Нидейла Нэльте - Раб

Хотелось бы верить. Но судя по тому, что вижу, не очень-то получается. Молчу.

Сидим, перешёптываемся, где бывали, где хотели бы побывать, как-то незаметно строим планы, куда поедем — потом, когда всё закончится. Ещё успеваю подумать, хватит ли моего скудного здешнего заработка… ну не на золотое кольцо, конечно, но хоть на какой-нибудь прощальный подарок? И не привлечёт ли подобный заказ ненужного внимания к Тали? На этом и отключаюсь.

Просыпаюсь от того, что Тали очень осторожно, почти неощутимо высвобождается. По многолетней привычке прежде, чем открыть глаза, пытаюсь сориентироваться. Лера уже проснулась, бледная, с тенями под глазами, Тали помогает ей добраться до ванны. Хочу предложить отнести, но как-то неудобно. За окном раннее утро, иду вниз сделать завтрак, хорошо, что в комбайне есть всякие меню — для диеты, после болезни, после голодания. Не нужно придумывать.

Дожидаюсь готовности, сгружаю всё на гравинос побольше, заношу. Застаю Леру в купальнике.

— Тебя стучать не учили? — интересуется.

Кажется, краснею, бормочу извинения с оправданиями. Я же думал, Тали тут. Хотя, конечно, нужно было постучать.

— Ничего, — улыбается. — Талька собирается, на яхте едем кататься.

По-моему, не могу сдержать изумления. Ну какая тебе яхта? Молчу, конечно.

Тамалия

Пока Антер собирает еду с вещами, помогаю Лерке одеться. Температура уже упала, но слабость большая, а медиком вкалывает только витамины. Ладонь вспухла, покраснела, выглядит ужасно и вся рука почти не шевелится.

— Ничего, — говорит. — Скоро полегчает. И… Антера лучше не брать.

— Я ему доверяю, — возражаю.

— Знаю. Но чип… сама ведь понимаешь. Не хотелось бы зависеть от молчания парня с чипом.

— Ты же его заберёшь? — смотрю пристально.

— Таль, не глупи! Вот когда выберемся, там всё и узнает. Впрочем… — тянет задумчиво, словно припоминая. — Кажется, он уже и так догадался, да?

Слышала ночью, наверное.

— Что ты провозила в себе какой-то прибор? Да, почти сразу.

— Как ты от него так долго скрывала? — вздыхает. Пожимаю плечами — не хочу, чтобы даже Лерка знала, в каком состоянии он ко мне попал.

— Всё проверила? — спрашивает, не дожидаясь ответа. Киваю: не по одному разу. Помогаю добраться до лестницы, однако почти сразу подоспевает Антер:

— Давайте отнесу.

Мы с Леркой переглядываемся, почти одновременно пожимаем плечами, смеёмся втроём. Так тепло вдруг на душе становится. Антер легко подхватывает её на руки, относит в машину. Потом возвращается за мной — ну да, хозяйку же тоже нужно посадить, коль уж гостью рабом побаловали. Хотя очень надеюсь, что нас никто не видел.

Заезжаю прямо на яхту — Лерка восторгается сияющему полю, художественно переливающемуся изображению довольного мужчины с музыкальным инструментом, рассказываю всё, что вспоминаю о Браги. Выгружаемся, отправляю гравикар домой, осматриваем с Леркой судно — но, похоже, никто не ожидал, что мы сюда приедем. На всякий случай запускаю не только полную проверку на наличие насекомых, но и очистку дна.

Выплываем подальше на разрешённый фарватер. Прогулочных катеров немного, подлодок не видно — тишь и спокойствие. День обещает быть жарким. Лерка сидит в шезлонге на палубе, вспоминаю нашу с Антером поездку. Стоим на носу, обнимает меня — не протестую, с каждым днём всё острее ощущаю, как мало времени осталось. Оглядываю проносящийся мимо берег, пытаюсь рассмотреть сквозь очки возможные субмарины и едва уловимое мерцание купола вдали. Лерка тоже осматривается сквозь свои.

