Раса проклятых (СИ)

Спустя пару часов Адам решил навестить лидера «Гончих», чьё состояние сильно его беспокоило. Та их перепалка прямо посреди миссии могла погубить их обоих, и то, что они оба сейчас живы — это самое настоящее чудо. Если Крейн сделал что-то не так или каким-то образом спровоцировал Кидмана, он хотел загладить свою вину и всё прояснить.

Он уже хотел постучать в дверь его номера, но тут заметил, что она была приоткрыта. Это сразу же заставило юношу насторожиться. Осторожно толкнув дверь, он переступил порог, и вот тогда ему стало по-настоящему страшно. Он ещё не увидел ничего воистину жуткого, только перевёрнутую мебель, ободранные стены и разбросанные по полу вещи, но инстинкты подсказывали ему, что в комнате притаилось нечто ужасное.

Внезапно он ощутил холодное дыхание опасности на своём затылке. Резко обернувшись, попытался ударить неведомого противника, но промахнулся. Некое склизкое, чёрное, чёловекоподобное существо, тело которого покрывало множество тёмных глаз, поднырнуло под него рукой и с силой толкнуло Адама в грудь, да так, что выбило воздух из его лёгких. Парень налетел спиной на стену и судорожно вдохнул. У него была пара секунд на то, чтобы прийти в себя, пока тварь не преодолела разделявшее их расстояние. Пара секунд…

Вдруг Адам почувствовал струнную, тупую боль в груди. Дышать стало тяжело, пожалуй, даже невозможно. На языке юноша ощутил вкус металла. Он опустил изумлённый взгляд вниз и увидел руку многоглазой твари, вонзившуюся в его грудь. Сама Венимира стояла неподвижно в пяти метрах от него, а вот рука её удлинилась и растянулась так, словно она была сделана из резины.

Цепкие пальцы Венимиры сдавили ещё бьющееся сердце. Крейн стиснул зубы, сквозь которые засочилась багровая пена, и как-то нерешительно закашлял. Прильнув к стене он сполз вниз, на пол, размазывая по ней свою кровь, и затих. Адам был мёртв.

Воздух в номере обрёл солоноватый привкус крови, пробудивший неописуемый голод многоглазой. Рывком она вынула сердце из пробитой грудной клетки и занесла его над своей головой.

Её рот, полный мелких, напоминавших иголки зубов, растянулся на тёмном лице кривой полосой от уха до уха и приоткрылся. Она сдавила сердечную мышцу, словно выжимая сок из спелого плода. Кровь заструилась на её длинный, извивающийся язык, обжигая его горячими каплями. По её телу тут же прошлась мелкая дрожь наслаждения. Пасть распахнулась в разы шире и вонзилась зубами в сердце солдата. Зазвучало хлюпающее чавканье раздираемой плоти.

Когда Венимира закончила, от тела Адама остались лишь жалкие человекообразные останки. Обглоданный скелет с которого содрали почти всё мясо. Попадая в желудок многоглазой твари, вся эта биомасса моментально переваривалась и преобразовывалась в строительный материал, который ей предстояло использовать, чтобы изменить и перестроить этот жалкий, слабый сосуд, в который ей пришлось вселиться. Мышцы должны были стать сильнее, кости прочнее, рефлексы острей . С этого стоило начать.

Распрямившись, существо прикрыло все свои бесчисленные глаза и сосредоточилось на собственных ощущениях. Венимира и сама не знала, что она рассчитывала найти. Первым её порывом было попробовать отыскать Асуру — могучий сосуд, с которым она теперь жаждала слиться вновь, но, как многоглазая и ожидала, она не обнаружила ни намёка на его присутствие. Должно быть, глупо было даже надеяться на то, что он каким-то чудом окажется жив. Однако кое-что Венимира всё же уловила. Некий предмет, находившийся в нескольких сотнях километров отсюда, испускающий ни с чем несравнимую энергию, пробуждающую целый шквал воспоминаний из далёкого прошлого.

Совершенно не заботясь о том, что кто-то может её увидеть, она выбежала из номера и с немыслимой скоростью направилась к новообретённой цели, снося всё на своём пути.

В одном из офисов высотки, коих в огромном мегаполисе было великое множество, некий ухоженный мужчина средних лет о чём-то оживлённо спорил со своим коллегой по телефону. Этот человек был бизнесменом, не так давно занявшимся политикой. Очень многим его лицо и взгляды на жизнь были хорошо знакомы, благодаря многочисленным рекламным роликам, но едва это имело сейчас огромное значение.

— А я всё равно считаю, что нашу рекламную компанию надо строить на теме защиты граждан от Объектов! — чуть ли не с пеной у рта доказывал политик.

— Да пойми же ты, тема ведь щекотливая! Она, скорей уж отпугнёт, чем привлечёт внимание! — доносился голос из трубки.

— Отпугнёт? Вздор! Ненависть к этим существам объединяет людей, далеко за примерами ходить не надо! В кратчайшие сроки войны и соперничество между большинством стран прекратилось, а всё потому, что человечество сплотилось ради борьбы с общим врагом! Да, конечно, внутри самих государств по-прежнему происходят различные беспорядки, но факт остаётся фактом! Я вот считаю, что Организация давно должна была обо всём поведать миру! Это бы пошло ей только на пользу!.. Впрочем, я отхожу от темы. Говорю тебе: стоит пообещать, что мы уменьшим популяцию Объектов и обеспечим людям безопасность, и народ к нам потянется! А как мы эти обещания будем выполнять — это уже совсем другой разговор!

И тут мужчина услышал какую-то страшную какофонию из грохота и криков, доносившуюся из коридора. Среди общих шумов он отчётливо различил визг своей секретарши, что крайне резко оборвался. По спине бизнесмена пробежал холодок.

— Я перезвоню… — тихо сказал он и повесил трубку, не дожидаясь ответа.

Он замер посреди кабинета и стал ждать чего-то. К его горлу подступал ком, ладони потели, коленки дрожали. Мужчина старался не издавать ни единого звука. Он даже дышал и сглатывал слюну как можно тише. Эта давящая тишина, воцарившаяся, как только какофония утихла, сводила его с ума, но продлилась она не долго. Её оборвал чудовищно мощный удар в дверь, сорвавший её с петель.

Оставляя за собой след из крови и чёрной слизи, в комнату вошло нечто тёмное и глазастое. Существо до того напугало бизнесмена своим видом, что удивительно, как его сердце не разорвалось в груди от ужаса.

Венимира встала в центре просторного кабинета, кажется, не обращая на мужчину никакого внимания, и начала внимательно осматривать офис. Её глаза хаотично и резко забегали из стороны в сторону, делая это столь несогласованно, что у политика от этого зрелища закружилась голова, а сэндвич, съеденный на обед, полез вверх по пищеводу.

— Где она? — прошипела многоглазая, взглянув на мужчину, отчего тот вздрогнул.

— К-к-кто? — заикаясь, проговорил он.

— Шкатулка, — поняв по глазам бизнесмена, что он был в полнейшем недоумении, Венимира хмыкнула. Можно было и не надеяться на то, что он окажется ей хоть сколько-нибудь полезен. Вновь сконцентрировавшись, она метнула взгляд к одной из стен, на которой висел чей-то большой портрет.