Мика Ртуть - Во власти чудовища [СИ]

А сейчас он пил коньяк, сидя в кабинете у себя дома, и не столько нервничал за успех дела, сколько ревновал… Ашер видел, как на его Тину смотрел вампир. А ведь Захар может предложить ей больше.

Император сказал, что это любовь, но Ашер только скептически выгнул брови на его заявление. Любовь придумали люди, чтобы оправдать свою глупость. А значит, в чем-то подвох. Ашер еще раз просканировал свою ауру — никакого влияния извне. Да и невозможно это, любые заклинания горят в его ледяном пламени. Тогда дело в самой девушке? Сила? Ее сила зажигает кровь и вызывает желание? Это единственный ответ. Другого быть не может. Но он должен убедиться… иначе это сведет его с ума, а сейчас не лучшее время для сумасшествия.

Ашер сдернул покрывало с большого зеркала, встал напротив и швырнул в мутное стекло немного силы, отправляя следом зов.

— Силена!

Зеркало подернулось рябью, но сидхе не появилась. «Да чтоб тебя!» — ругнулся про себя Ашер. Силы только начали восстанавливаться, и тратить их на разговор с надменной гордячкой было слишком расточительно. Он уже отвернулся от зеркала, когда услышал смеющийся голос:

— Умеешь ты прийти вовремя, мой юный дракон.

Ашер резко развернулся и не сдержал улыбки. Силена лежала в ванне, из бледно-голубой пены выглядывали только коленки и голова, повязанная поверх шикарных волос алой косынкой.

— За двадцать лет ты вызывал меня два раза, и это было в течении последних десяти дней. Что случилось, мальчик? Ты хочешь получить мое благословение?

— Да, то есть нет, — Ашер подтянул к зеркалу кресло и сел в него, закинув ногу на ногу. — Я хочу знать больше о твой силе.

— Зачем?

— Твоя дочь под моей опекой, — холодно напомнил лорд.

— Вот как, — промурлыкала фэйри и посмотрела на него с интересом. — И как это связано с твоими вопросами?

— Я хочу понять… — Ашер запнулся, подбирая слова, и неожиданно смутился под ехидным взглядом сидхе. — Демоны темной стороны! Не смотри на меня так, будто ты что-то знаешь!

— Неужели моя девочка смогла растопить ледяное сердце? — Силена поднесла к лицу ладонь с пеной и подула на нее, пенные хлопья снежинками разлетелись по ванной. — Ты надел на мою дочь брачный браслет, Ашер, не кажется ли тебе, что уже поздно задавать вопросы?

— Меня к ней тянет, — не стал скрывать лорд. — Я ее хочу. Всю. Ее тело, душу, силу, улыбку. Хочу, чтобы это все принадлежало только мне. Но это не может быть правдой! Силена, это ее сила взывает ко мне?

Сидхе гортанно рассмеялась, откинувшись на медную спинку ванны. Ашер начинал злиться, но сдерживался, не стоит показывать сумеречной леди свою слабость.

— Твой прадед приходит в ее сны.

Силена перестала смеяться и вздохнула.

— Она нуждается в защите, ледяной. У моей девочки нет никакой силы, ее отец был простым человеком. Дар моей дочери — владеть, но не использовать. Она живой артефакт, который ничего не сможет, если рядом не будет сильного мага.

— Она не сможет преобразовать энергию?

Что-то такое он и подозревал, но хотел убедиться.

— Нет, эта часть дара ей неподвластна. Лишь забирать и возвращать. Я пыталась спасти ее, но как только она овладела силой, Он нашел ее.

Силена плавно встала и, не обращая внимания на мужчину, следящего за ней, грациозно переступила через борт ванны. Накинув на мокрые плечи белоснежную простыню, она подошла так близко, что Ашер мог видеть кружащийся в глубине зрачка пепел — признак проклятого рода.

— Ты нужен ей, а она нужна тебе, Ашер. Вы спасете друг друга.

— Ты предвидишь? — без тени улыбки спросил он.

