Келли Армстронг - Грядущее

Я ответила, что не останусь на ужин, но возьму с собой что-нибудь поесть.

Все равно приходи, — ответил он. — Я сделаю спагетти.

Двадцать минут спустя, я повернула за угол и увидела автомобиль Мистера Бьянши и знала что сегодня вечером не будет никаких спагетти. Приготовление любого из итальянских рецептов мамы Дэниела было запрещено, когда его папа был дома. Я перечитывала смс, чтобы спросить, хотел ли он все еще чтобы я приехала, я вспомнила как я видела его на ринге, который он сделал вместе с Кори несколько лет назад.

Я пошла искать его. Я была хороша в этом. Некоторые мои друзья шутили, что это было в моей крови. Но это было не так, правда?

Парни сделали деревянные скамьи для зрителей, когда им было по двенадцать лет, и они имели виды на каждую девочку в классе, падающую в обморок, когда они хвастались своими приемчиками. Скамьи никогда не были полностью заполнены людьми, и если там были зрители, они больше кричали, чем падали в обморок, но это воспоминание заставило меня улыбнутся, когда я села на скамью позади Дэниеля.

У него был бой с тенью, он наносил удары и уворачивался от воображаемого противника. Он был одет в свою обычную одежду — штаны и майку, украшенные эмблемой школы. Я сидела там и наблюдала за ним, он разминал мышцы, пот капал с его русых волос, опрыскивая каждый его шаг. Тишина, прерывалась мягкими шагами, когда удар казался правильным и разочарованным фырканьем, когда он не получался.

Поскольку я наблюдала за ним, я начала расслабляться. Это было знакомо. Вид, звуки, чувство скамьи под моими пальцами, даже слабый запах пота — это было знакомо, и это было реально, и это заставило последние несколько часов уйти из моей памяти. Клочья кошмара наконец ушли из реальности.

Наконец, он почувствовал, что я здесь и затанцевал по кругу, кулаки его упали по швам, но ноги все еще двигались. Его лицо засветилось улыбкой настолько большой, что она прогнала последние из моих забот.

— Я предполагаю, что спагетти убраны из меню? — сказала я, кивая на дом.

— Да. Мы сходим куда-нибудь. Я угощаю.

Я не хотела никуда идти. Особенно выходить в свет. Но сейчас, я просто хотела быть с ним.

Он взглянул на меня. — Что-то случилось?

— Ничего.

— Ложь. Это Рейф?

Когда я заколебалась, его руки сжались, а челюсти сжались вместе с ними.

— Сукин сын, — пробормотал он.

— Эта та часть, где ты говоришь «я же тебя предупреждал».

Он выругался и подошел, чтобы сесть рядом со мной. — Что случилось?

Он имел в виду что случилось с Рейфом, но я не хотела, рассказать ему все о Рейфе. Вместо этого, я решила поделиться тем, о чем мы говорили с Рейфом, тем чем мне отчаянно было необходимо поделиться. Но я не знала, как же мне начать.

Поэтому я согласилась на, — Это просто не сработало. У меня большой шок, я так думаю.

— Он был не тем, кем ты думала.

Правда, не в том, как Дэниел это имел в виду. Рейф действительно был человеком, которого я видела в ту ночь на крыше, порядочным парнем брошенным в адскую ситуацию, вынужденным расти быстро, быть сильным, брать на себя ответственность.

Даже сейчас не смотря на то, что я сильно презирала его, я поняла, почему он должен был найти меня, и делал для этого все, что потребуется. Он не был плохим человеком. Он даже не был кем-то, кого я могла ненавидеть. Это делало все только труднее.

— Ты его любишь, — тихо сказал Дэниел.

Я заставила себя улыбнуться. — Запала на неправильного парня. Каждая девушка должна сделать это один раз в своей жизни. По крайней мере, это был быстрый урок. — Я поднялась на ноги. — Я сейчас действительно хочу ужинать.

Он оттянул переднюю часть своей пропитанной потом рубашки. — Я должен сходить в душ и переодеться. Наверное, это не слишком хорошо.

Он посмотрел в сторону дома, и я знала, что он не стремился входить в него. По той же причине он был здесь занимаясь боксом.

— Просто воспользуйся сушилкой, — сказала я. — И если запах не исчезнет, я буду просто сидеть за другим столом. Теперь пошли, прежде чем я по-настоящему оголодаю.

Мы начали обходить дом, направляясь к дороге. «Блендер» был в десяти минутах ходьбы, так что нам не пришлось бы возиться с грузовиком. Мы сделали около десяти шагов, когда входная дверь с шумом распахнулась и его отец закричал: — Куда, черт возьми, ты думаешь, что ты собираешься?

Дэниел ссутулился, как будто против взрыва ледяного ветра и пробормотал: — Просто продолжай идти.

Шаги застучали позади. Рука схватила Дэниеля за плечо и развернула его. Я могла почувствовать запах выпивки.

Еще до того, как мама оставила Дэниеля, я никогда не видела его отца таким. Если он был рядом, он шутил с нами в неловко взрослом стиле, пытаясь подружится с детьми — немного громко, слишком пытаясь — и его дыхание было с запахом пива.

Дэниел был смущен и всегда уводил нас на улицу играть. Мы все знали, что что-то не так, но родители у всех выпивали, и родители у всех делали неловкое вещи. Так что никто не думал об этом много, пока его мама не ушла, и мы поняли, что его отец не был похож на любого другого родителя, и, возможно, он никогда и не был настоящим родителем.

В старые времена, его папа был всегда одет в рубашку и галстук, отутюженные брюки, блестящие туфли, а его темные волосы были зачесаны назад. Он был чисто выбрит, пахнул одеколоном. Теперь, он все еще носил рубашку и брюки, но они были помятыми и грязными, обувь была с потертостями, его волосы были гладкими из-за того, что они были грязными, лицо покрывала щетина. Единственное, чем от него пахло — это выпивкой, настолько сильно, что он, казалось, даже помылся в ней.

— Я спросил, куда ты собираешься. Ты испачкал кухню пытаясь приготовить ужин, а теперь собираешься оставить меня с беспорядком?

— Нет, — голос Дэниела была низким и спокойным, как будто он разговаривал с ребенком. — Я сказал, что уберусь перед сном. Майя и я собираемся на ужин.

Его отец моргнул глядя на меня, как будто он не видел меня там до этого. Затем он нахмурился. Нет он больше не шутил ни с кем. У него не было много терпения для любого из друзей Дэниела, но он, казалось, относился ко мне неплохо, я предполагаю, потому что я была одной из тех, кто всегда оставался с Дэниелом в трудные времена.

— Майя, — сказал он, — Не можешь оставаться в стороне? Всегда ходишь рядом, дразня мальчика.

Пальцы Дэниела обернулись вокруг моего локтя — Мы уходим, отец. Там, в кастрюле…

— Тебе нравится дразнить, да, Майя? — Его отец подошел ко мне ближе, когда Дэниел оттолкнул меня назад. — Так же, как и всем девушкам. Дразнить и флиртовать и заставлять парней бегать за вами, тратить свои деньги, чтобы построить для вас скаладромы. Может быть, получить поцелуй в щеку за него. Так вы себя ведете. Все девушки. Чтобы посмотреть, на что он будет способен. Он собирается быть отчаянным адвокатом? Олимпийским борцом? Или просто скромным общественным защитником? Или конченным учителем физкультуры?