Шеннон Дрейк - Опаленные сердца

– Отец здесь ни при чем, ты, грязный ублюдок, убийца. Это тебе за Далей.

– Шлюху? – недоверчиво спросил Бешеный Бык.

Прозвище вполне соответствовало его внешнему виду. Широченные плечи, короткие ноги и маленькая по сравнению с мощным торсом голова.

– Женщину, – негромко произнес Иен.

– Парень… проклятье.

Не успел Джои вскинуть руку, а Бык уже прыгнул на улицу, держа наготове пистолет. Йен не стал медлить. Уже собралась толпа, и, если бы Бешеный Бык убил юношу, все бы подтвердили, что он сделал это, обороняясь, потому что Джои начал стрелять первым.

Йен ударил парня рукояткой кольта по голове, и тот упал на землю.

– Ты вовремя убрал мальчишку с дороги, – ухмыльнулся Бешеный Бык. – Теперь нам никто не помешает, да, Макшейн?

– Похоже, что так.

Улица мгновенно опустела, ставни захлопнулись, на дверях щелкнули запоры. Горожане были любопытны и старались не пропускать зрелищ, но никому не хотелось стать жертвой.

– Я слышал, ты один из наших героев-южан, Макшейн? – насмешливо спросил бандит. – Почему тебя не убили на войне, говорят, ты был в самых опасных местах?

– А ты, я слышал, был среди головорезов, воевавших за северян. Мне тоже жаль, что ты не схлопотал себе пулю, но сейчас я попытаюсь исправить эту несправедливость.

– Когда я покончу с тобой, то займусь еще одной потаскушкой. Но ее трогать не буду. Твою маленькую вдовушку я отдам Кэшу Уэзерли. Он так этого хочет. На время, конечно. А может, передумаю и побалуюсь с нею до того, как отдать старику. Он, правда, хорошо платит, но добыча всегда достается победителю. Она дьявольски лакомый кусочек.

– Вряд ли ты ее получишь. Ты не успеешь даже коснуться моей жены, как окажешься по дороге в ад.

– У нее такое нежное тело, мне не терпится его поскорее увидеть.

– А мне не терпится увидеть тебя в преисподней, – тихо произнес Макшейн.

Силы были равными, и оба это знали.

– Я не думал убивать тебя так скоро, – лениво сказал Бешеный Бык, – но сегодняшняя ночь тоже подойдет.

– Пусть Бог решит, – ответил Йен, кладя палец на спусковой крючок.

– Ну, давай, – рявкнул Бешеный Бык. Два выстрела слились в один, эхом прокатившись по безлюдной улице.

– Эрон, возьми себя в руки.

– Ты истекаешь кровью, а я должен спокойно на это глядеть?

– Да нет же, – гневно прошептала Энн. – Это всего лишь царапина.

– Дай мне посмотреть рану. – Лучше принеси мою одежду. Далси или Коко остановят кровь, ее не так уж много.

– Все, это наша последняя вылазка, – заявил он.

– Эрон… – Энн замолчала и прислушалась. Ей показалось, что на главной улице стреляют. – Ты слышал выстрелы?

– Я ничего не слышал.

– Не может быть. Я уверена, что выстрел был.

И не один.

– Энни, сейчас нужно волноваться только о выстреле, который чуть не убил тебя. Какими же мы были идиотами. Но теперь все. И позволь мне осмотреть рану.

Он помог ей снять плащ, расстегнул блузку и начал стирать носовым платком кровь.

– Господи, рана, кажется, опасная.

– Эрон, пожалуйста, я сама все сделаю.

Тот покачал головой, его красивое лицо помрачнело.

– Я нарву бинтов из твоей нижней юбки, а ты пока сядь, ведь ты не держишься на ногах.

Усадив ее на кучу соломы, он принес ее одежду и начал рвать одну из юбок.

– Встань, Энни, мне нужно тебя перевязать. Может, придется позвать доктора.

