Ольга Иванова - Элитная семерка

— Здесь же свободно? — спросил он как ни в чем не бывало и сел рядом со мной.

— Ты будешь есть здесь? — спросила я, придя в себя. Радость от встречи смешалась с недоумением и растерянностью.

— Ты против? — спросил он, приступая к еде.

— Нет, но… — я посмотрела на стол Семерки, где сегодня, в кой-то веке, собрались все члены. За исключением самого Тайлера. И судя по взглядам в нашу сторону, его новое местоположение уже успели заметить. Впрочем, остальные студенты тоже, не скрывая любопытства, косились на Вейтона.

— Я просто подумал, что ты наверняка не захочешь сесть за мой стол, — между тем проговорил Вейтон. — Поэтому пришел к тебе сам. Ешь, — он взглядом показал на мою тарелку. — Приятного аппетита, — а это уже было сказано моим оробевшим друзьям.

Первым пришел в себя Тим, ответив уже спокойно:

— Спасибо, — и вернулся к своей еде.

За ним последовали Роб и Аннети, но в полном молчании.

— Как экзамен? — не обращая внимания на атмосферу за столом, спросил Вейтон.

— Сдала, — я улыбнулась. — На отлично.

Он в ответ тоже улыбнулся и посмотрел на меня с такой нежностью, что мне стало неловко, хоть и очень приятно. Дальше ужин продолжался в молчании. Вейтон невозмутимо ел и с интересом посматривал на притихших Роба и Аннети. Я же молила богов, чтобы кто-нибудь из них не затеял какой конфликт.

— Прогуляемся? — предложил Вейтон, когда мы перешли к десерту.

— Конечно, — согласилась я.

— Тогда жду тебя снаружи, — он поднялся. — Надо с Джулианой перекинуться парой слов. Не задерживайся.

— Значит, я был прав, — заговорил Роб, стоило Вейтону отойти. В его глазах полыхал недобрый огонь. — Ты и он…

— Да, я и он, Роб, — ответила, допивая чай. Снаружи я оставалась спокойной, а вот внутри все было натянуто от напряжения. — Если вы все ждете от меня каких-то объяснений или оправданий, то их не будет. Не вижу для этого причин. А другое, полагаю, вам не интересно, — я подавила вздох и тоже встала из-за стола. — Увидимся позже…

— Поговорила с друзьями? — встретил меня Вейтон на улице. — Они, кажется, были мне не рады, — он усмехнулся.

— В последнее время мы как-то не очень ладим, — ответила я с грустной улыбкой.

— Из-за меня?

— Нет, нет, — я покачала головой. — Вернее, не только…

— Тот парень, Роберт, кажется… Он влюблен в тебя, да? — Вейтон, не стесняясь проходящих мимо студентов, приобнял меня за плечи.

— Роб всегда был и остается для меня только другом, и я не скрываю этого, — призналась я.

Мы отклонились от центральной дороги и свернули на менее людную аллею.

— Но он все равно ревнует тебя, что, впрочем, понятно. До сих пор, видимо, у него не появлялось конкурентов, поэтому он продолжал считать тебя своей. Я прав? — Вейтон глянул на меня вопросительно.

— В чем именно прав? — уточнила я. — В том, что Роб ревнует?

— В том, что у него до сих пор не появлялось конкурентов.

— До сих пор? — я глянула на него с усмешкой.

— Ну я же появился, — ожидаемо возразил Вейтон. — Имей в виду, прятаться я ни от кого не собираюсь. И мне безразлично мнение других.

— Даже своих друзей? — спросила я.

— Мои друзья меня во всем поддерживают, а если это не так, значит, это не друзья, — он произнес это так просто и уверенно, что я мне снова взгрустнулось. Почему у меня не получается сказать то же?

Наша прогулка вышла недолгой: завтра меня ждал очередной экзамен, теперь по Артефакторике, и мне надо было успеть все повторить.

— Уже? — в холле общежития меня неожиданно встретил Роберт. Впрочем, почему же «неожиданно»? Как раз таки было удивительней, если бы он повел себя иначе. — Что-то вы быстро.

