Анна Минаева - Удача для Евы [СИ]

— Неужели никто никогда мантикор не убивал? — я последовала за чародеем, который, о чудо, не летел впереди паровоза, а над его плечом маячил небольшой светляк, освещая камни под ногами ровно на два шага вперёд.

— Были случаи, — Олан отвечал мне, а сам прислушивался к тишине, которая повисла в каменном мешке и была уж очень подозрительной. — Но кто тебе расскажет, каким именно оружием или заклинанием удалось победить монстра?

— И много у вас тут мифического зверья? — свернула я на интересующую меня тему. — Драконы, мантикоры, аратэхи.

— В твоём мире знают о них? — проглотил наживку чародей.

— Драконы очень распространены в фильмах и книгах, мантикоры попадаются намного реже, а вот про аратэхов я узнала только тут, да и то у всех разные сведения на их счёт.

— Конечно, разные, — отозвался мужчина, — потому что любят люди приукрасить то, что услышали краем уха. Что тебе там сказали? Что аратэхи вымерли? Или что сбежали из нашего мира потому, что владеют и созидательной, и разрушительной силами, потому не пережили войну и ушли искать счастья? Бредни это все. Аратэхи все ещё среди нас, только научились скрываться. А людям лишь бы языками трепать.

Я вспомнила Кату, которая не очень-то и на человека походила, не то что на сплетницу, но вслух произнесла совсем другое:

— А что это вообще за звери такие? А то столько слов, а все равно ничего не понятно.

— Можешь считать их хранителями баланса. Они стараются поддерживать мир между созидательными и разрушительными народами, но сложно что-то сделать, когда приходится притворяться обычным рыжим котом.

Услышав некую двойственность в его словах, я ахнула.

— Я ведь прав, Ева, за тобой увязался один аратэх?

— Могу я узнать, как давно ты об этом знаешь?

Олан слегка сбавил шаг:

— Для начала, ты бы не интересовалась вещами, которые тебя не касаются напрямую, это я уже усвоил. Во-вторых, перед домом твоей дриады крутился странный рыжий кот, от которого исходила чересчур мощная аура обеих магий. Да и сегодня Шакхард сказал, что поймал одного из представителей этого народца возле нашей палатки. Так что, Фэатурнд, как тебе удалось приручить такое своенравное существо?

— Он поранил лапку, а я помогла, — ответила я, не особо вдаваясь в подробности. — Но почему аратэх не попадается мне на глаза? Лишь иногда удаётся вскользь увидеть.

Я промолчала о том, что моё «вскользь» выглядит как приведение.

— Раненый подпустил к себе человека? — удивился Олан. — Звучит не очень убедительно, но пусть будет именно так. А на твой вопрос я отвечу развёрнуто, ничего не утаивая, — маг сделал ударение на последние слова. — Аратэх решил отплатить тебе добром за добро и теперь охраняет от неприятностей.

— И от чего может защитить котокроль? — это было не слишком уважительно с моей стороны, но что сказала, то сказала.

— О, много от чего, — чародей даже не думал укорять меня за тон. — Аратэхи спокойно могут оберегать сны, вылечивать болезни, защищать от разбойников и спасать из лап монстров. Не недооценивай их. Это только с виду аратэхи комки шерсти на лапах.

Я хохотнула, ведь Олан сейчас полностью озвучил мои мысли о том, как выглядят зверьки и какое впечатление производят. Что он сказал? Оберегать сны? Так вот почему они видят меня во время ночных блужданий. Хотя, если так посудить, то это один и тот же аратэх.

— Хорошо, — протянула я, — а как Шакхарду удалось поймать столь мудрое и сильное существо?

— И его ты недооцениваешь, — фыркнул мужчина. — В жилах Шакхарда течёт настолько намешенная кровь, что ни одна магия не может его отследить или определить, что он за вид. Думаю, аратэх просто не принял его за живое существо, потому так беспечно и бродил.

— А он не навредил котокролю? — изобразила я запоздалый испуг.

— Нет. По словам Шакхарда, они даже поделили пищу и мило побеседовали до самого утра, а потом аратэх испарился.

Значит, «Халк» умолчал о том, что аратэх почувствовал меня. Но почему котокроль на меня шипел и прогонял? Вряд ли ему было дело до тайн человека.

— Вчера вообще была необычная ночь, — хмыкнул Олан, продлевая наш разговор. — Говорят, что Ночь Бурь очищает землю, но безопасно на ней ровно сутки, а потом вылезают самые страшные твари, которых смыло божественной водой и сожгло божественными молниями. Вчера по лагерю бродило несколько необычных созданий, но живым людям они навредить не могли. Потому Шакхард даже не пытался с ними сражаться.

Это он сейчас на мой неозвученный вопрос ответил или просто так совпало? Определённо надо заиметь какой-нибудь амулет, который будет скрывать мои мысли от несносного остроухого засранца. А то ещё подслушает что-нибудь не то, а мне потом красней и заикайся.

Но от мыслей, за которые мне наверняка пришлось бы краснеть, отвлёк яростный полный злобы рык. И только тогда я вспомнила, что не на прогулку вышла, а на бой в качестве талисмана для того самого остроухого засранца.

— Держись позади и не высовывайся, — приказал чародей, оставил мне светляк, а сам скрылся во тьме.

Вот те здрасте! Даже пожелания удачи не дождался, а я ведь бы не отказала. Я, собственно говоря, тут для этого я и нахожусь. Но Олан приказал не рисковать, а значит — смысла бежать за ним попросту нет.

Решив, что раз я вновь по собственной дурости попала в неприятности, то стоит хоть что-то сделать для того, чтобы из них выбраться, начала просить Тартелию о помощи и благосклонности, взывала к удаче и мысленно направляла её в сторону придворного чародея. В то, что Олан может не справиться, я не верила. Просто не допускала такой мысли.

Как бы я ни старалась не бежать за мужчиной, шаг сам ускорялся. Над плечом горел магический светлячок, под ногами скользили камни и мелкие косточки. А где-то впереди шёл бой.

Я уже угадывала силуэт человека, вырисовывающийся на фоне сияющей белой сети. Она прижимала к камням поистине чудовищного зверя. По габаритам я бы сравнила мантикору с самолётом. Из-за нехватки освещения я видела только гигантскую косматую морду льва, но и этого мне было достаточно.

Олан что-то кричал, но рычание зверя заглушало его слова. А я вперилась взглядом в мужской силуэт и желала ему столько удачи, сколько никогда ни у кого не было.

— Ты не проиграешь какой-то кошке, — шептала я, сжимая кулаки. — Не станешь её обедом, а станешь победителем. Давай же, маг, покажи ей, кто тут коврик для ног!

Чародей взмахнул рукой, а сетка, захватившая в плен чудовище исчезла. Растворилась в воздухе.

Я даже пошевелиться не смогла. Ужас холодным языком прошёлся по спине и прошептал на ушко что-то о скорой смерти.

Нет-нет-нет!

Скрестив пальцы, я с утроенной силой направила поток везения в сторону Олана. Он не может проиграть! Не погибнет! Ему меня ещё домой возвращать!