Джесса Слейд - Совращенная тенями

С воплем она упала и перекатилась на спину, сгибая колени так, чтобы снять пальто. Яростно пинаясь, она никак не могла освободиться.

Он наклонился, заматывая ее пальто на коленях, чтобы обезвредить ее. Все ее усилия только «запачкали» черную рубашку под его черным драповым пальто.

— Сера, — кричал он. — Прекрати сейчас же.

Она все-таки задела его пяткой где-то в районе левой груди. Он крепче скрутил ее колени, и она немного остановилась, чтобы отдышаться.

Он нахмурился.

— Все?

Она обнажила зубы.

— Придвинься поближе и спроси снова.

Он сделал петлю из оставшегося пальто и обернул вокруг его большой руки, скрывая татуировку, которую она видела раньше.

— Я не был в твоей спальне вчера вечером.

Она пиналась обеими ногами, хотя завязанные ноги препятствовали удару.

— О. Я, наверно, ошиблась. Это был другой высокий, смуглый, красивый южанин с акцентом, с хорошим доходом и вкусом, чем мой.

— Лучшего вкуса? Я такого не мог сказать. — Его полузакрытый взгляд задержался на ее губах.

Из-за этого температура ее тела повысилась, и она почувствовала напряжение, смущение и возбуждение.

— Ты много не говорил в моей спальне, так как был занят, целуя меня.

Это ошеломило его. Он немного ослабил хватку.

Они уставились друг на друга.

— Глаза были странными, — бормотала она. Она не могла побороть дрожь, поскольку все еще смотрела в его глаза, темные с намеком на земельный цвет, как будто потемневшая бронза. — Я знала это. И верила, так или иначе.

Расстегнутый ворот его рубашки показывал забрызганные темные волосы, а у мужчины в ее комнате не было волос на груди, так же как и татуировки на руке.

— Демон приобретает форму искушения. — Он переместился на пятки, отпуская ее. — Это характерно для демонов.

Она нахмурилась.

— Демон? Ты говоришь о наркотиках? Я ничего не принимала. — Ее совесть уколола ее. — В последнее время.

— Ты — наркоман? — Игнорируя ее бормотание, он кивнул и поднялся на ноги, несмотря на свой рост. — Это делает внушение еще более легким.

— У меня есть предписание, — колебалась она. — Я не могу быть обвинена в незаконном владении наркотиками.

— Мне все равно, чем ты обладаешь, мне есть дело до того, что хочет обладать тобой.

— Забудь про наркотики, — она отпихнула пальто со своих ног. — Кто был в моей комнате?

— Как я уже сказал, демон.

Он сел напротив нее. Бетон высасывал последнее тепло из ее тела. Ничего не имело смысла, ни его слова, ни ее внезапное физическое состояние, ни камень, который взялся не откуда в ее ванной.

— Демон?

Его вздох был разочарованным.

— Долго объяснять, да и незачем. Это то, почему я нашел тебя и присоединился к тальянам.

Она вспомнила белые глаза, в которых можно было увидеть бесконечность, странный камень, пылающий в ее ладони.

— Он был твоим близнецом?

— У меня нет братьев. И это был Демон убежавший из ада. — Он пристально посмотрел на нее вниз. — Ты думала, что это был я?

Она проигнорировала его вопрос.

— Часть два. Кто ты?

— Феррис Арчер. Я шел последу демона, и он привел меня к тебе.

— Ты действительно ожидаешь, что я тебе поверю? То, что я охвачена демоном?

— Вера — это не то, что надо. Это правда.

Это похоже на то, что сейчас ее пришибет пылающим фортепьяно. Конечно, она не верила ему. И все же она не могла оторвать взгляд.

— Демонов не существует.

— Материально в этом мире нет. Именно поэтому он нуждается в твоей плоти.

Ветер все еще дул с озера, и дрожь начинала пробивать ее. Она обняла себя вокруг талии, как будто это помогло бы ей чувствовать себя лучше.

— А что если я не хочу делить с ним плоть?

Мускул на его челюсти напрягся.

— Ты можешь выбросить его, прежде чем он поднимется. Прежде, чем пустит корни в твоей душе и свои метки на твоей коже. Но цена высока.

— Разве это не навсегда? — она вынудила себе разогнуть сжатые пальцы. — Скажи мне, что Бетси послала тебя от АА, что это просто плохой розыгрыш.

— Мне жаль, но это не так.

— Пожалуйста, — убеждала она его.

Его губы искривились, будто ему это причиняло боль, или просто это была улыбка.

— У меня много пороков, но лжи среди них нет.

Он отдернул края своего пальто, и из его сгибов показался почерневший куб размером с его руку. Он схватил его кистью и раздался угрожающий скрежет металла, куб раздвинулся и увеличился в длине. Он щелкнул по нему, и утолщенные шипованные лезвия показались наружу, разложившись каскадом, куб стал в два раза шире его растопыренных пальцев.

От примитивного куба до топора или ножа с заменяющимися лезвиями всего считанные секунды.

— О, Боже, — она съежилась и придвинулась к стене за ее спиной.

— Я никогда не буду делать этого снова. — Он схватил оружие чуть ниже лезвия и дернул рукава пальто.

Края бритвы сверкали холодным светом, он оказался более острый, чем на взгляд, он положил его на внутреннюю часть своей правой руки между чернильными татуировками.

— Нет, — отвращение вместе с ужасом прошло через нее, так же как тогда, когда увидела, как мчался ей на встречу внедорожник, который полностью изменил ее жизнь.

Татуировка ни цветная, ни племенная, а обычная примитивная, не задевала его суставов на руке. Против черноты ее, кожа на запястьях выглядела чуткой, вены и сухожилия выделялись на мраморной коже.

Он повернулся к ней, несмотря на заполненные страхом удары сердца, и поймал пристальный взгляд направленный на него.

— Непростительно мелодраматично, — сказал он. — Но хорошо действует как доказательство.

Он разрезал лезвием кожу на руке. Кровь лилась, но кожа в разрезе оставалась серебренной.

В бессловесном крике, она подскочила. Локтем она задела оружие, и оно выпало из его рук.

Они оба упали на тротуар. Он начал ругаться, так как сильно ударился спиной об землю.

Она не могла понять, что ей делать, обеими руками зажала ужасную рану, из которой быстро вытекала кровь.

— Сера.

— Ты псих? — Или она? У него был нож, ради Бога. Она пыталась не задавать вопросов, было ли оружие достаточно далеко, если вдруг ему оно снова понадобиться, но теперь для нее. — Я не могу тебя так оставить.

— Если так, то ты первая.

Проблеск давней боли опять мелькнул в его глазах, и поймал ее в ловушку. С каждым сердцебиение нарастало ее удивление, и новый пульс его крови бил между ее пальцами.

— Заткнись, это не имеет смысла. Надо положить руку на турникет. Черт возьми, почему у меня нет с собой шарфа?

— Сера, отпусти.

Ее живот скрутило.

— Я боюсь, что собиралась покончить жизнь самоубийством, но предполагаю, что ты сделаешь это сам.

— Это тяжелее, чем ты думаешь. — Его голос был мягок, и он изменился, его бедра находились между ее коленями. — Сера, пожалуйста.