Саманта Джеймс - Торжество любви

Сабрина попыталась сесть, но со связанными руками и ногами сделать это оказалось очень трудно. Хотя шнур на запястьях глубоко врезался в нежную кожу, боль не чувствовалась, потому что руки давным-давно затекли.

Девушкой овладел страх, и она отчаянно, но безнадежно пыталась с ним бороться. Сердце билось тревожно. Его удары были глухими и частыми. Сабрина вглядывалась в темноту, которая казалась беспросветной. В черной, как сажа, пещере было сыро и холодно. Хотелось бежать сломя голову. Сабрине удалось встать, так велико оказалось желание вырваться на волю. Но удержать равновесие со связанными ногами она не смогла и, упав, сильно ушибла плечо.

По щекам потекли горячие слезы. Грудь содрогалась от беззвучных рыданий. Темнота грозила поглотить, растворить в пустом, непроницаемом чреве. Сабрина не могла ни о чем думать. Дыхание вырывалось толчками. Она потеряла счет времени, не ощущала пространства, как будто перенеслась в детство, когда отец запер ее в подземелье крепости.

— Думала, я ни о чем не узнаю? — сказал он. — Утром тебе следовало стоять на коленях в церкви и молиться в тишине и покое. А ты где была? В конюшне!

— Папа! — кричала она. — Папа, умоляю!..

— Нечего меня умолять. Может, впредь ты станешь послушной!

— Папа, прошу тебя, прости! Я., правда, больше не буду! Прости меня, пожалуйста! Обещаю, буду послушной!

— Ну нет! Ты, девчонка, совершенно испорченна. Нечестива, как грех, и тебя следует наказать.

Дверь с треском захлопнулась, заточив ее в темноте. Она бессильно осела на пол. Иен ее выдал… Иен, который обещал, что ничего не скажет. Она возненавидела его навсегда…

Ухо Сабрины уловило какой-то звук, и он вернул ее к действительности. Инстинктивно девушка чувствовала, что прошло немало времени. Глаза широко распахнулись. Ее колотила дрожь, даже пальцы заледенели. Во рту пересохло от кляпа. В пещере по-прежнему царил непроглядный мрак, и ей приходилось бороться с подступающим страхом. По временам Сабрина говорила себе, что утро непременно наступит. Нужно только дождаться. Но вместе с ним пожалуют и они — английские разбойники, враги, а это страшнее темноты.

Она непрестанно успокаивала себя, твердя, что не следует поддаваться панике. Надо искать способ убежать, даже если Иен мертв.

Иен… Ее сердце сжалось. Грудь разрывали едва сдерживаемые рыдания. Как бы ни противилась она замужеству, она не желала ему смерти.

Тишину ночи разорвали громкие крики, и у Сабрины на затылке зашевелились волосы. В пещере что-то переменилось: слева показался трепещущий огонь, послышались шаркающие шаги, и над девушкой нависла громадная тень. Сабрина моргнула: от непривычного света стало сильно резать глаза.

Пришедший оказался Роландом, и Сабрина заметила, что в руке он держит кинжал. Но разбойник воспользовался им только для того, чтобы перерезать путы у нее на ногах.

— Пошли! — приказал он. — Эдуард зовет. Девушка вздрогнула: ноги пронзила сильная боль, точно в икры впились тысячи железных осколков. Роланд то толкал, то тащил ее и наконец выпихнул из пещеры.

У входа теплился маленький костерок, вокруг которого образовался кружок неяркого света. Тощий стоял от Эдуарда в нескольких шагах, но четвертого грабителя нигде не было видно. Сабрина заметила, что бандит едва держится на ногах, и только тут до ее ноздрей донесся обволакивающий запах крепкого эля.

Из тени выступила высокая фигура.

Это был Иен.

Сердце Сабрины подпрыгнуло, но на этот раз от облегчения. Кляп заглушил ее радостный крик.

И тут она услышала голос главаря: — Значит, ты готов хорошо заплатить за то, что мы вернем лошадей? А как насчет женщины?

Иен не удосужился даже посмотреть на жену.

— Мне нужны лошади, а не женщина. Я рад, что сумел от нее избавиться.

У потрясенной Сабрины расширились глаза. Эдуард был тоже явно обескуражен.

— Но… ты говорил, что она твоя жена?

— Так оно и есть. Но я понял, что в жене нет никакого проку.

— Значит, ты не будешь возражать, если мы продадим ее за приличную цену?

— Нисколько.

От ярости Сабрина сдавленно замычала. Главарь повернул к ней голову, и эта ошибка стоила ему жизни.

Огонь от костра отразился в сверкнувшем металле. И в следующую секунду кинжал Иена глубоко вонзился разбойнику в горло.

— Бедфорд! — панически закричал тощий.

— Если Бедфорд — тот, что смотрел за лошадьми, — спокойно проговорил Иен, — то он не придет, потому что его кинжал по рукоятку сидит у него в груди.

Не говоря ни слова, разбойник повернулся и скрылся в темноте. Зато Роланд с оглушительным ревом бросился на Иена, но шотландец легко увернулся и, оказавшись за спиной противника, схватил его за голову. Моментальный рывок руками — и Сабрина услышала отвратительный хруст.

Без единого стона Роланд повалился на землю.

Все случилось в считанные секунды. Сабрина смотрела на происходящее широко раскрытыми глазами: ее поразила легкость, с какой Иен расправился с разбойниками, и еще она почувствовала восхищение и страх от того, что она замужем за таким человеком.

Иен подскочил к ней и вытащил кляп изо рта. Сабрина долго пыталась, но никак не могла членораздельно что-либо выговорить.

— Ты… ты их убил, — наконец выдавила она из себя.

— Да! — Его глаза возбужденно блестели. — Убил! И скажу тебе откровенно, мой меч способен на большее. Разве я не лучший воин в Шотландии?

— Ты… ты слышал, — возмутилась Сабрина. — Ты был в сознании!

В улыбке Иена не чувствовалось ни капли раскаяния. Напротив, он наслаждался мгновением. Грудь вздымалась от гордости. Он ее спас и теперь рассчитывал на благодарность. Но ответ Сабрины был совсем не таким, какого он ожидал.

— Дьявол тебя побери! — Ее глаза вспыхнули пылающей ненавистью. — Почему ты не подоспел раньше? Ты мог бы их остановить! Меня бросили в пещеру! Закрыли в темноте!

Иен ошеломленно застыл. Черты лица Сабрины исказились, в голосе появились истеричные нотки. В следующую секунду она накинулась на него, стала молотить по груди, бешено ругалась, маленькие кулачки так и летали перед его глазами.

— Сабрина!

Он попробовал унять девушку, но в той неожиданно проявилась недюжинная сила, порожденная яростью и чем-то еще, чего он понять не мог.

— Сабрина! — Взгляд Иена обострился, по спине пробежал холодок.

Но было не похоже, что она его слышит, наоборот, девушка продолжала отбиваться с удвоенной силой. Иен не хотел сделать ей больно, но выбора не оставалось. Он обвил ее руками, заставил опуститься и собственным телом прижал к земле. Девушка кричала и извивалась, пока у нее не кончились силы. Тогда он тихо позвал: — Сабрина.

Она открыла глаза, и Иен увидел, что они потемнели от боли. Пальцем за подбородок приподнял ее голову, заставив посмотреть на себя, и только тогда заметил на ее щеках следы слез.