Наталия Янкович - Ультимо. Том 2

– Можешь дать его новый номер? – осторожно произнесла Елена. – Когда разъезжались в разные города, я стерла в мобильном его новый телефон…

– Ох, Елена… Я знал, что Даниил что-то недоговаривает… Ни к чему подобная свобода в таком возрасте. Возвращайся скорее! Я не одобряю твоих путешествий в одиночку!

– Дай его номер, – прошептала Елена, а сама была готова расплакаться появившейся надежде.

– Я отправлю смс.

– Нет! – тихо произнесла Елена. – Просто продиктуй, я запомню…

Собко, довольный первым произведенным эффектом, тем временем вышел на балкон и с наслаждением допивал третий бокал вина. В своей власти над Еленой он был уверен полностью. Отца Беловых Веня вытащил собственными силами. С матерью оказалось куда сложнее, но решаемо… С кукловодом… С ним пусть разбирается специалист, которого Елена собиралась нанять. Так что Собко освободил себя от выслушивания семейной идиллии и вышел на балкон подышать свежим воздухом. Встреча с Великим Магистром и сыгранная Еленой роль его полностью удовлетворили.

Поэтому Вениамин не заметил, как задрожали губы девушки при упоминании о брате, как одинокая слезинка скатилась по её щеке, а голос предательски дрогнул.

– Я перезвоню, пап…

Елена распрощалась с отцом и продолжала смотреть на трубку мобильного, как завороженная. Она безумно хотела набрать номер брата и так же безумно боялась, что услышит простого двойника. А потом отложила телефон в сторону. Удалить вызов с аппарата она смогла бы. Но изъять звонок из базы телефонной компании… Елена не хотела, чтобы Собко даже приблизительно понимал, насколько важен её брат. А в том, что Собко не преминет проверить, как Елена использовала выданный мобильный, девушка даже не сомневалась. И сделает это прожжённый мафиози, не просматривая номера в аппарате, а отслеживая разговоры через оператора связи: Собко и его охрана, во главе с Седым, достаточно натерпелись от проделок девушки с камерами наблюдения и хорошо были осведомлены о её возможностях. Во всяком случае, о тех, о которых Елена разрешала им знать.

Она умирала…

Тонкие проводки опутывали хрупкое изящное тело, красивые губы становились безжизненными, кожа рук высыхала, точно пергамент…

Микаэль отпрянул от стекла, отвернулся, закрыл лицо руками.

– Мы подарили ей восхитительные несколько лет жизни, – произнес начальник отдела разработок, Винсан Коник, за спиной у Вайса. – Молодой, красивой, насыщенной жизни…

Микаэль отнял руки от лица, устало потер переносицу, бросил короткий взгляд через стекло на умирающее тело прекрасной красавицы и отошел к окну.

Сегодня погода в Мюнхене выдалась неважная. Моросил мелкий дождь, все небо было затянуто низкими, серыми облаками. Радовал глаз только огромный Инглиш Гарден, что начинался сразу через аллею Генриха Манна, – парк был прекрасен в любую погоду.

Микаэль взглянул на Коника.

– Мы обещали ей несколько лет молодости и сдержали обещание, – улыбнулся Микаэль с оттенком грусти. С волевого лица президента самой крупной трансконтинентальной фармкорпорации ушла грусть, её место заняла решимость. – Нескольких лет мало! Мы не можем предлагать людям пройти такое количество операций, трансплантаций и курсов гармономодулирования только ради нескольких лет молодости! Нам нужны десятилетия, нет – столетия!

– Природа не терпит вмешательства, она всегда берет свое, – медленно ответил Винсан Коник и перевел взгляд на умирающее тело.

Красавица с идеальными, точеными чертами лица была удивительно хороша. Винсан лично руководил проектом, но сам до сих пор не верил, что девушке, опутанной проводками, на самом деле глубоко за восемьдесят.

Она пришла в их корпорацию, когда ей было почти семьдесят, и сказала, что хочет стать прежней, её не волнует количество операций и побочные эффекты. Она желает стать юной – и точка. Виновником столь безрассудной решимости оказался молодой любовник Хильды. А сама Хильда – владелицей крупнейшей сети отелей. Даже в свои шестьдесят с большим хвостиком Хильда выглядела потрясающе! Про таких говорят – роскошная женщина: светлые волосы умело уложены и им придан очаровательный золотистый оттенок, кожа все еще гладкая, ухоженная, пусть и после нескольких пластических операций, фигура спортивная, подтянутая, манеры королевские… Хильда тогда покорила весь персонал! Она умудрилась увлечь даже нелюдимого и замкнутого Микаэля своим напором энергии.

– Природа берет свое… – повторил Коник и принялся разливать по чашкам кофе. Микаэлю он, как всегда, сделал крепкий, черный, без сливок и сахара. Себе намешал прохладный латте со льдом и устроился в кресле напротив Вайса.

Владелец трансконтинентальной корпорации посмотрел на подчиненного. Тот ничего не знал о природе. Природа бывает слишком разной, у всех она своя. Но Коник всего лишь человек и не может этого знать.

– Я хочу, чтобы ты изменил природу…

Коник поперхнулся очередным глотком латте и, откашлявшись, виновато посмотрел на Вайса.

– Я понимаю, что мы заявляли сто пятьдесят-двести лет непрерывной молодости и здоровья… Но… пока успешными оказались лишь пара десятилетий… И… клетки не выдерживают, мозг отказывается функционировать…

– Мозг способен на большее, – твердо заявил Вайс. Такого упрямого выражения лица шефа Винсан боялся больше всего. И главное – не поспоришь! Сказал, как отрезал, точно изрек истину в последней инстанции. Вот так – и все тут!

– М-м-м… – попытался что-то парировать Коник, но передумал и опять отпил глоток кофе.

– Возможности мозга человека безграничны! Надо лишь научить его расширять свои возможности! Тренировать!

На самом деле Вайс знал, о чем говорит, более всех остальных. Он пришел в этот мир уже очень давно, так давно, что сам порой сбивался со счета лет, проведенных на Земле. Он пришел в этот мир не через чистое воплощение, а как простой ультимо, потерянный, отступник, странник, ищущий новые пути… Как приходят все ультимо на Землю – занимая чужое умирающее тело, которое уже покинула земная душа. Иного пути не дано.

Иногда тело может оказаться младенцем, уже умершим в утробе матери, иногда юношей или девушкой, иногда зрелым человеком или стариком. И почти всегда ультимо могут преобразовать тело, сделать вновь сильным и молодым, исцелить смертельные травмы и неизлечимые на Земле болезни. Все это ультимо способны проделать с человеческим материалом, с земными клетками, исключительно с тем запасом возможностей, что заложены в тело землянина изначально.

Поэтому Микаэль совершенно точно знал, что человеческий мозг способен на большее. Только пока Коник и его команда не научились должным образом раскрывать весь потенциал серого вещества.