Хлоя Нейл - Ледяной укус

— Потому, что мы не сидим там, притворяясь что святее тебя, как колдуны с ответами на все мировые проблемы.

Пейдж уставилась на стол. Это не было принятием того, что у Ордена были проблемы, но, пожалуй, было лучше, чем отрицание всего остального, больше схожее с попыткоу спрятать голову в песок

— У вас есть долгосрочный план? — я задалась вопросом.

— Выживание является ее долгосрочным планом, — сказал он. — Выжить в нашей среде — без ласки, без магии, без уважения которое не заработано.

Для меня это имело смысл. На первый взгляд это больше походило на непослушного подростка, чем на волшебницу с проблемами черной магии, но всеравно работало.

Через двадцать минут Катчер вернулся через дверь. Он и Габриель перекинулись тихими словами, а после, пожали руки и подумала, что это предвещает нечто хорошее для положения сверхъестественных отношений.

— Она вся твоя, — сказал Катчер, — Она только поднялась на перерыв.

Габриель кивнул. — У нее есть пятнадцать минут после каждой двух-часовой смены, когда она работает руками. Это очень справедливая система.

Это было странно, у оборотней была система для подобных ситуаций? Тем не менее, я взглянула на Габриеля. — Я бы хотела поговорить с Меллори, если все в порядке?

— Позовешь, котенок.

— В таком случае, сказала я Катчеру, — Я думаю Пейдж нужно подвезти кое-куда.

Она встала и также кивнула. — Мне нужно поговорить с Баумгартнером. Это вероятно неплохая идея, если позволите.

Катчер кивнул, затем с опаской взглянул на дверь, за которой работала Меллори.

— Иди домой, — сказала я ему. — Она здесь в безопасности, и ты выглядишь так будто мог бы использовать время для отдыха.

— Не будь я измотан, ты бы мне за это ответила.

— Ты устал, так что я буду притворятся, что ты сделал саркастическое возражение. — Я положила руку ему на плечо. — Серьёзно. Иди вздремни.

Он кивнул, а потом вывел Пейдж из комнаты.

— Ты уверена, что готова для нее? — спросил Габриель.

Я выдохнула. — Я думаю, что вопрос лучше, готова ли она для меня.

После предложенных направлений Гейба, я нашла Меллори в маленькой спальне верхней части узкой лестницы позади кухни.

В комнате мало, что находилось. Двойная кровать. Маленький столик. Стены были увешаны старомодными обоями несущими на себе мультяшную клубнику.

Меллори сидела на краю кровати уставившись на потрескавшиеся руки на ее коленях.

Она посмотрела на меня и выпустила струйку худых белых волос. — Что ты здесь делаешь?

— Я хотела проверить тебя.

Обрушилась тишина. Я представляла, что встреча с Меллори будет неловкой, и я была права. "Неудобно" было мягким словом, для тысячи невысказанных слов, которые висели между нами. Она она была той, кто объяснит, что делать, поэтому я вошла внутрь и закрыла за собой дверь. Я села на деревянный пол скрестив ноги, и, в неловком молчании, взглянула на свои ногти. Они не выглядели большими, но я боролась с гномом-мутантом, колдуньей и Тейтом.

— Как ты себя чувствуешь? — наконец спросила я.

Она невесело рассмеялась и вытерла слезы со щек. — Так же. Плохо. Глупо. Я чувствую себя неправильно, Мерит. Глубоко в моих костях, я чувствую себя неправильно. До сих пор.

— Я знаю.

Она посмотрела на меня. — Я не пыталась кого-нибудь обидеть.

— То, что ты не пыталась это сделать намеренно, не означает, что ты не несешь ответственность за это.

Она кивнула.

— Ты могла бы быть мертвой прям сейчас, Меллори. Мы все могли быть мертвы.

Так же, дом Пейдж сгорел, Малефициум поджарился. Тейта в два раза больше человека, чем было, и мы понятия не имеем где он и как его остановить.

— Я знаю, — сказала она. — Я знаю.

— Как вы с Тейтом зацепились?

— Я знала, что книга была в бункере, но я не знала как туда попасть.

Там много для моей теории Интернет-исследования.

Я смотрела за фермой, думая, что когда ты появишься и попадешь в бункер. Вот где он нашел меня. Он сказал, что мы могли бы помочь друг другу.

— Ты отвлечешь внимание, а он схватит Пейдж, чтобы показать ему бункер.

Она кивнула. — Мне жаль. Я знаю, этого недостаточно, но мне жаль.

— Ты понимаешь, под какую опасность ты поставила город? Под какую опасность ты поставила вампиров? Когда появляется какое-то дерьмо, Меллори, они обвиняют нас. Они обвиняют вампиров. Город, ГС, мэр. Мы должны регистрироваться в городе просто, чтобы жить, мы как осужденные на условнодосрочном освобождении.

— Что ты хочешь, что бы я сказала?

Это был хороший вопрос. Что она могла бы сказать, чтобы стереть последние несколько дней?

— Я не знаю, — сказала я честно. — У нас большая совместная история, ты и я. И как же я рада, то ты вернула Этана, и пройдет много времени, прежде чем ты сделаешь это людям, которым ты навредила.

— Боль избивает меня, — тихо сказала она. — Боль победила. Я знаю, это трудно понять…

— Это трудно понять, потому что ты никому ничего не говоришь об этом. Я узнала, чем ты увлеклась, когда обнаружила, что ты предала меня и мой Дом. Если ты не считаешь, что Саймон достоин твоего доверия, то ты должна была поговорить с

Катчером. Или моим дедом. Или с кем-нибудь еще. Ты должна была сделать чтонибудь, но совсем не то, что сделала.

Какой-то момент она молчала. — Ты ненавидишь меня?

Это не много говорило о нас, что мне пришлось задуматься над ответом. Честно говоря, я не была уверена в том, что я чувствовала. У нас с Меллори была история дружбы — история больше, чем с кем-либо другим, являющимся частью моей жизни в настоящее время. Но она продвинулась вперед, независимо от того, кому еще она навредила, и независимо от последствий. Она почти разрушила Чикаго и умудрилась разделить двух Тейтов на Среднем Западе.

Для меня, конечно, было трудно любить ее так сильно. И прошло бы много времени, прежде, чем я смогла бы снова уважать ее. Но…

— Нет, я не ненавижу тебя. Ты вернула мне его.

— Не по правильным причинам.

— Нет. но ты все равно это сделала. — Было бы лучше если бы Этан не был с ней связан, но я не собиралась ей в этом подсказывать. Он не может быть ее фамильяром, но я точно не хочу, чтоб она это тестировала насколько глубоко побеждала их связь. Она не была готова к этому. Я не была готова к этому.

— Я ненавидела его начала, — сказала она. — И думаю ты тоже. Он был властным и не сочувствовал твоей ситуации. И тогда ты позволила быть себе уязвимой, а потом он пригласил в Дом другую девушку. Потом он принял твою долю и проявил себя.

Я кивнула.

— Возможно, он не совсем Дарт Салливан, больше, — сказала она.

Мы обе молчали. — Я не знаю, смогу ли я сделать это. — сказала она через пару минут.

— Что сделать?

— Вернуться к этому. Лицом к тому, что я сделала. я могу взять на себя ответственность за это. Я не дура; я знаю, это была моя ошибка. Но я… расстроена, я думаю. Оборотни — я вижу как они смотрят на меня. Отвращение в их глазах, Мерит. Катчер так зол, так унижен, и я знаю Орден собирается наказать меня. И я заслуживаю худшее, что они смогут придумать.