— Роб, давай поговорим, — я не собиралась поддаваться на его провокации. — Серьезно.

— Давай, — он выглядел все так же напряженно, как и на ужине. — Хотя я догадываюсь, что ты мне можешь сказать. Что ты в него втрескалась, что он не такой, и про ошейник уже не вспоминаешь…

— А ты уже не вспоминаешь, как совсем недавно сам восхищался Тайлером, — заметила я.

— Все изменилось. И ты тоже, Лора. Мы все изменились.

— Увы, — я посмотрела на него с грустью. — Не изменилось только мое отношение к тебе, Роб. Ты мой друг, и останешься им навсегда. Другом, — подчеркнула я. — Но зато лучшим.

— А если я тоже попаду в Семерку? — бросил он мне, когда я уже направилась к лестнице. — И займу место твоего Тайлера? — сказано это было с такой решимостью, что мне на миг показалось, что так оно и будет.

Но я ответила ему:

— Ничего не изменится, Роб. Ничего…

Я боялась, что в комнате меня ждет продолжение, но уже с Анни, однако кузина не задала ни единого вопроса по поводу Тайлера, словно ничего такого в столовой не происходило. Когда же я попросила ее помочь мне повторить вопросы к завтрашнему экзамену, не отказала. Правда, время от времени погружалась в свои мысли, что приходилось одергивать ее и возвращать на землю.

— Кстати, скоро родительский день, — сообщила она уже перед сном.

— Родительский день? — я впервые слышала об этом.

— Ты совсем оторвалась от жизни со своей учебой, — усмехнулась кузина. — Он в следующем месяце, за неделю до Зимнего бала и каникул. В общем, перед самыми экзаменами. В этот день могут приехать родители всех студентов, чтобы посмотреть, чем тут живут их чадушки и, заодно, пообщаться с деканами и ректором. Мама тоже собирается приехать.

Тетя приедет? Хотя… почему бы и нет?

— Ты не рада? — спросила я.

— Даже и не знаю, — пожала плечами Анни. — Вроде и соскучилась, а вроде и нет. Да и каникулы скоро, все равно же поедем домой… Боюсь, что ей не понравится моя успеваемость, — добавила она уже тише.

— У тебя есть еще месяц, чтобы подтянуть предметы, по которым ты отстаешь, — заметила я.

— Думаешь, у меня получится? — вздохнула Анни.

— Конечно. Но если хотя бы не попробовать, то точно ничего не изменится. Если хочешь, могу помочь.

— Наверное, ты права, — Аннети слабо улыбнулась. — А еще надо подготовиться к Зимнему балу. Говорят, перед ним в Академию присылают портных и модисток, у которых можно заказать наряд, представляешь? С каталогами, с образцами тканей… Только денег где взять? У мамы придется просить… Скорей бы выйти замуж и просить денег уже у мужа!

— Ох, Анни, ты неисправима, — я засмеялась, и она следом за мной.

Кузина продолжила воодушевленно говорить что-то еще про наряды и Зимний бал, а я смотрела на нее, улыбающуюся, и думала, что все, возможно, не так плохо, и это всего лишь наши временные трудности, которые пройдут. И все будет как прежде… Как прежде.

Экзамены за первый курс наконец были сданы, у меня выдалась небольшая передышка в два дня без зубрежки и библиотеки. Ко всему прочему у Вейтона закончились выходные выезды на практику, и я в тайне ждала, что он проведет ближайший свободный день со мной. И да, наступила зима. Всего за одну ночь навалило снега по колено, и пока профессор Райт не запустила во двор все имеющиеся лопаты на магуправлении, приходилось пробираться от корпуса до корпуса через сугробы. Ну и о пробежках пришлось на время забыть. Зато профессор Лотт иногда пускал меня на стадион, который на время зимы накрыли куполом, и там помогал мне отрабатывать боевые приемы, в том числе и с моей водной магией. Пару раз приходила Джулиана и сменяла его, и мы словно возвращались в начало осени, в дни наших первых тренировок. А Вейтон только наблюдал за мной, как всегда, со стороны и никогда не вмешивался, только поддерживал взглядом и улыбкой.