— Не откладывай консуммацию брака, мальчик мой. Сделай это до того, как твоя родня найдет тебя.

— Пока я не перекинусь, они меня не найдут, — хмуро сообщил Ашер. — В мои планы не входит потеря крыла, сидхе.

— Ты скучаешь по небу?

Огромные лазоревые глаза, не отрываясь, следили за мужчиной, и ему казалось, что сумеречная леди уже прочла ответ в его сердце.

— Твои глаза — цвета летнего неба, как и у твоей дочери, — вместо ответа сказал он и поднялся. — Осталось лишь одно…

— Ты уверен? — сидхе чуть заметно улыбалась.

— Ты ведь сказала, что мы спасем друг друга? — ворчливо шепнул Ашер. — А я не хочу рисковать ради чужой женщины.

— Брачный браслет не означает любовь, ледяной.

— Если мой браслет станет цельным, это будет однозначным ответом. Для меня.

— Ты боишься? — Силена больше не улыбалась.

— Нет! — резче, чем хотел, ответил Ашер.

— Ты любишь ее? — В руках фейри появился брачный браслет. Черный, покрытый серебряным рисунком. — Это мужской родовой браслет, он принадлежал ее деду, и теперь я передаю его тебе как избраннику моей дочери.

— Моя раса слишком холодна для любви, сидхе. Но мы можем быть верными и заботливыми.

— Глупыш, — прошипела сидхе, исчезая за пеленой тумана.

Ашер поднял левую руку, неверяще глядя на цельный брачный браслет, закрывающий его запястье.

— Этого не может быть, — прошептал он. — Ледяные твари не умеют любить.

Спать советник так и не лег. Все равно бы не заснул, поэтому ответил на письма, просмотрел донесения из Альвении, набросал черновик речи для выступления в городском Собрании. Сильвия два раза приносила горячий ужин и оба раза уносила нетронутые блюда. Лорд всегда ел мало, а этой ночью кусок в горло не лез. Несмотря на то, что он был уверен в способностях воровки найти нужную ему вещь, в душе нарастала тревога. И связано это было не с документами, а с Захаром. Вампир искал очень опасный артефакт, украденный у владыки Морты три года назад. Ашер и сам не возражал бы заполучить его, но сфера Зоди подчинялась только сильным магам крови. А жаль, было бы весьма приятно иметь предмет для торга с темным королевством.

Когда часы на городской ратуше пробили четыре утра, раздался стук колес по булыжной мостовой, и к дому наконец подъехала черная дипломатическая карета. Ашер, заложив руки за спину, наблюдал за ней в окно и уговаривал себя не дергаться, не бежать вниз, прыгая через ступени, как его воспитанник, а спокойно дождаться гостей в кабинете. Но двери кареты так и не открылись. Советник нахмурился и, распахнув окно, прислушался. Тишина. Заколдованные кони не шевелились, призрачный кучер в старомодном цилиндре едва виднелся в свете уходящей луны. Что-то было не так…

Ашер легко вспрыгнул на подоконник и спустя мгновение плавно опустился на траву. Угрозы он не ощущал, да и Тина была жива, если бы с нею что-то случилось, он бы почувствовал, но все равно дверь кареты открывал осторожно, зажимая в левой руке обоюдоострый стилет.

Спустя мгновение клинок с тихим свистом вошел в обивку кареты строго над головой Захара, страстно целующего Тину.

Они не отреагировали, а советник замер, сжимая в холодной ярости кулаки, не желая смотреть и не в силах отвести взгляд. Девчонка сидела на коленях вампира лицом к нему, ее ладони лежали на плечах, обтянутых черным шелком, Захар одной рукой обнимал ее за талию, а второй придерживал голову. Ашер видел его прикрытые глаза, мертвенную бледность и стремительно затягивающийся порез на щеке. Лечит? Передает силу? Или?.. Никогда, даже в страшном кошмаре, он не мог допустить, что будет так ревновать! Вдох, выдох — и холодный спокойный голос: