Северная Изольда: - Ups & Downs

- Темпра. - Ну, естественно.

- Эйки. - Я аж подскочила. Честно, его голос даже на фоне шума телевизора был громом среди ясного неба. И потому мое цветное драже раскатилось по кровати. - А ты не так уж глупа... по меркам своего мира.

О, прямо таки комплимент.

- Чего тебе надо, Блэквуд? - Пробормотала я, собирая цветные шарики обратно в чашку.

- Ты так тихо вела себя... непривычно. Что я подумал, а вдруг ты...

- Убила себя?

- Занялась чем-нибудь непристойным. - Усмехнулся он, чем вынудил меня кинуть выловленное драже в него. Он поймал, кто бы сомневался.

- Тогда меня тем более интересует то, какого черта ты приперся.

- Я должен следить за тобой, помнишь? - Он уселся рядом с кроватью на пол, напротив телевизора.

- Меня устраивало, когда ты не помнил об этом. - Пробормотала я, смотря в экран.

- Я всегда об этом помню. - Блэквуд с каким-то странным интересом пялился на этого ведущего. - Эйки. Скажи, ты сможешь ответить подряд правильно на пять вопросов?

- А тебе то какое дело?

- Интересно. Хочется проверить тебя. Оценить степень твоей эрудиции.

- Будешь набивать мне цену на этом чертовом представлении меня своему Владыке, да? - Я уже представила, как он говорит: 'владыка, она дала пять правильных ответов подряд на вопросы того чудака из телевизора. Она стоит дорого... как мое прощение'.

- Нет. Мне самому любопытно. - Он не оборачивался. Когда участники один за другим давали правильные ответы, а я молчала, Блэквуд все же повернулся. - Ну давай, эйки. Почему ты молчишь?

- Пошел к черту, Блэквуд. Я не собираюсь делать то, что тебе хочется. Я не дрессированная собачка. - Он мне испортил все 'веселье', честное слово. И кто его звал сюда...

- Хорошо. А если так: я принесу тебе, что захочешь, если ты ответишь правильно на пять вопросов подряд.

- Что захочу... - Он рехнулся?! Пять ответов на чертовы вопросы - и все что захочешь?! - Музыкальный центр, Блэквуд.

- Да будет так. - Он удовлетворено улыбнулся, довольный тем, что знает ко мне подход. - А теперь отвечай.

Я вслушалась в вопрос.

- Назовите единственный драгоценный камень, не имеющий кристаллической решетки.

Ого, этот диктор словно договорился с чертовым Блэквудом, начиная задавать такие вопросы. Но черта с два, я получу этот музыкальный центр так или иначе!

- Опал.

- Пас.

- Неплохо, эйки. - Проурчал довольно Блэквуд, когда мой ответ признали верным. Странный мужчина, я же вроде собиралась разорить его на музыкальный центр.

- Категория... алкоголь.

- Внимание. Ваш вопрос: Какое сухое красное довольно терпкое итальянское столовое вино производится в Тоскане?

Да они свихнулись! Я покосилась на Блэквуда, подозревая его причастие к столь резкому изменению уровня вопросов.

- Варианты ответов. - Потребовал участник подсказку.

- Кьянти? - Предположила я.

Возможно, мои родители и были помешаны на винах, разъезжая по салонам, где проводились бесконечные дегустации, куда они таскали и меня. Но я не настолько разбиралась в алкоголе.

- Токай. - Ответил участник, а я сжалась, нахмуренно всматриваясь в экран.

- Не бойся, девочка. Ты ответила правильно. - Усмехнулся Блэквуд. Откуда он мог знать, что я 'боюсь', когда даже не обернулся. И откуда он мог знать, что я ответила правильно. Он ведь прожил здесь лишь два года...

Но, действительно, мой ответ был верным.

- Библейские мотивы. - Выбрала свою категорию маленькая женщина.

О, в библии я разбиралась.

- Этот библейский персонаж был братом и сподвижником Моисея.

- Аарон.

Блэквуд резко обернулся, смотря на меня... как-то странно. Он пялился на меня, наверное, с минуту, прежде чем я не выдержала.

- Чего уставился, Блэквуд?! - Потом до меня дошло. - Так звали брата Моисея, не обольщайся.

Мужчина прищурился, а от его вида, я сглотнула. Голос ведущего стал просто фоном. Я не слышала ничего, по сути. Просто смотрела на Блэквуда, который в свою очередь смотрел на меня. И... это все пахло как-то неправильно. Все это не предвещало ничего хорошего. Мне нужно было отвернуться. Нужно было сказать хоть что-нибудь, а я просто смотрела на него, не моргая, чувствуя, как во рту пересыхает. Я быстро облизнула губы, продолжая смотреть на мужчину перед собой. И постепенно у меня создалось такое впечатление, что я чего-то жду от него. Что он должен что-то сделать...

И он был готов сделать 'это', но в последнюю секунду, его решительность в глазах оборвал дверной звонок.

Я даже не сразу поняла, в чем дело. Ведь к нему не приходил еще никто... с тех пор как я тут. Я еще ни разу не слышала этот звук, оповещающий о приходе гостей. Но теперь он раздался. Тишина. Два раза снова.

Блэквуд тряхнул головой, словно пытался прийти в себя. А выглядело это... слишком по-человечески. Словно он хотел скинуть наваждение этим небрежным легким жестом. Меня же для такого эффекта нужно было как следует треснуть чем-нибудь потяжелее.

Кажется... кажется, я начинаю терять саму себя.

Это какая-то магия, должно быть. Блэквуд определенно научился как-то странно влиять на меня. Опасно... это было самое опасное из того, что он делал со мной за эти пять дней. Этот взгляд был хуже всех приковываний к кровати, завязываний рта и кормления с рук.

И в этот миг я вновь научилась его бояться. Его... и своих желаний.

Желание возникает в его крови внезапно. Все что нужно от этой маленькой человеческой женщины, прикованной к его кровати - звук его имени, чтобы он был готов оказывать ей пристальное внимание всю ночь. И то ему бы показалось мало этого. Ночи здесь были короткими, слишком короткими для него и его желаний.

И он был готов. Прямо сейчас он хотел забыть с ней обо всем. Она бы дала ему это желанное забвение и покой. И удовольствие, много удовольствия. Он знал, что ее маленькая яркая душа и сладкое тело могут дать мужчине то, о чем он мечтал - наслаждение, удовлетворение, а потом безмятежность...

И, черт возьми, она все еще была его. Он не хотел думать о том, что будет завтра или через неделю. Сейчас, в данный момент, в эту самую секунду она принадлежала лишь ему...

Но, кажется, судьба была не согласна с ним. Потому в тишине, которая пропахла напряжением, раздался этот треклятый звонок. На который он к тому же не сразу отреагировал.

Когда же этот звук повторился, он грубо выругался про себя, поднимая с пола. Он быстро выключил телевизор, погружая комнату в тишину и темноту. Он знал, что девочка не любит тьму... черт, он мог бы отучить ее от этой боязни. Он мог бы вселить в нее любовь к ночи, она бы ждала ночь... потому что там бы был он. Он и темнота.

Включив маленький ночник, Аарон прошел к своему шкафу, быстро доставая галстук.

- Девочка, это Кавалли. - Проговорил он, проходя к Шерри, которая настороженно следила за ним.