Нидейла Нэльте - Раб

Ну да, потом будет проверять, чтобы ничего в дом не залетело. Хмыкаю, припоминая её прыжок на муху. Толкаю медкабину наверх, приходится убрать кресло, в котором с Тали ночью сидели. Подруга садится на лестницу, ждёт. Надеюсь, помогать залезть не нужно? Вспоминаю, как укладывал Тали. Ненавижу краснеть.

— Готово, — сообщаю.

— Задумалась, — улыбается Лера, поднимается. Подаю руку. — Жаль ли мне одежду, или ну её. Сил нет.

— Одежду? — не могу понять, о чём она.

— Медкабина умеет только срезать, обратно не сшивает, — смеётся. — Спасибо, дальше я сама.

Стараюсь в очередной раз не покраснеть, не мог же я знать. Лера наклоняется, что-то настраивает на панели, машет другой рукой, чтобы уходил. Ухожу.

Почему-то начинаю нервничать. Чего от неё ждать? А вдруг ей интересно будет примерить на себя роль хозяйки? Люди иногда так меняются, стоит им ощутить, что кто-то от них зависит.

Тамалия

Времени совсем мало, на ходу звоню руководительнице, чтобы дождалась. Кажется, не очень довольна, хотя и пытается изобразить радушие с желанием помочь. Но всё-таки соглашается принять, в очередной раз подтверждая подозрения, что возится со мной далеко не из человеколюбия. И даже не благодаря оплате отправившего меня реабилитационного отдела.

Попадаю на последние минуты занятия, решаю дождаться у двери. Слышу извечные подбадривающие речёвки и жизнеутверждающие фразы, какими обычно заканчиваются сеансы. Готовлюсь к разговору.

Двери открываются, девочки выходят, Свелла радостно здоровается, бросаю взгляд на сопровождающего её раба. Да уж. Чем, вот чем она думала, должна же разбираться в сто раз лучше меня!

Мужчина в хорошей форме, но по некоторым признакам можно определить, что существенно старше Антера — лет за тридцать, а то и сорок, медкабина позволяет долгое время оставаться молодым. Вероятно, и в рабство попал далеко не в юности. На миг поднимает на Свеллу глаза, и меня окатывает ощущением, что где-то там глубоко прячется зверь. Приспособившийся, усвоивший правила выживания, но готовый к прыжку. Через мгновение раб уже покорно смотрит в пол, заставив усомниться в собственных ощущениях. Ведь здесь же умеют ломать, должны знать все тонкости, видеть малейшие детали гораздо лучше, чем я, непривычный посторонний человек! Но обострившаяся интуиция настойчиво пытается что-то сообщить.

Скольжу взглядом по фигуре — почти на голову выше Свеллы, и, похоже, даже Антера. Литые рельефные мускулы, проступающие сквозь тонкую ткань футболки, широкий разворот плеч, — понятно, почему в постельные попал. Господи, о чём эта Свелла думала?! Я бы сказала… Может, он зацепил какие-то исконно женские струны? На фоне местных маменькиных мальчиков это просто гормональная граната.

Постельные здесь все породистые, конечно, но нет в них чего-то особого, мужского. То ли выправленные характеры, то ли вбитая с детства необходимость подчиняться, словно бы делают их не совсем настоящими. Как на мой вкус.

— Свелла, — начинаю, но тут появляется Дамлий.

— Лита, привет! — подходит, стараюсь не выдавать раздражения. — А госпожа Кларна как раз о тебе спрашивала… Как подруга?

— А что подруга? — недоумеваю, вот точно, такой подставит и не заметит.

— Ну… она же перегрелась…

— Дамлий, — хохочет проходящая мимо Данития, полупрезрительно окидывая парня взглядом. — Это она от тебя перегрелась.

Данития с подружками смеются, Дамлий смущаются, убеждаю, что всё в порядке — просто Чара приехала оттуда, где сейчас ранняя весна, ещё не привыкла к смене климата.

— Ямалита, ты там? — выглядывает госпожа Кларна.

— Добрый день, — здороваюсь, — иду!

— Я подожду тебя, — говорит Свелла.

— Да не надо! — машу рукой. — Созвонимся!

Раб бросает на меня взгляд… странный, словно знает обо мне нечто особенное. То ли что не такая, как все, то ли что тут с особой миссией. То ли он всегда так смотрит, проверяя реакцию. Зря я тогда со Свеллой не осталась. Нужно будет разузнать о нём побольше.

Захожу в зал с мыслями о том, какие приятные эмоции вызывает новый Свеллин постельный у Селия. Интересно, она догадалась не давать братцу срываться на нём? Ну, хоть Аниту с собой по-прежнему водит, а то ведь могла совсем голову потерять. Но куда смотрит Ажалли?

— Вижу, ты мыслями не здесь, — улыбка госпожи Кларны отдаёт приторным налётом.

— Радуюсь, что подруга приехала, — счастливо вздыхаю.

— Понимаю, — соглашается, — похоже, вы всю ночь веселились? Выглядишь не выспавшейся.

— Полночи точно болтали, — смеюсь. — Раз десять спать пытались разойтись.

— Знакомо, — снова кивает. — Но ты молодец, не нужно пропускать занятия, особенно если что-нибудь волнует.

— Да вроде не волнует… — пожимаю плечами.

— Как там твоя подруга? Дамлий обмолвился, что видел вас вчера на пляже, ей там плохо стало?

— Да не плохо, — фыркаю, доверительно сообщаю: — просто хотели от него отделаться. Только не говорите, пожалуйста.

Госпожа Кларна в очередной раз понимающе кивает, но напоминает, что мы должны поддерживать друг друга. Смущённо пожимаю плечами — подруга всего на пять дней приехала, а потом я буду поддерживать Дамлия и прочих. Руководительница улыбается, продолжает расспросы. Слежу внимательно и за ними, и за своими ответами.

— А раб? — смотрит пристально, начинает потихоньку выяснять, почему не взяла с собой, одалживала ли Чаре, всё якобы с позиций реабилитации.

Отвечаю, придерживаюсь предыдущей версии — одалживать не хочу (вдруг до Олинки слух дойдёт, она ни на кого не посмотрит, бросится права предъявлять), с наказаниями не слишком усердствовала: пульт подруге понравился, а кнут я сама не люблю, поэтому даже забыла о нём. Госпожа Кларна кивает, спрашивает, не боюсь ли оставлять вдвоём. Пытается узнать, не привязалась ли я к нему, что ли? Или наоборот — не планирую ли избавиться? Сообщаю доверительно, что оставила кучу камер в сети, пускай только попробуют пойти в обход моего разрешения. Но вообще моя подруга не такая, а самая лучшая, и может ей тоже раба подарить. Выслушиваю очередную лекцию о том, каких рабов можно вывозить с Тарина и куда.

Госпожа Кларна мягко интересуется, чем мы занимались, чем планируем заняться. Жалуюсь, что Чаре почти нигде нельзя появляться, поэтому даже не знаю толком, куда сводить. Пробует выяснить моё отношение к запретам, выражаю полное понимание, что не всем и не всё можно знать.

— Впервые вижу Свеллу с рабом, — говорю напоследок. Интересно, что по этому поводу думает руководительница.

— Да! — отвечает с почти нескрываемой гордостью, словно это целиком и полностью её заслуга. — У Свеллы определённые улучшения! Ещё немного, и, надеюсь, вернётся в норму.

— Может, ей лучше было бы обычного… элитного?