Анна Минаева - Удача для Евы [СИ]

Бродить во тьме, пусть и в облике духа, мне не хотелось. Все же мало ли что тут может водиться. Пусть оно мне и не сможет навредить, но нанести психологическую травму — вполне.

Выбрав один из костров за ориентир, направилась к нему. То ли удача, то ли совпадение, но именно возле него сидел «Халк» и жарил кусок мяса, нанизанный на толстенную ветку.

И он был не один. Возле Шакхарда на задних лапках сидел аратэх, прижав длинные ушки к рыжей спине.

Вот это поворот! Мне же сказали, что они все то ли вымерли, то ли переселились куда-то.

— Ну что, малец, есть будешь? — с хохотом поинтересовался мужчина у зверька.

Тот пискнул и подсел ближе. «Халк» голыми руками взялся за поджаренный кусок мяса, оторвал от него половину и положил перед котокролем. Тот ещё раз пискнул, словно благодаря, и впился зубами в горячую пищу.

Я села у костра, с интересом наблюдая за тем, как человек и магический зверь поглощают мясо. Если бы я тут сидела в теле, то наверняка бы захлебнулась слюнями, такой аромат соблазнительный исходил. Но я благодарила свою удачу за то, что сижу тут в облике духа и не чувствую голода.

Аратэх оторвался от своего куска и повернул мордочку в мою сторону.

— Здрасте, — кивнула я ему, — сделай, пожалуйста, вид, что меня тут нет.

Зверёк фыркнул и вернулся к еде.

— Что такое? — всполошился Шакхард. — Опасность?

Аратэх успокоительно заурчал, почти как кот, и впился острыми зубками в мясо.

«Халк» расслабился, глядя на зверька, и тоже вернулся к поглощению позднего ужина.

— Знаешь, малец, — засмотревшись в костёр, заговорил мужчина, — этот Турнир будет не так прост, как кажется. Пусть участников осталось не так и много, но они очень сильны.

Аратэх зарычал, прерывая Шакхарда на полуслове, и кинулся в мою сторону.

Отскочить я не успела, а котокроль остановился в метре от меня и грозно зашипел.

— Мне это слышать не надо? — усмехнулась я, глядя зверю в чёрные глаза-бусины.

Рычание перешло в громкое фырканье, а длинный жёлто-рыжий хвост овил лапы.

Шакхард уже стоял на ногах, в руках сжимая огромный железный молот. И откуда он его только вытащить успел? Тёмные глаза «Халка» осматривали каждый миллиметр у костра, пытаясь обнаружить нарушителя.

— Рассей магию, — прошептал он, ни к кому толком не обращаясь.

Но котокроль его услышал и ударил хвостом по земле, выбивая комья грязи и травинки.

Я уже думала, что меня вновь подкинет вверх невидимой силой, а следующие три дня я проведу лёжа пластом в спальном мешке, но обошлось. Просто ничего не произошло.

— Не магия? — хмыкнул Шакхард. — Что же тогда тебя так вывело из себя, зверёк?

Но аратэх ему не ответил, даже не повернул голову в сторону говорившего, продолжая сверлить меня взглядом.

— Ладно, болтайте, — я медленно встала с земли, — не смею вам мешать.

Котокроль проводил меня взглядом и только после этого издал странный клокочущий звук, словно сообщая «Халку», что опасность миновала.

Надо будет спросить потом у Олана про аратэхов. Видимо, не все так просто, как рассказывали мне Ката с Мореном. И почему этот котокроль так спокойно общался с Шакхардом? Да я более чем уверена, что мужчина понимал все его странные звуки, как слова.

До того момента, как придворный чародей бесцеремонно растолкал меня, я бродила по округе, но к костру, у которого сидел «Халк» с котокролем, не приближалась.

— Ева! Вставай! День на дворе!

Я, не открывая глаз, очень тихо и медленно рассказала мужчине, что думаю о нём и о его семье до седьмого колена, и только после этого встала.

Маг пробормотал что-то о дурном воспитании и покинул палатку. Я зажмурилась от яркого солнечного света, который ворвался в шатёр, пока медленный чародей выходил на улицу, и только после этого свернула свой «спальный мешок» и вышла вслед за Оланом.

Мужчина нашёлся у берега реки, где сидел на камне и всматривался в голубые волны, на которых отблесками танцевали солнечные лучи.

— То есть ты разбудил меня в такую рань, чтобы полюбоваться красотой природы? — уточнила я, останавливаясь позади полуэльфа.

— Мы выдвигаемся после того, как ты поешь и сменишь обувь, — отозвался он.

— Я не голодна и менять свои балетки ни на что другое не собираюсь.

— Я все же советую тебе прислушаться к Шакхарду и взять у него запасную пару сапог, — продолжил говорить Олан, даже не удостоив меня взглядом.

— Сапоги летом? Нет уж, спасибо, я откажусь.

Мне почему-то сразу вспомнились «модницы» в плетёных сапогах под шорты. Зрелище не для слабонервных. А тут мне предлагают обычные кожаные высокие ботинки, да ещё и не понятно с кого снятые. На такое я точно не соглашусь.

— Как знаешь, — Олан со скоростью молнии сорвался со своего булыжника и устремился в сторону лагеря.

Бегать за ним мне уже порядком поднадоело, но не время было выказывать своё «фи». Вот вернёмся в его поместье вместе с артефактом, и тогда я все выскажу этому заносчивому остроухому чародею.

Именно с такими мыслями я потопала вслед за магом, надеясь, что он все же додумается притормозить и дождаться свою удачу. Но разумом от этого субъекта даже не пахло.

Олан дошёл до дальнего костра, того самого, где я ночью встретила «Халка» и аратэха, поднял с земли нечто похожее на рюкзак только с одной лямкой и направился дальше по своим делам.

Первым желанием было просто сесть на задницу, протянуть ножки и послать все далеко и надолго.

— А ты чего тут? — громовым раскатом позади меня прозвучал голос Шакхарда.

Я даже почти не испугалась. Этот мир не только мне нервы расшатал, но и закалять начал. Хоть какая-то польза. Теперь если меня в переулке остановят парни в спортивных штанах и поинтересуются, не травлю ли я свои лёгкие дымом и смолами, я спокойно покачаю головой и потопаю дальше.

— Видишь вот того полуэльфа, — кивнула я головой в сторону удаляющегося от реки Олана. — Вот он даже не вспомнил о том, что надо меня подождать. Если его что-то не устраивает, так пусть справляется сам.

«Халк» захохотал так, что с верхушек деревьев слетели птицы, а может быть и листья. Утерев выступившую слезу, он заговорил:

— Ох и строга ты с ним, Фэатурнд. Он, между прочим, ради тебя в этот Турнир ввязался.

— Да я в курсе про артефакт. И не ради меня, а ради себя. Чем быстрее он выполнит клятву, данную созидательному народу, тем быстрее я от него отстану и верну удачу.

Шакхард как-то странно смерил меня взглядом, но ничего не ответил.

— Но ты решил сделать из него Героя, — продолжила рассуждать я. — Зачем тебе это?

— Потому что именно из-за этой мечты он так усердно учился. Он хотел доказать богам, что даже полукровки могут стать значимыми личностями.

Ага, значит, у нашего чародея ещё и комплексов полный мешок. Просто шикарно.