– Ни в коем случае! Если кто-нибудь догадается о наших делах, нас обоих тут же повесят.

– Извини, но я не могу позволить тебе умереть. Доктор сейчас необходим, а я скажу, что ранил тебя случайно.

– Нет.

– Почему? Твой муж убьет меня?

– Эрон!

– Я схожу за доктором.

– Пусть мною сначала займется Далей, а потом я что-нибудь придумаю. Допустим, я по неосторожности ранила себя.

– В такое место?

– Эрон, тебе нельзя в этом участвовать.

– Тогда придумай что-нибудь получше.

– Предположим, мы наткнулись на апачей.

– А что мы делали ночью в горах? Энн задумалась.

– Я каталась верхом, а ты… ты ехал по делам, мы случайно встретились… – Она замолчала и покачнулась.

– Нужно принять срочные меры, иначе объяснение уже не потребуется. Ты умрешь от потери крови.

Энн больше не возражала. Опираясь на его плечо и стиснув зубы, она смотрела, как он перевязывает рану.

– Ее необходимо промыть.

– Не беспокойся, я не собираюсь умирать. Позову Коко, она мне поможет.

– Тогда об этом узнает Ангус, а значит, и твой муж.

– Остается Далей. Заканчивай, нужно торопиться.

– Готово.

Повернувшись спиной, Энн с трудом начала одеваться.

– Зарой это в сено.

Эрон отнес мужской костюм в дальний угол конюшни и тщательно спрятал. Вернувшись, он увидел, что кузина лежит, вытянувшись на охапке соломы.

– Энни, ты похожа на смерть.

– Благодарю. Помоги мне встать. Мы не должны задерживаться. Может, нас еще не хватились.

Энн старалась дышать пореже: каждый вздох причинял боль.

Внезапно она замерла. Ей показалось, что они в конюшне не одни, хотя не слышала даже шороха.

В дверях стоял Йен. Несмотря на скудость освещения, она заметила в его глазах холодное бешенство.

– Йен, – выдавила она.

– Да, любовь моя, – ответил тот, глядя на Эрона.

– Макшейн… – начал молодой человек.

– Убери руки от моей жены. Эрон отступил в сторону.

– Макшейн…

Энн вскрикнула, увидев, как муж достает один из своих кольтов.

– Йен, нет!

– Нет? – повторил он. – Я устал от убийств. На войне я убивал врагов. На Западе довольно трудно разобрать, кто твой враг. Во всяком случае, я никогда бы не подумал, что мои враги – тапер в салуне и собственная жена.

– Йен, – прошептала она.

– Но ты права. Я никогда не горел желанием убивать. И сейчас не стану тратить пули на Эрона. Я просто сверну ему шею вот этими руками, а потом разберусь с тобой.

В его голосе было столько ненависти, что Энн оцепенела от ужаса. Посмотрев на револьвер, Макшейн сунул его обратно.

– Какой же я осел, – горько произнес он и взглянул на Эрона. – А ты сукин сын.

– Ты действительно осел. Эрон пришел, чтобы позвать меня в салун. Я на тебя рассердилась, поэтому хотела взять лошадь и прокатиться верхом. Можешь спросить у Гарольда, я…

– И у Далси, конечно, тоже. Но она сейчас занята с Джои Уэзерли.

Энн облегченно вздохнула.

– Эрон не виноват.

– Энн, я сам могу все объяснить.

Йен повернулся в его сторону.

– Убирайся!

Ей показалось, что сейчас он растерзает Эрона. Хотя кузен был отнюдь не трус и при случае мог за себя постоять, но противник вроде Макшейна ему не по зубам.

– Йен, ты не понимаешь, что делаешь!

– Не понимаю? Да, мне следовало понять все гораздо раньше. Вы постоянно вместе, постоянно о чем-то шепчетесь. Так замечательно спелись. Теперь-то все ясно. Вы долго отсутствовали, а сейчас я застаю вас в конюшне наедине, и он тебя одевает. Чего же тут не понять?