Эдит Лэйтон - Возвращение графа

Кристиан улыбнулся:

– Ты облегчил мне душу, не только кошелек. В тот день я его видел; не думал, что он такой болван, чтобы разбиться ради представления. Спасибо. – Он протянул старику заработанные монеты, тот взял и притронулся рукой к шляпе.

– Теперь можем идти, – сказал Кристиан Джулиане. – Я удовлетворен. Это тот пункт, который я должен был прояснить.

Она с любопытством смотрела на него.

– Твоя кузина сказала, что я видел этого акробата в Лондоне. Я хотел доказать, что она ошибается. То, что мы видели, был одноразовый показ.

Джулиана улыбнулась, и они ушли. Кристиан обернулся, и она вслед за ним. Он посмотрел на старика, с которым они разговаривали, и старик подмигнул, Джулиана остолбенела.

– Земля неровная, – быстро сказала она, чтобы как-то объяснить свою заминку и скрыть сомнения. Старик подмигнул, чтобы показать, что дело сделано? Или он проявил дружеские чувства, когда деньги согрели карман? Она избегала взгляда Кристиана и смотрела под ноги. – Как ты думаешь, Софи с Хэммондом уже ждут у кареты? – спросила она.

– Скорее всего.

Кристиан остановился. Она увидела, что они стоят позади палатки одни. Он вывел ее из толпы.

– Наконец-то, – с удовлетворением сказал он и коснулся губами ее губ.

Она знала, что не должна его целовать, нельзя обнимать и прижиматься к нему. Но она также знала, что губы у него теплые, нежные и что нет ничего лучше, чем его крепкие объятия.

И хотя у нее были закрыты глаза, она знала, что солнце сияет и вокруг сотни людей, которые могут застать их врасплох. И что потом она пожалеет об этом. Поэтому она и огорчилась, и обрадовалась, когда он ее отпустил.

– Извини, но я отказываюсь давать представление для публики.

Она огляделась. Вокруг не было ни души.

– Вылезай, – устало сказал Кристиан, подняв голову. – Покажи свою мерзкую рожу. Я видел твою тень и, клянусь, слышал, как ты дышишь.

Долговязый светловолосый человек со сломанным носом вышел из тени и усмехнулся.

– Странно, что вы могли расслышать мое дыхание, вы так пыхтели, сэр! Добрый день, мадам. – Он поклонился Джулиане. – Кто бы вы ни были. Потому что можете мне поверить, я вас не знаю и никому не скажу.

– Лучше не надо, – буркнул Кристиан. – Безымянная леди, позвольте представить вам капитана Энтони Бриггза. Этот негодяй следит за каждым моим шагом, видимо, для того, чтобы оберегать общество. Его наниматель – сквайр, его хозяин – сам дьявол. Только не говори, что за другим деревом прячется сыщик.

– О Боже, нет, конечно. – Энтони с показным страхом оглянулся по сторонам. – Последний раз, когда я его видел, он крался за вашей кузиной, леди, чтобы убедиться, что она в безопасности. Он знает, с какой стороны хлеб намазан маслом.

– Как и ты, – буркнул Кристиан. – Но если Мерчисон сел им на хвост, тому должна быть причина. – Он поджал губы. – Ступай обратно на ярмарку, посмотри, что там с ними. Я скоро буду – если они не ждут нас в карете. – Он обратился к Джулиане: – Я отведу тебя. Если они там, поедем назад к сквайру. Если нет... – Он взял Джулиану за руку и повел вверх по склону.

Их ждал только кучер.

– Залезай и оставайся здесь, – сказал Кристиан. Голос у него стал резким и холодным. – Я вернусь. Жди. – И он, широко шагая, направился к ярмарке.

