Мари Явь - Децема 1,5

— Да. Я помню, — ответил в конце концов Дис.

— Меня ещё никогда не поздравляли с днём рождения, — зачем-то отметила я.

— Даже Индра?

— Да, даже он.

— С днём рождения.

Вероятно, Десница чувствовал себя сейчас не так уж плохо, как хотел это представить. Он стал первым во многом, если речь шла обо мне. И это должно было ему льстить.

— И тебя.

Я слышала, как он тяжело вздыхает, словно решаясь на откровенность.

— Ты справилась отлично.

Я привыкла к критике, а не к похвале, потому его слова распространяли по телу ласковое тепло. И я недоумевала: Дис никогда не вязался в моих мыслях с чем-то настолько приятным. Но с другой стороны, он талантлив, потому должен быть способен на что-то, кроме производства и доставки боли.

— Спа…

— Перейдём к пункту «е»?

— Да, коне…

— Пей.

Его слова и жест несколько ошеломили: Дис протягивал мне свою стопку, на дне которой искрилась пара капель элитного алкоголя. Очевидно, в его намерения входило не напоить меня. Пункт «е» подразумевал собой то, что сентиментальные парочки называют «непрямым поцелуем». Мой рот должен соприкоснуться со стеклянным краем в том самом месте, где теплый след оставили мужские губы.

Принимая из его руки бокал, я думала над тем, почему перспектива столь невинного поступка превращает всё тело в сплошную судорогу.

Я видела, как прищуриваются невероятно яркие глаза, наблюдая мою покорность с вызывающим дрожь вниманием.

Сделав короткий глоток, я поставила стопку на стол. Губы саднило. От алкоголя или призрачного прикосновения?

— Знаешь… твоя фантазия просто поражает, — заметила я, чуть охмелев. — По тебе и не скажешь, что ты такой выдумщик.

Дис насмешливо скопировал мою улыбку.

— Ещё какой. Нас впереди ждёт очень богатая и занимательная программа, обещаю.

— Правда? Я рада, что ты подошел к этому делу столь обстоятельно. Я даже могу… как насчет следующего пункта?

Сейчас? Расскажешь мне?

— Да, почему бы и нет.

— Хорошо. Что я должна сделать на этот раз?

Наклонившись так близко, что мне едва удалось взять себя в руки и просто оставаться на месте, Дис хрипло зашептал мне на ухо:

— Довести себя до оргазма после того, как медленно и подробно изучишь собственное тело. Хочу, чтобы ты рассказала мне после этого о том, где тебе особенно приятно чувствовать прикосновения.

Внезапное. Кислородное. Голодание.

— Ч-что? Как… каким образом… я не…

Мою уверенность изгнала мысль о необходимости делать с собой что-то подобное. Непозволительно постыдное.

Невероятно развратное. Даже грязное.

Боги, что же он со мной делает?..

— Ты прекрасно знаешь, каким образом, — его горячее дыхание касалось щеки и шеи, заставляя жутко нервничать. Можешь сделать это рукой, а можешь — подручными средствами. Внимательно изучи своё тело, пойми, что ему нравится. Не жалей на это времени. Ты же старательная ученица, Эла? Я верю, что ты и на этот раз справишься со всем идеально.

— Ты… ты не шутишь? — уточнила я срывающимся голосом.

— А похоже, что шучу?

Отступив от Диса на шаг, я заглянула в его горящие глаза.

Нет, не похоже.

Почему-то именно с тех самых пор моё обучение-приручение взяло под контроль все мои мысли. Обязанности главы клана казались мне теперь чем-то второстепенным, более далёким и не таким явственным, как, например, «домашнее задание», которое мне поручил Десница. Но, думаю, «наставник» должен быть только рад такому усердию.

Теперь, когда я смотрела на Диса, я ловила себя на мысли-понимании, что всё и так зашло слишком далеко. А должно зайти ещё дальше. Меня это пугало, а его — заставляло предвкушать. В последнее время я стала замечать на бледном, как холодный лунный свет, лице отражение эмоций, незнакомых этим чертам ранее. Я предпочитала считать, что изменился именно Дис, а не я. И изменился кардинально.

Его взгляд, его речь, манера двигаться или, напротив, хранить полную недвижимость в моменты тяжелых раздумий или принятия важнейших решений. Его ледяная бесчувственность и сдержанность, содержащие некую неприкосновенную загадку. Всё это обладало тонкой магией, раздражающей меня своей притягательностью.

Я стала ещё больше понимать, чем Десница заслужил пылкие взгляды Мадлен. И всех тех женщин, что были у него.

Ведь у него их было много?

Когда я словно ненароком обронила этот вопрос, Дис долго молчал, глядя на меня с легким прищуром, словно пытаясь понять, что за игру я веду. А мне просто нужно было знать, где он научился понимать женскую суть, а ещё этой особой осторожности, которая не свойственна всем мужчинам, чье призвание — разрушать.

— До твоего брата мне далеко, — ответил он в тот раз, отведя взгляд.

— Почему? Ты не любитель… всего это?

— Просто у меня есть пара недостатков.

— Каких же?

— Я меченый альбинос.

И тут он был прав. Это, пожалуй, были единственные его «недостатки». Других я не замечала даже при желании их обнаружить.

Прежде чем тема была закрыта, я узнала, что он спал лишь со шлюхами… не только с теми, которые берут деньги за свои услуги. О существовании любви Дис знал понаслышке, как и я. Сей факт сближал так же, как дата рождения и клан.

Я верила, что есть ещё масса неоткрытых важностей и незначительных мелочей, объединяющих нас. Но путешествие в его обезвоженную, иссушенную, колючую душу казалось мне страшным и совершенно безнадёжным предприятием.

Но ведь в нём было что-то ещё? То, что заставляло его отказаться от Мадлен, потому что она была слишком хороша и заслуживала лучшего мужчину. То, что вынуждало помогать мне… некое замаскированное под безразличие благородство.

Хотя, когда он интересовался у меня об успехах в последнем «пункте», благородства в его словах не наблюдалось.

Поразительно… в отличие от задания с платьем, о котором Дис не вспоминал с месяц, о моих достижениях по части самоудовлетворения он решил осведомиться уже через неделю. Выбрав для этого «подходящее» место и время.

Наблюдая за динамично продвигающимися военными учениями с трибун, затенённых навесом, я испытывала чувство непомерной гордости, практически позабыв о существовании Десницы. Хотя мужчина сидел рядом. Стоило сделать глубокий вдох, и я коснулась бы его плечом.

Утонув в шуме, я вздрогнула, когда моего слуха коснулся тихий шепот, а щеки — чужое дыхание.

— Выглядишь очень довольной, босс. Могу предположить, что ты справилась с очередной задачей на отлично. Не хочешь похвастаться успехами? Ты сделала это сегодняшним утром? Или ночью?

Рядом находился Лайз, Бартл и Олафер. Бурное проявление эмоций в связи с бесцеремонным интересом моей «правой руки» было небезопасным.

Наклонившись к мужчине, я едва слышно ядовито поинтересовалась: