Нидейла Нэльте - Раб

Хорошо всё-таки, что Антер сам за управление взялся, а то наверняка задумался бы, где это я так маневрировать научилась. А позволять нас схватить я точно не стала бы. Лучше уж от всего отказываться и говорить, что просто с бурей боролась. Кто поверит, правда…

Смотрю на уплетающего с аппетитом внушительную порцию Антера, улыбаюсь. Словно маленькое чудо, словно прикоснулась к твоему прошлому, смогла представить тебя во время побегов…

Вот именно, побегов. И что же мне делать, если бежать придётся? Как чип отключить? Как быть с документами?

Не думаю, что каждый хозяин Антера лично на Тарин летал. Скорее всего фирмы- посредники, лишь бы документы были в порядке.

— Антер, ведь ты недавно на Тарине? — спрашиваю. Смотрит настороженно, кивает. — Я имею в виду, до этого тебя сюда не возили? Ну кроме когда чип ставили?

— Нет.

— И хозяева с других планет вряд ли ездили, чтобы купить. Значит, есть какие-то каналы, через доверенных юристов, по которым проходит покупка без присутствия… Антер, не смотри так на меня! Я просто размышляю…

Ругаю себя, разболталась тут. Нужно будет наших напрячь, вдруг где-то в каком-то из каналов есть свои люди, или хотя бы из смежных разведорганизаций. Тогда оформили бы продажу Антера — хоть Тамалии, хоть Лерке через них… уже после отлёта. Чёрт, но если на продажу Антера наложено вето, можно сделать только хуже. Подставить своих же, может, потому Райтер такого и не предложил.

— А ты помнишь… как чип ставили? Где? — рискую поинтересоваться, дождавшись, когда доест. А то ещё аппетит перебью тяжёлыми вопросами. Наверняка есть какой-нибудь специальный центр, который этим занимается. Но сведений о нём я не нашла. А при подписании вольной в представительстве, похоже, рабский чип изымают, а заодно и медицинский меняют. Иначе хоть какая-то информация у наших была бы.

Качает головой:

— Ничего не помню. Якобы обследование, видимо, усыпили всех. А потом… — мрачнеет. — Хоть до посинения доказывай, что не имеют права, одно нажатие кнопки — и сразу ясно, у кого какие права.

Антер

Это она мне так аккуратно место указывает, что ли? А то вдруг забыл, где нахожусь. И с кем. Ведь почти забыл же, все мысли только о том, чтобы не догнали. Может, зря? Может, никто не собирался причинять вред аристократке?

Ну так сказала бы, чтобы остановился…

Смотрю на неё, снова пытаюсь понять, о чём думает. Сидит в кресле с ногами, виртуальное бортовое окошко перед ней, кажется, остров Далгнеров разглядывает. Хочу усмехнуться, не планирует ли через "вход" зайти. Но что-то шутить не тянет, никто мне свободу не давал, а я совсем разошёлся.

Чуть свела брови, словно переживает о чём-то, так странно. Нет, конечно, было бы страннее, если бы она вела себя совсем беззаботно. Просто скорее можно было ожидать пост-стрессовой реакции, смеха или слёз. А она сидит, будто её гложет что-то. Обдумывает, кто пытался задержать?

В голове мелькают картины тех первых дней, когда осознал, во что вляпался. Не верилось, казалось, всё можно исправить, казалось, так не бывает! Как будто это не со мной. Сколько удовольствия доставил любителям ломать бывших вольных. Стараюсь не передёрнуться.

Поднимаюсь, хочу взять сетевик, потом передумываю, иду в рубку. Сажусь в кресло, кладу руки на так и не убранный штурвал, приятно всё-таки ощутить себя почти нормальным. Почти свободным. Хозяином своей судьбы. Защитником своей женщины. Хоть ненадолго. Спасибо, покровитель.

Вот оно, в переднее стекло ничего не видно, а экран показывает остров. Действие скрывающего поля, что ли? Не всем доступен…

Тали вскоре приходит, улыбается, проводит рукой по моему плечу.

— Ты не обижайся, — говорит мягко. — Я просто размышляла о том, что дальше делать. Если так будет продолжаться, придётся убегать… не знаю куда и не знаю как.

Да мне вроде бы и обижаться не на что. Молчу.

Приближаемся, Тали опускает гравилёт на воду, снова делает из него яхту. Связывается с диспетчерами, запрашивает разрешение. Пока автопилот получает данные для захода в порт, Тали выясняет, в какой гостинице забронирован для нас номер, потом — можно ли заехать на день раньше. Утрясает какие-то детали, ощущаю себя бесполезным дополнением. Когда-нибудь повезу тебя туда, где сам всё организую. И оплачу.

Мечтаю.

Наконец, нюансы утрясены, выходим на палубу. Затмение почти прошло, здесь светло, жарко и оживлённо. Тали надела тёмные очки и шляпу, брюки успела поменять на шорты — настоящая аристократка на курорте. Ну да, с рабом.

Глава двадцать шестая

***********************

Тамалия

Купол на острове не такой, как в море — попроще, вблизи более-менее визуализируемый, вроде поля на яхте. Может, посложнее да помощнее. Рассматриваю через очки, пока проходим сквозь него.

Вещи временно оставляю — мало ли что там в гостинице, вдруг придётся на яхте больше времени проводить? Или опять же… вдруг нас вполне официально отлавливали? Берём только самое необходимое.

Антер снова какой-то мрачный, пытаюсь сообразить, это он на вопросы о продаже, что ли? Неужели опять сомневается? Ведь в пилотском кресле совсем другой человек сидел…

Гравикар не беру, идём пешком. Обстановка какая-то… расслабленно-предвкушающая, все в ожидании зрелищ, по-моему, даже рабы.

Раздумываю, не взять ли Антера за руку. Отношение к рабам здесь не слишком отличается от столичного, но какое кому дело… А, к чёрту всех, беру под руку, если кто пристанет, скажу, что ноги устали, не рассчитала. А посмотреть на остров очень хотелось.

Посмотреть и правда есть на что, шикарные невысокие здания амфитеатром спускаются к морскому побережью с западной стороны, куда мы приплыли, образовывая каскады светлых сверкающих домов и зелени. А сверху, на плато, растут гигантские грибы небоскрёбов, Арены же расположены с противоположной, северо-восточной стороны, там же видны не очень высокие горные вершины.

Устаём, пока взбираемся наверх по живописным улочкам, но получаем массу удовольствия. Будто и не на Тарине совсем.

Наша гостиница великолепна — серебристое здание в виде свечи на пару сотен этажей, каждый этаж — апартаменты, крутятся вокруг центральной оси со скоростью, которую задаёт владелец.

— Хорошо, что Келла всё оплатила, — бормочу. — Тут наши лишние сутки обойдутся в мой месячный доход…

— Ты работаешь? — вдруг спрашивает.

— Проценты, — пожимаю плечами. Работаю, мой хороший.

Наш номер в верхней четверти, не очень большой, зато ради таких видов я и из личных средств оплатила бы. Всё-таки иногда почти понимаю, почему таринцы так любят свою планету.

Одну половину занимает огромная гостевая с окнами по всей наружной окружности. Вторая разделена на две спальни — и комнату наказаний, куда ж без неё. Все сантехнические помещения по внутреннему кольцу, здесь же вход. Эта часть не вращается, остаётся стационарной.