Кристиан точно знал, куда идти, – туда, где люди столпились, как муравьи вокруг краюхи хлеба. Он протискивался, работая локтями, вдогонку слышал угрозы и восклицания, которые прекращались, стоило человеку увидеть его лицо. Он не видел ни Софи, ни Хэммонда, ни Бриггза, но толпа была слишком плотной, чтобы можно было на что-то рассчитывать.

Все следили за дракой. Окруженные толпой, две цыганки орали друг на друга, обе черные и экзотичные, но молодые и необычайно красивые. Их лица пылали злобой. У одной блузка была разорвана от плеча, и точеную грудь мог видеть каждый мужчина, которому удалось пробиться поближе. Она не обращала на это внимания, а толпа затаила дыхание в предвкушении драки.

– Последний раз я тебя предупреждаю – держись от него подальше, слышишь? – завопила цыганка и выхватила из-под юбок длинный сверкающий нож. Толпа дружно выдохнула и сдвинулась еще плотнее.

– Ага, и что ты сделаешь? – с натянутой улыбкой сказала другая, откинув с обнаженных плеч длинные черные волосы.

– Точеные! – шепнул кто-то на ухо Кристиану. Кристиан не повернул головы.

– Да, красивое зрелище. Твердые, как яблочко. И представление разыгрывают грамотно. Две красивые распутные девки вот-вот набросятся друг на дружку, от этого люди всегда теряют рассудок. Если он у них когда-нибудь был. Берегите кошелек, мистер Мерчисон. Это обманный маневр. Пока они будут кататься по грязи с задранными кушам юбками, их приятели примутся шарить по карманам. Пока идет пьеса, они всю толпу обчистят.

– Думаете, я этого не знаю? – удивился Мерчисон. – Зачем же вы меня тогда взяли?

– Как знающего человека. – Кристиан оглядывал толпу. – Так где наши влюбленные, мисс Уайли и Хэммонд?

– Это они-то влюбленные? Они больше похожи на двух головорезов, как эти красавицы-цыганки. Вон они, напротив нас, рядом с толстяком с седыми усами. Она выглядывает из-за спины Хэммонда, он ее туда засунул, чтобы она не смотрела на то, чего не следует видеть леди, а мисс Уайли готова оторвать ему голову, чтобы не заслоняла зрелище.

– Ах да. – Кристиан увидел Хэммонда и Софи на другой стороне импровизированной арены и улыбнулся тому, как она пытается отпихнуть своего защитника. – Пожалуй, она причинит ему больше вреда, чем цыганки. Пойду вытащу их отсюда. Забава забавой, но никогда не знаешь, чем она обернется. Могут затолкать и нанести увечья. Деревенщина уже напилась, подобные шутки могут обернуться бунтом.

– Вы знающий человек, – восхитился Мерчисон. – Я вам помогу.

Кристиан проталкивался сквозь толпу, когда услышал первый вопль, но не со стороны дерущихся цыганок. Ему удалось пробиться еще на три шага, и он увидел, как краснорожий гуртовщик толкнул пылавшего злобой фермера. Кристиана толкали и крутили, пока он добирался к месту, где видел Софи с Хэммондом.

Как он и предполагал, в толпе было слишком много пьяных, страсти накалились, и началась свалка.

От удара кулаком Кристиан покачнулся и получил два других. Выдернув сюртук из рук пьяного увальня, заслонившего путь, он сбил его с ног и двинулся дальше. В ушах звенело от воплей и криков. Его ударили чем-то по голове, он потрогал ее и ощутил под пальцами влагу. Он понадеялся, что это плевок пьяницы, орущего ему в ухо, отпихнул его, не оглядываясь, протолкнулся дальше; главное – не останавливаться.

Кристиан толкался, пинался, один раз кого-то стукнул, пробиваясь туда, где в последний раз видел Софи с Хэммондом. Она была в красном, это он помнил. Он увидел красный платок гуртовщика, красный жилет клерка, вишневое перо на шляпке молодухи-крестьянки, красную юбку цыганки и, наконец, Софи, вцепившуюся в Хэммонда.