Амелия Грей - Недотрога

После того как они с тетушкой поприветствовали хозяев бала, тетушка Пифани сказала:

– Я вижу миссис Манчестер! Изабелла, дорогая, пойдем поприветствуем ее.

– Иди, тетушка, пообщайся с ней. Я вскоре присоединюсь к тебе. Хочу убедиться, что захватила с собой свою бальную карточку.

Изабелла отошла в сторону и остановилась возле стены. Как это не похоже на нее! Печалиться было не в ее привычках. Да что с ней такое?! Ничего подобного с ней не случалось с тех самых пор, когда ее отец уехал со своей новой женой в путешествие по Европе. Изабелла пережила тогда ужасное разочарование и теперь полагала, что сумела стать гораздо сильнее и мудрее, чтобы переживать вновь и позволить этим чувствам испортить ей жизнь. Ей слишком нравилось жить в Лондоне. Так к чему печалиться и расстраиваться из-за пустяков?

Изабелла открыла свой ридикюль, и первое, что она увидела, был белый носовой платок. Как могла она забыть про него? Надо было давным-давно отдать его Гретхен, прямо в тот самый вечер, когда они обнаружили бездыханное тело мистера Трокмортена в саду у лорда Гленингуолда. Должно быть, событий, последовавших за тем вечером, было так много, что о платке она попросту позабыла.

Изабелла достала платочек и начала аккуратно складывать его, чтобы потом отдать Гретхен. Изабелла в задумчивости погладила пальцами вышитую монограмму в уголке платка. Шелковыми нитками там были вышиты инициалы. Изабелла едва не ахнула от изумления. Это были не инициалы Гретхен!

Первая буква была «А», а последняя «Р». Она нашла платок, который не принадлежал ни Гретхен, ни ей самой!

В душе Изабеллы вспыхнула искорка надежды. Они еще встретятся с Дэниелом! Загадки не закончились! В саду, кроме Гретхен, совершенно определенно находилась еще одна дама. И возможно, она встретилась там с мистером Трокмортеном.

Изабелла положила сложенный платочек обратно в свой ридикюль и повернулась, чтобы поскорее найти Дэниела, если, конечно, он был среди гостей. Ей непременно надо было сообщить ему потрясающую новость. И тут девушка столкнулась лицом к лицу с Томасом Райтом.

– Ох! Простите меня!

– Прошу меня простить, мисс Уинслоу. Это целиком и полностью моя вина, – поспешно проговорил Томас. – Я как раз собирался поприветствовать вас, когда вы так неожиданно сами повернулись ко мне.

Изабелла улыбнулась высокому худощавому мужчине, который чуть смущенно смотрел на нее.

– Я нисколько не пострадала, мистер Райт. Как поживаете?

– Благодарю вас, прекрасно. А вы?

– Превосходно! Спасибо. Он чуть нервно улыбнулся:

– Хотел бы сказать, что вы сегодня выглядите очаровательно, мисс Уинслоу.

– Какой приятный комплимент, мистер Райт, а вы, как и всегда, просто ослепительны.

Его щеки слегка порозовели от ее слов. Он немного помолчал, а потом все же решился сказать:

– Я хотел поблагодарить вас за то, что вы приглашаете Аманду к себе на чай. Она так застенчива и получает крайне мало приглашений на балы. Что бы ни говорили, я думаю, для нее пошло на пользу общение с вами и всеми теми девушками, которые составляют ваше Общество любительниц чтения.

– Благодарю вас, мистер Райт. Я и сама так думаю. Аманда чудесная девушка, – сказала Изабелла, считая, что все, кто посещал ее литературный салон, изменились за последнее время в лучшую сторону и стали гораздо более уверенными в себе. – Мы счастливы, что она общается с нами. Скажите, а сегодня она здесь?

– Да. Она со своими подружками отошла подкрепиться в буфетную комнату.

– Очень хорошо. Непременно повидаюсь с ней попозже.

Изабелла улыбнулась, но следующей фразы, которая могла бы поддержать светский разговор, не произнесла. Она хотела как можно скорее откланяться и попытаться найти Дэниела, однако, прежде чем она успела попрощаться с Томасом, возле них остановился несносный Брэдфорд Тернбери.

– Добрый вечер, мисс Уинслоу. Привет, Томас, – поздоровался с ними мистер Тернбери, однако на Томаса Райта он даже не взглянул – он не мог отвести восхищенного взгляда от Изабеллы.

Томас Райт и Изабелла вежливо ответили на приветствие мистера Тернбери.

– Надеюсь, я не прерываю вашу важную беседу? – с усмешкой поинтересовался Брэдфорд.

– Ничуть. – Изабелла нашла в себе силы не только ответить ему, но даже улыбнуться, хотя чувствовала, что с каждой минутой сохранять благодушно-вежливый вид ей все труднее и труднее. – Я как раз спрашивала у мистера Райта, как поживает его сестра Аманда. Вы знакомы с ней, мистер Тернбери?

– Да, прелестная молодая леди. Уверен, вы, как брат, ею очень гордитесь. – Он посмотрел на мистера Райта, а после снова устремил взгляд на Изабеллу: – Дорогая мисс Уинслоу, не откажете ли вы мне в любезности потанцевать со мной сегодня вечером? Если, конечно, Томас не расписал вашу бальную карточку до отказа!

– Ох!

С языка Изабеллы уже готов был сорваться отказ, как краем глаза она заметила проходящих мимо Дэниела и Гретхен. Он здесь! И он был великолепен! Одет безупречно – настоящий денди, который одевается в костюмы неброских цветов, предпочтительно черные или коричневые, элегантные, без излишней вычурности, но сшитые исключительно из дорогих и качественных тканей. Единственный яркий акцент, допустимый в костюме денди, – это яркая жилетка. У Дэниела она была из белой парчи. И конечно же, накрахмаленный белоснежный шейный платок, завязанный замысловатым узлом.

Сердце Изабеллы забилось быстрее. И тут, совершенно неожиданно, она поняла, почему всякий раз, когда Дэниел оказывается рядом, с ней творится что-то непонятное. Ответ тому может быть один. Должно быть, она влюбилась в него!

Влюбилась? Возможно ли это?

С чего она взяла, что это так? Нет, нет! Этого не может быть! Изабелла отказывалась в это верить.

Изабелла решила еще два года назад, что никогда не позволит своим чувствам взять верх над разумом. Ей слишком нравилось жить в Лондоне, и ни о каком возвращении к тихой сельской жизни она и не помышляла. Ей совсем не нужна была любовь мужчины, чтобы сковать ее по рукам и ногам брачными обязательствами. Она мечтала быть свободной в выборе делать то, что ей нравится. Ну хотя бы как ее тетушка Пифани. Ее вполне устраивала та жизнь, которую она вела сейчас. Меньше всего Изабелле было нужно, чтобы лорд Коулбрук нарушал ее покой и заставлял усомниться в правильности выбранного ею жизненного пути.

А смешанные чувства, что она испытывает, глядя на Дэниела, – это все оттого, что они вместе начали расследование весьма загадочного убийства и что теперь, когда возникли новые обстоятельства, дело может принять новый оборот и они снова могут объединить свои усилия.

Изабелла подождала с минуту, пока Дэниел не оказался настолько близко, чтобы услышать ее ответ, и сказала мистеру Тернбери: