Райчел Мид - Дитя бури

— Как долго мне придется так делать?

— Сколько понадобится.

Он ушел, а я осталась сидеть и ждать некоего откровения. Ладно. Где-то там была ваза с водой. Что-то внутри меня должно было ее почувствовать. Никогда бы не поверила, но гостиная по ту сторону двери, ведущей из внутреннего дворика в дом, служила доказательством того, что мои сверхъестественные силы все-таки существуют. Но думать о том, как вызвать шторм, сейчас было нельзя. Это другое.

Прежде всего я почувствовала свое собственное тело. Путы Дориана не причиняли боли, но сидели плотно. Рана, зашитая Кийо, побаливала. Затылок ныл. Мышцы ног были напряжены и воспалены. Я неторопливо инспектировала каждую частичку своего организма, анализировала самочувствие, прислушивалась к биению сердца, к ровному дыханию.

После этого я принялась концентрироваться на том, что было вокруг меня, услышала, как кто-то, вероятно Дориан, подтащил кресло и уселся в него. Где-то над головой пролетел самолет. У соседей стояла птичья кормушка, и воробьи регулярно пищали и чирикали возле нее. Где-то далеко слышались более грубые крики каких-то других птиц. На нашей улице стояло всего несколько домов. Движения на ней почти не было, но где-то в соседнем квартале кто-то завел машину и уехал.

Я думала о воде, и чем сильнее припекало солнце, тем более привлекательной становилась эта мысль. Я возблагодарила небо, что намазалась кремом от загара, тем не менее чувствовала, как по мне льется пот. Вода так прохладна, так свежа. У мамы дома был бассейн. Внезапно мне больше всего на свете захотелось нырнуть в кристально голубую воду.

Я думала о вазе с водой, о ее прохладе, о влаге на моей коже, пыталась почувствовать, призвать ее.

— Вон там, — сказала я наконец, не имея ни малейшего понятия о том, сколько времени прошло.

Наверное, довольно прилично.

— Где? — спросил Дориан.

— На четыре часа.

— Что?

— Она имеет в виду вот это направление, — услышала я слова Кийо.

Наверное, он показал туда.

— Мимо, — ответил Дориан.

— Что?

— Извини.

— Я была близко?

— Нет.

— Что, вообще никак?

— Нет.

— Черт подери! Выпустите меня! — Я забилась в путах.

— Нет уж. — В голосе Дориана послышалось легкое удивление. — Нужно попробовать еще раз, начать снова.

— Господи боже! Это куда скучнее медитации, — проворчала я. — Могу я, по крайней мере, чего-нибудь попить?

Дориан заколебался.

— Честно говоря, я думаю, что чем сильнее ты будешь хотеть пить, тем выше твои шансы.

— Да брось!..

— Итак, продолжаем, — ответил Дориан.

Я слышала, как он встал, снова сделал круг, потом еще и еще раз, так, чтобы мне нельзя было понять, куда на этот раз поставлена вода.

Когда Дориан вернулся в свое кресло, я снова попыталась угадать. Прошло еще некоторое время. Я вся измучилась, концентрируясь, и в какой-то момент услышала, как кто-то встал и пошел к двери.

— Кто это?

— Я, — ответил Дориан. — Мне скучно.

— Что? Ты же мой учитель?

— Кицунэ позовет, если понадоблюсь.

— Поверить не могу, — сказала я, когда он ушел.

— Эй, это ведь твоя идея, — напомнил Кийо.

Я услышала, как он заерзал в кресле, устраиваясь поудобнее.

Когда Дориан снова вышел во двор, я была на пороге новой догадки.

— Там. На девять часов.

Должно быть, Кийо показал, где это.

— Мимо, — ответил Дориан.

Он опять заставил меня повторить процесс. К этому времени я уже готова была рвать и метать. Мои бедные мышцы, и так измученные, затекли от неподвижного сидения. Жара стояла невыносимая. Хуже того, Кийо спросил Дориана, не хочет ли он что-нибудь попить, ушел в дом, потом вернулся. Я услышала шипение открываемой двухлитровой бутылки с колой и звук наполняемых стаканов.

После этого они завели обычный разговор.

— Эжени приглашена ко мне на прием в честь Бельтайна, — объяснял Дориан. — В качестве особой гостьи.

— Круто.

— Твой энтузиазм можно потыкать палочкой.

— Я просто не фанат приемов, вот и все.

— Как жаль! Но если захочешь прийти, то я с радостью пришлю приглашение.

— Не хочу создавать вам лишнего беспокойства.

— Никакого беспокойства. Ты можешь прийти вместе с Эжени. Я всегда особо приглашаю свиту, сопровождающую высоких гостей.

— Вы заткнетесь или нет? — поинтересовалась я. — Я, между прочим, работаю.

Оба замолчали.

«Вода, вода. Мне нужна эта проклятая вода. Скорее бы Дориан развязал меня, тогда можно будет вернуться в дом, где есть кондиционер. А еще я выпью галлон, стоит мне только ее найти, лучше даже два или три. Если я и на самом деле отыщу эту дурацкую вазу, то просто вылью ее содержимое себе на голову».

Пот катился вдоль выреза моей футболки и там, где шнуры и повязка прижимались к коже. Наверное, крем от загара уже смыл пот и я начала обгорать.

«Можно подумать, мое тело недостаточно настрадалось. Где, черт подери, эта вода? Почему я не могу ее найти?»

Я подумала про мамин бассейн и поклялась самой себе, что завтра же съезжу к ней.

«Господи, как же жарко».

Мне просто хотелось немного прохлады. Вода, вода, вода. Я чувствовала себя словно Хелен Келлер [10] Хелен Келлер — слепоглухая американская писательница, преподавательница и общественный деятель. или один из этих танцоров в Лакоте, у которых длительное пребывание на солнце вызывало галлюцинации. Может, мне удастся представить себе эту воду?

Я вздохнула и почувствовала какой-то холодок. Он немного облегчал жару. Я выпрямилась изо всех сил, как только могла.

«Неужто у меня получилось? Именно это и есть ощущение прикосновения к воде? На третий раз у меня все вышло! Да. Вот оно, снова».

Словно прохладный, сырой воздух подул на меня с востока. Я почувствовала влагу, скопившуюся вокруг меня, словно пар в бане, и наклонила голову в том направлении, где угадала воду.

— Я нашла ее. На три часа.

— Мимо.

— Ни черта не мимо!

Я услышала, как Дориан поднялся и вздохнул.

— Думаю, на сегодня достаточно.

— Но я нашла ее! Клянусь. Я ее чувствую! Я так сильно думала о ней!

— Знаю, ты старалась.

Он снял повязку и посмотрел наверх. Клубящиеся свинцовые облака затопили все небо. В лицо мне дул восточный ветер, вовсе не воображаемый, все больше набирающий силу. Крупные, тяжелые капли со звонким хлюпаньем посыпались на нас.

Это ведь тоже вода.

Гроза, как и следовало ожидать, почти не удивила Дориана.

— Ты не можешь контролировать ее, — сказал он. — Да и толку от нее никакого нет. Пока ты не сможешь управлять меньшим, никогда не научишься контролировать большее. Это оно будет тобой командовать.

Но расстроенным король не казался, он демонстрировал бесконечное терпение и столь привычное хорошее расположение духа. Дориан по-прежнему восторгался человеческим бытом, хотел, чтобы мы отвели его в город и развлекли. Особенно его интересовали вышеупомянутые женщины невысоких моральных устоев. Мы решили, что поездка на машине убьет его в буквальном смысле, и вместо этого заказали пиццу.