Ирмата Арьяр - Тёмный отбор [litres]

– Что еще за маг? – Я постаралась, чтобы голос звучал равнодушно.

– Это имеет значение? Может, ты боишься? Может, ты просто очень хорошо прячешь наследие айэ? Может, не было никакой схватки с ними, а изменение внешности – результат пробуждения, точнее, перерождения в нелюдь?

– Глупости. Я не айэ. В Школе Ока есть амулет чистоты крови, нас ежегодно проверяли, потому что наследие диких может в любой момент проснуться даже через десятки поколений. Как произошло у Тиррины Барренс.

– А потом проверялась?

Я одарила суафита снисходительным взглядом.

– А смысл? У магов, прошедших третью инициацию, дар айэ уже никогда не проявится.

– Бывают же исключения.

– Не слышала. Но мне не жалко капли крови для проверки.

Ворон – чужак и просто не понимает, кто такие и что такое ведьмы Лиртан. Подозревать в нас носительниц дикой крови айэ – все равно что утверждать, будто солнце создано изо льда. Чистый абсурд.

Тетка рассказала мне семейные легенды о появлении в мире Айэры первых магов, одной из которых была прапра… и еще раз прапрабабка Даэрана.

Известно, что айэ в войне с демонами захватили их рабов – пленников из других миров. Никто уже не помнил, выходцами из какого мира были изначально родители Даэраны и их соплеменники. Ведь память – это ментальное поле, а на нем демоны сильнее всех. Всем пленным магам они подчистили память о родине, превратили их в рабов, но не стали выжигать магический дар.

Он был им нужен в войнах с айэ: люди племени Даэраны оказались более устойчивы к магии диких, чем сами демоны. Магия рабов напитывалась темной силой и оттачивалась годами для одной цели – поиска и уничтожения айэ, существ, которые считали себя воплощением магии, душой мира, а на самом деле были чудовищами похуже демонов – паразитами, питавшимися магической энергией миров.

Там, где айэ беспрепятственно захватывали мир, рано или поздно исчезала магия, а сами айэ вынуждены были в поисках источников пищи бежать в другие миры. Вот в чем их страшная тайна. И бежать они могли только через нижние сферы, через владения демонов.

В одном из таких походов айэ, прокладывая себе путь в новый мир, отбили у демонов их рабов и увели с собой. Так Даэрана Лиртан попала на Айэру и уже здесь вместе с другими рабами начала борьбу за свободу.

Сама пра не любила рассказывать о своих подвигах, но в летописях сохранились упоминания о ее потрясающе бурной молодости, о побеге из очередного рабства, на этот раз от айэ, и новой войне, на этот раз – за место под новым солнцем. Но я когда-нибудь напишу о ней книгу, если хватит сил и времени моей жизни. Даэрана с ее жаждой жизни и любви этого достойна.

И вот с такой-то родословной, с такими-то уникальными знаниями, впитавшимися в нашу плоть, подозревать чернокнижниц Лиртан в том, что наша кровь заражена межмировыми паразитами?! Можно представить всю глубину моего негодования!

Так что к моменту, когда мы добрались до защитных куполов полигона, я была не только голодная и замерзшая, но еще и очень-очень злая.

Ну, здравствуй, ненавистный полигон. Сколько же ты мне нервов вымотал, сколько крови выпил, причем в прямом смысле!

Несколько арен под разноцветными переливающимися куполами со стороны походили на соты безумных пчел – их хорошо было видно из главной башни школы. Но были и общие площадки, не предназначенные для испытания какой-то конкретной магии. Скорее не площадки, а часть леса, пересеченного полосами препятствий. Здесь скрывался даже лабиринт.

Впрочем, для экзаменов территория школы так легко и быстро трансформировалась, что здесь можно было спрятать не только полигон и лабиринт, но и скалы, озера, деревни… Кто-то же снабжал продовольствием немаленькое население академической школы. Этакое государство в государстве.

Так далеко мы, к счастью, не забрались. Эрвид Стейр направился к ближайшему белому куполу, искрившемуся в рассветных лучах, как гигантский сугроб.

– А ты ничего не перепутал? – поинтересовалась я. – Я темная магистресса, между прочим. Белая хламида и ночь в светлых апартаментах еще не наделяет светлой магией. Зачем нам полигон для «белочек»?

«Белочками» на школьном жаргоне мы называли наших магических антиподов, но Ворон прекрасно меня понял.

– Тсс… – Ворон оглянулся, приложил палец к губам, призывая к молчанию, подмигнул и поднес амулет пропуска к замку барьера.

В силовой завесе появилась щель. Некромант, схватив за руку, втащил меня внутрь купола, и я едва не ослепла от ярких вспышек.

Спасибо рефлексы сработали, натренированные за годы соседства со светлыми магами и прочими сюрпризами в школе. Приучили держать заклинание темного щита и шлема на кончиках пальцев, и оно сорвалось мгновенно, окутав меня темной дымкой. Глазам сразу стало легче.

Ворон одобрительно щелкнул клювом. Когда он успел перевоплотиться?

Каркнув, птица размером с крупного кота попыталась взгромоздиться мне на плечо, отвлекая от происходящего на арене, но я не постеснялась отогнать наглого начальника:

– Кыш, кыш! У меня плечи не каменные.

Обиженный ворон, еще раз каркнул, будто обругал, опустился на скамью зрительского ряда. Я пристроилась на соседней и сосредоточилась на представлении. Точнее, светопредставлении.

За еще одним барьером, полупрозрачным, но затемненным куда более плотной дымкой, чем в моем заклинании, кто-то непрерывно швырялся молниями. Трудно представить, какие силы бушевали на арене, если вспышки ослепляли даже сквозь толстый и прочный щит.

Прищурившись, я уплотнила дымку перед глазами, и когда цвет вспышек стал выглядеть тусклыми красными росчерками, разглядела две фигуры, мечущиеся по арене, уходя от ударов друг друга.

Маги скинули камзолы и рубашки и остались в одних штанах, их спины и плечи блестели от пота, а светлые волосы, забранные ремешками, потемнели. Но не узнать дуэлянтов было невозможно: король и новый ректор Школы Ока пытались испепелить друг друга молниями.

– Это покушение на короля или, наоборот, изощренная казнь государственного преступника, который почему-то сопротивляется? – поинтересовалась я у суафита, в восторге разинувшего клюв.

Кстати, темного щита я на Вороне не заметила. Как его глаза выдерживают?

Ворон захлопнул клюв и задумался.

Вот клянусь, я говорила тихо. Но дуэлянты каким-то чудом услышали и оборвали бой.

Молнии перестали бомбардировать песок арены, барьер посветлел до полной прозрачности, и я снова поразилась похожести Артана Седьмого и лорда Сириена. Оба мужчины, разгоряченные схваткой, выглядели потрясающе. Интересно, кто набрал больше очков в тренировочном бою?

Я бы поставила на короля, хотя он на фоне атлетического телосложения ректора выглядел слабее. Но ведь все мы знаем, что для мага главное не мышцы, а сила иного рода. А король, по слухам, самый сильный белый маг королевства, получивший благословение от самих Светлых небес в день коронации.