— Всё-таки хорошо тут у вас… — вздыхает.

— Аристократов бы убрать — было бы совсем замечательно, — отвечаю. Антер чуть слышно хмыкает на ухо, трусь головой о щёку.

Давно уже выплыли за пределы города, вокруг всё меньше судов, но Лерка молчит. Мы с Антером тоже молчим, ничего не спрашиваем.

Беседа как-то не клеится. Лерка ещё не оправилась, я нервничаю, о чём думает Антер — могу только догадываться. Наслаждаюсь тёплыми порывами ветра, объятиями любимого мужчины, и стараюсь не терять бдительности.

— Ну что, где лучше искупаться? — интересуется наконец Лерка.

— Да хоть тут, — пожимаю плечами. — Можно бухту найти.

— Давай лучше здесь, — решает. — Вроде пусто вокруг.

Торможу, останавливаю яхту, Лерка скидывает одежду — левая рука уже совсем не шевелится. Не успеваю сформировать лесенку — Лерка зачем-то взбирается на борт, не то прыгает, не то падает в воду. Спешу за ней на всякий случай — не нравится мне её состояние.

Антер доформировывает ступени, спускается почти на край — смотрит, где может его помощь понадобиться.

Лерка выныривает, отплёвывается:

— Всё в порядке. Таль, вылезала бы ты.

— Я и так… — начинаю, вспоминаю, что здесь мы не спрятаны от случайного прослушивания. — Давно не купалась, — оканчиваю.

Лерка вздыхает, видимо, я тоже должна знать как можно меньше, но с такими проявлениями, на что они рассчитывали?! Поэтому никуда не ухожу, а вдруг ей совсем плохо станет.

Лерка чуть отплывает, мне, в общем-то, безразлично, что именно произойдёт — лишь бы с ней всё нормально было.

Вижу, как почти не шевелящаяся, напухшая рука вдруг дёргается несколько раз, чуть приближаюсь, но Лерка держится на воде. Внимательно оглядываюсь, поэтому пропускаю миг, когда кожа на ладони трескается — вижу только, как оттуда выливается прозрачный поток. Нет, не поток, мелкие бесцветные субстанции, смахивающие на головастиков. Почти сразу теряются в воде, однако одна врезается в местную рыбёшку. Наверное, если бы не очки, я ничего не заметила бы — а так обнаруживаю, как прозрачный головастик мгновенно приобретает форму рыбки и уплывает вместе со стайкой. Это они будут принимать вид местных обитателей, наверное? И смогут проникать под купол? Вспоминаю слова Райтера про сотрудничество с асайлэтами. Но не спрашиваю пока.

Лерка направляется к лесенке, рука кровоточит, хотя бы уже не такая распухшая и более-менее двигается. Антер помогает забраться — почти вытаскивает из воды, поднимает, относит обратно в шезлонг. Выбираюсь следом, закрываю поле, на всякий случай ещё раз всё вокруг проверяю на "жучков".

— Да уж, — хмыкает Лерка, — никогда меня столько на руках не носили.

— Меня тоже, — смеюсь, обнимаю Антера, умничка мой.

— Родила, — улыбается подруга.

— Обратно едем? — спрашиваю. Лерка качает головой:

— Быстро слишком, покатаемся ещё.

Подаю ей медика — нашего, не местного. Залечивает руку.

— Пока сойдёт, — говорит.

— Прыгать обязательно было? — ворчу.

— Обязательно, они адреналином активируются.

Усаживаемся с Антером на соседний шезлонг. В отличие от кресла, тот хоть растягивается до нужной ширины. Впрочем, не могу сказать, что плохо провела ночь, и мысли были далеко отсюда — там, где нам с любимым ничего не будет мешать…