Нидейла Нэльте - Раб

Иду к себе в душ. К себе. Уже и привык. Оглядываю комнату, не нравится она мне.

После душа вожусь с панелью, перенастраиваю цвет стен, чуть сдвигаю шкаф, меняю форму светильников. Ставлю кровать поближе к окну. Вот так лучше. Не думаю, что Тали будет возражать, я же здесь на полгода. Да и поменять обратно всегда можно.

Спускаюсь на кухню, включаю комбайн. Интересно, когда она придёт? Голодная?

В тарелке до сих пор плавает цветок, ещё не завял, сижу, рассматриваю. Почему она его не выбросила? Мысли в голову лезут совсем неправдоподобные, ведь не может же быть, что… Ведь не может.

Выглядываю на улицу. Гравикар стоит. Ждёт, не иначе.

Проверяю сетекамеру над входом, подстраиваю настройки, чтобы машина в кадр попадала. Работает, записывает. Больше ничего не могу сделать.

Тамалия

Какая-то странная и неправильная из меня женщина, этот поход в косметический салон просто изводит, столько времени потрачено впустую! Нет, не впустую, конечно, теперь моя внешность полностью соответствует высокому званию аристократки. Да и Антеру так хочется нравиться… Но если бы не необходимость, я бы с удовольствием потратила это время на что-нибудь более увлекательное!

При мыслях об Антере всё внутри переворачивается, никуда я его не отпущу, буду убеждать сколько понадобится, что всё, что знаю — вызывает только уважение к его огромной, просто невероятной внутренней силе! Ну, в конце концов, ведь мы же сможем остаться хотя бы друзьями, просто не потеряться на просторах Вселенной, ведь я же умру, если он навсегда исчезнет из моей жизни!

Девочки зовут пообедать, но у меня уже нет сил их смешить и развлекать, и так хочется к Антеру, и эта Уилла ещё под дверью. Можно, конечно, их к себе зазвать, но только Антера изводить, а Уилла подождёт до следующего раза и всё равно появится, раз уж ей что-то от меня нужно.

Поэтому ссылаюсь на запланированные дела, благодарю всех за приятную компанию, соглашаюсь съездить как-нибудь познакомиться к Маралле. Наконец-то домой.

Длинный гравикар стоит, как Антер и предупреждал, отмечаю, что вне действия домашних камер, чуть поодаль с другой стороны дороги. Ладно, я якобы не в курсе, что они тут полдня уже торчат…

Выхожу, ставлю машину на сигнализацию, боковым зрением вижу, как в длинном гравикаре опускается окно и появляется Уилла. Привет, мой ночной кошмар.

— Госпожа Ямалита! — зовёт. Подхожу. — Можно с вами поговорить?

Киваю. Вот чёрт, выходит симпатичный хорошо одетый раб с длинными светлыми волосами. Пожалуй, излишне смазливый как на мой вкус, но красив. Кажется, он же был, когда она к Антеру цеплялась. Опускается на колени, открывает двери — меня приглашают. Чёрт… Но не отказываться же. Бросаю взгляд на дом:

— Может, ко мне зайдём?

— У меня пара минут буквально, — отвечает. Угу. Что ж ты полдня тут сидишь? Нет, отказываться слишком подозрительно. Да и вздумай она меня похищать, не делала бы этого так демонстративно, её ж тут, наверное, не только Антер заметил. Будем считать, что просто поговорить. Хм. Кровь, что ли, взять? Неужели посмеет?

Захожу. Сажусь. Раб тоже заходит закрывает дверь.

Уилла улыбается, нехорошо так, вдруг вижу — достаёт и надевает на лицо небольшую маску, воздух заполняется специфическим газом. Кроме неё и раба здесь ещё тот телохранитель малолетки, Лисавр или как там его. Оба мужчины тоже надевают маски.

— Не дёргайся, — предупреждает Уилла, беря мою руку. Телохранитель на взводе, весь как пружина, в любой момент схватить готов. Есть ещё возможность воспользоваться дес-шокером, всех растолкать и выскочить, но это будет означать полный провал моей миссии. Ладно, подожду немного. — Пока кровь чистая…

Газ прибывает, узнаю специфический запах, Уилла колет в вену манипулятором, моментально всасывающим кровь, улыбается, убирает в сумочку. Ну да, что у нормальной женщины может быть в сумочке, как не чужая кровь да плётка с утяжелителями.

Тут же ощущаю укол в бедро — сработал мой портативный микромедик. Вколол антидот. Хорошо хоть после того, как она кровь взяла, иначе пришлось бы срочно бежать с планеты. Антидот в крови — не выкрутишься. А я ещё раздумывала, надевать ли микромедика, но воспоминание об укусе мельденлы оказалось решающим фактором.

Усиленно вспоминаю, что за газ и какие у него свойства. Похоже, меня на правду раскрутить решили… Так, я должна быть слегка заторможенной и нереально спокойной, чтобы не заподозрили, что не действует.

Расслабляюсь, улыбаюсь.

— Ну чтож, поговорим, госпожа Ямалита, — сообщает с хищной улыбкой. — Для чего вы здесь?

— С вами поговорить, — отвечаю безмятежно.

— Я имею в виду Тарин, — хмурится.

— Скрываюсь от насильников и хожу на реабилитацию…

— Сколько их было?

— Четверо, — повторяю легенду слово в слово. Интересно, мне обязательно улыбаться, или в такой ситуации и взгрустнуть можно? — Последнего до сих пор не поймали…

— Надолго у нас остаться планируете?

— Хотелось бы навсегда, никогда такого места чудесного не видела. Только не знаю, как впишусь в общество, не знаю, как меня принимают, наверное, истеричкой считают, — долго продолжаю жаловаться, пока не перебивает:

— Вас не шокирует здешнее отношение к рабам?

Отвечаю осторожно:

— Поначалу немного… но ведь это так приятно…

— Что приятно? — уточняет.

— Ощущение полной власти, — говорю. Кивает.

— Наказываете своего?

— Конечно! Только мне больше не наказывать нравится, а осознавать, что он сделает всё, что бы я ни приказала…

— А наказывать не нравится?

— Кнутом нет, утомляет, рука потом болит, и кровь эта, фу.

— Понятно, — тянет, задумчиво меня рассматривая. — А пультом?

— Пульт — гениальное изобретение, главное, делать ничего не надо, а дома вообще мысленного приказа достаточно, и он уже у ног, на всё готов… — расплываюсь в мечтательной улыбке.

— Ещё одного не хотите?

— Не знаю, — пожимаю плечами. — У меня места мало, да и кормить нужно.

— Ну так этого продайте.

— Зачем? — удивляюсь.

— Надоел же уже, наверное.

Это что, она о подружке Амире беспокоится? А не пошли бы вы, старухи ненормальные, подальше от моего Антера?

— Да нет, — говорю, — он такой потешный. Про свободу вспоминает, извиняется потом…

— Вы понимаете, что на других планетах нашего отношения могут не разделять? Что не всё можно рассказывать друзьям-подружкам, что есть вещи, которые нельзя выносить отсюда?

— Конечно! — сообщаю. — Меня же предупредили, когда разрешения получала, а теперь и сама поняла… Знаете, мне кажется, каждый человек в глубине души хочет иметь раба, просто они не признаются в этом даже сами себе.

Кивает согласно, но продолжает свою линию:

— Вы действительно осознаёте, что всё, что связано с рабством, строго хранится в пределах Тарина?