чтобы заметить высокую фигуру, которая бросилась в море. Раздался сильный всплеск, и все… Мужчина не произнес ни единого слова…

Когда Марианна выбралась из укрывавшей их с неизвестным каменной дыры, она ощутила в голове пустоту, а в теле удивительное успокоение. Она испытывала ошеломившую ее странную радость. То, что произошло, не вызывало у нее ни чувства стыда, ни угрызений совести, возможно, из-за молниеносного исчезновения ее любовника. Нигде не было ни малейшего следа его присутствия. Он растаял в ночи, в море, откуда он появился, так же беззвучно, как утренний туман под лучами солнца. Кто он, Марианна, несомненно, никогда не узнает. Он мог быть одним из греческих рыбаков, как она уже подумала, одним из тех, кого она встречала после прибытия на остров, красивых и необщительных, сохранивших в себе что-то от древних богов Олимпа, умевших захватить врасплох простых смертных. Он, безусловно, увидел, как она спустилась к морю и поплыла, и последовал за ней. Результат упоителен, как эти море и ночь…