Кэндис Робинсон - Тин

— Привет, красотка. Я, кажется, околдован, — услышала она голос рядом с собой. — Я и не знал, что люди работают в этой части Оза.

Дороти едва ли смогла бы пошевелиться, когда встретилась с карими глазами мужчины-фейри, у него были чёрные блестящие волосы, острые уши и изогнутые рога, как у фавна.

— Извините, я зашла на несколько минут.

— Я никогда не был со смертной, но, думаю, мне не составит труда войти в тебя. Я заплачу, сколько пожелаешь, — промурлыкал он, а глаза Дороти расширились от удивления.

Прежде чем она успела ответить, раздался голос:

— Убери от неё руки. Она не работает, и она моя.

— Прости, Фалин. Я не знал, что она занята, — угрюмо сказал он. Убрав руки с плеч Дороти, он развернулся на своих копытах и отправился к красному бархатному дивану, где сидела группа нимф и кормила друг друга зелёными фруктами.

Дороти сосредоточилась на поисках нимфы в канареечно-желтом платье и такой же ленте в абсидиантовых волосах. Нимфа Фалин схватила её за запястье и потащила в тёмный угол гостиной, где стояло два стула с высокими спинками.

Фалин толкнула Дороти на одно из стульев и нависла над ней.

— Как твоё имя? — глаза нимфы, цвета мха внимательно изучали её.

Дороти пришла сюда, чтобы найти нимфу, но, как оказалось, та тоже искала её.

— Зачем оно тебе?

— Просто так.

Тин велел бы ей молчать, но его не было рядом, поэтому она будет принимать решения сама. Кроме того Фалин спасла её от фавна.

— Дороти.

Губы нимфы приоткрылись в удивление, она понесла руку ко рту, глаза засветились ликованием.

— Ты Дороти Гейл? Это так? Он ищет тебя.

Дороти замерла и оглядела комнату в поисках Тина с топором в руке, но его нигде не было.

— Кто? Кого ты имеешь в виду?

— Кроу, — ответила Фалин. — Он был здесь недавно и спрашивал о тебе. Я не видела его, но Чара сообщила мне, что он разыскивал Железного Дровосека и человеческую женщину. Потом до меня дошло, что я видела вас обоих.

Дороти оживилась и в нетерпении наклонилась вперёд.

— Мне нужно найти его. Собственно, я пришла сюда, чтобы найти припасы и отправиться за ним в Изумрудный город. Где он? — она оглядела комнату, но там не было никого похожего на Кроу. Возможно, он был в одной из других комнат борделя.

— Он уже ушёл, но он говорил Чаре, что собирается на юг.

Дороти встала со стула.

— Мне нужно торопиться, чтобы догнать его, — чем скорее она уйдёт, тем больше шансов заставить его в дороге.

Фалин положила руку на плечо Дороти.

— Хоть теперь ты и не идёшь в Изумрудный город, но Юг не менее опасен, чтобы идти туда с пустыми руками.

— Мне нечем заплатить, — она похлопала руками по карманам комбинезон, зная, что ничего кроме пыли там не было. — Возможно, я могу дать тебе что-то взамен?

— Ты Дороти Гейл, — улыбнулась нимфа. — Ты уничтожила Злую Ведьму Запада, и, несмотря на то что все в руинах, я верю, что ты сможешь все исправить.

Чего фейри страны Оз никогда не понимали, так это того, что Дороти была всего лишь девочкой. Серебряные туфельки дали ей силу победить ведьму. И любой, кто одел бы эти туфли, смог бы победить её, но никому не было до этого дела. Она вспомнила тот момент, когда вернулась в Оз и обнаружила статую в свою честь. Если она снова получит туфли, то, возможно, поможет им.

— Следуй за мной, — Фалин повела её по узкому коридору, расписанному золотыми листьями и медными цветами. Со всех сторон Дороти слышала стоны и крики, доносившиеся из-за задернутых красных занавесок.

Фалин раздвинула занавески, за которыми Дороти увидела большую кровать, столик и платяной шкаф. Из-под кровати Фалин вытащила мачете в ножнах. Она протянула его Дороти.

— Можешь взять его себе.

— Ты уверена? — спросила Дороти, закрепляя его на спине. Она привыкла к винтовке, но пули могли кончиться.

— Да.

Она взглянула на Фалин и протянула ей нож.

— Я знаю, что это не равная сделка, но прошу, возьми хотя бы это.

Фалин повертела клинок в руках.

— Маленький, незаметный. Никто не увидит его приближения, если понадобится использовать.

Дороти надеялась, что Фалин не придётся им воспользоваться.

— Если придёт Тин, не говори ему, что я была здесь.

— На самом деле он не так давно был здесь, — Фалин внимательно смотрела на Дороти с чем-то похожим на сочувствие.

— Был здесь? — с сомнением сказала Дороти, но запах благовоний борделя был тем самым, которым вчера пах Тин, когда вернулся в гостиницу.

— Да, — ответила она. — Он взял одну из наших нимф.

Тин не был пьян, он был опьянен сексом. А может и тем, и другим.

— Ох, — это было словно удар в грудь. Она не могла не представить обнаженного тела Тина, влажного от пота и разгоряченного от прикосновений. Не с ней. С другой.

Дороти отогнала болезненные мысли и сосредоточилась на Кроу. Теперь, когда она знала, что ей не придётся пробиваться через Изумрудный город, она надеялась, что её задача станет легче.

— Спасибо, Фалин.

— Никогда не благодари фейри, — Фалин свирепо посмотрела неё. — Но в данном случае, пожалуйста. Держи голову на плечах. Даже с Глиндой на Юге не менее безопасно. Почти все бежали оттуда.

— На Востоке все не очень хорошо. Неужели Юг хуже? — Тин не раз говорил ей, что все изменилось.

Фалин кивнула и, казалось, хотела сказать что-то ещё, но Дороти торопилась.

Попрощавшись, Дороти вышла из борделя в звездную ночь. Она ступил на жёлтую дорогу, с каждым шагом ощущая все ее осколки и трещины.

Ей следовало думать о поисках Крой, но она не могла выбросить мысль о Тине в объятиях другой женщины. Её охватил такой гнев, которого она не ожидала, давая ему подписывать себя, и рванула с места. Дороти не хотела мешкать, она хотела добраться до Кроу, как можно быстрее, поэтому побежала. Вместе они доберутся до Глинды. Но её не покидал страх. Что если Пугало изменился также как и Тин?!

Бах — бах. Бах — бах.

Ритмичное биение сердце вывело Тина из сна. Его тело не привыкло к этим ударам изнутри. Он не ожидал, что его сердце застучит в груди, и не хотел, но сейчас он чувствовал себя, как никогда живым. Его сердце стало каменным так давно, что он уже не помнил этого чувства, когда сердце ритмично стучит в груди.

Тин подумал, что его сердце сразу окаменеет. Но он ошибся, Волшебник сыграл с ним злую шутку. В течение двух лет биение его сердца замедлялось, пока, наконец, однажды он проснулся и понял, что оно перестало биться. Его сердце окаменело не из-за проклятия. Она ждало. Ждало возвращения Дороти. Всё, что требовалось, это её прикосновение, искреннее и бесстрашное.

Тин потянулся на слишком маленькой для него кровати и хрустнул затекшими суставами. Подушка пахла мочой, но это было не самое худшее, на что он клал голову. Дровосек испытывал облегчение от того, что выспался, и от того, что Дороти, как обычно не лежала на нем.