Валентина Герман - Возвращённые тенью

— Берзадилар, взгляни на это.

Он обернулся, и лишь заметив альбом в ее руках, улыбнулся.

— В самом деле! Как я мог забыть?..

Диадра раскрыла альбом на широком столе, развернула единственный огромный, сложенный во много раз лист, и перед их глазами предстало обширное, пестревшее многочисленными почерками родословное дерево.

— Ох, — невольно выдохнула Диадра, оглядывая необъятную путаную карту. — Подумать только… В моей карте пять поколений, и мне казалось, она уже огромна.

— В мое время их было семь, — усмехнулся Берзадилар. — Сейчас, вероятно, добавилось еще около дюжины.

— Вот Илкад и Роэл, — улыбнулась Диадра, находя внизу самую свежую запись.

— А вот я, — откликнулся Берзадилар. Его взгляд невольно заскользил ниже, к его сыну, внукам, их детям, и печальная улыбка тронула его губы. Скольких из них он успел узнать, но скольких еще не увидел…

— Он был младше тебя — на сколько??.. — удивленно пробормотала Диадра, вглядываясь в выцветшие цифры.

Берзадилар улыбнулся.

— На двадцать три года. Терлизан был лишь на шесть лет старше моего собственного сына.

— А умер в один год с тобой, — тихо сказала Диадра, и Берзадилар удивленно воззрился на карту:

— Что?.. Ох… и в самом деле…

— Но я отчего-то не видела в книге записи о его смерти. Я посмотрю еще раз.

— Лучше посмотрим следующий том, Ди. Если его судьба была неизвестна, запись о признании погибшим могут сделать даже спустя десятилетие.

Берзадилар оказался прав: спустя четверть часа они нашли то, что искали. Диадра нахмурилась.

— Это та же самая ночь, — сказала она тихо. — Посмотри, он признан пропавшим без вести с той самой ночи, когда ушли вы с Анторгом… что это может значить?..

Берзадилар хмуро качнул головой.

— Я не знаю.

— Это была Ночь Нечисти, — прошептала Диадра, и Берзадилар сощурился.

— Ночь Нечисти?.. Ты говоришь о проклятье Анторга?..

— Да. Позже их назвали так, потому что наутро, после того, как они случались, все кладбища были разрыты.

— Как?.. — непонимающе смотрел на нее Берзадилар, и Диадра ответила ему тяжелым взглядом.

— Мертвецы вставали из могил.

Берзадилар лишь облегченно усмехнулся в ответ.

— Ди, это невозможно.

— В самом деле?.. — чуть улыбнулась Диадра. — Спроси об этом у Роэл. Ее чуть не сожрали заживо, когда она имела несчастье сунуться на кладбище в последнюю из Ночей.

Взгляд Берзадилара отразил ошеломление.

— Похоже, мы с Анторгом натворили куда больше бед, чем могли предположить, — сказал он наконец.

— Главное, что это закончилось, — мягко ответила ему Диадра. — Печать Солнца уничтожена, и Ночи Нечисти больше никогда не случатся.

— Да. Но они успели погубить достаточно людей, — тихо сказал Берзадилар, глядя в пространство. Диадра хотела сочувственно возразить ему, сказать, что он отнюдь не был виноват в этом; но Берзадилар сощурился и, переведя на Диадру полный смятения взгляд, потерянно прошептал: — А первая из них, похоже, погубила и моего брата.

— …Ты не должен винить себя в этом, Берзадилар, — в сотый раз повторила Диадра, когда они вернулись в Школу Чародейства. — Сколько лет тебе было, когда ты умер? Восемьдесят?

— Немного больше.

— Это значит, Терлизану было шестьдесят. Он прожил целую жизнь.

— Он мог бы прожить еще немного больше. Ты поймешь это сама, когда тебе стукнет столько же. Шестьдесят — это еще совсем не старость.

Диадра испуганно взглянула на него.

— Пожалуйста, не говори мне об этом. Для меня даже сорок — страшная цифра.

Берзадилар искренне рассмеялся.

— Ди, поверь, в сорок ты будешь выглядеть превосходно. На тебя будут заглядываться мужчины.

— Ты не знаешь этого, — ответила Диадра, впрочем, польщенная его комплиментом.

— Поверь мне, я знаю, — он мягко улыбался, глядя на нее.

— Значит, я нравилась тебе и в сорок? — невинно спросила она и тут же устыдилась, зная, насколько намеренно задала этот вопрос.

— Ты нравилась мне всегда, — его голос был таким теплым, что Диадра, забывая обо всем, почувствовала, как подгибаются колени. — И дело не в количестве седых волос, Ди. Дело в том, кем ты была для меня.

Диадра со смущением отвела глаза, сознавая, насколько приятны ей были и его слова, и тон его голоса, и в который раз вновь укорила себя.

«Он говорит это не тебе, Ди. Он любил тебя ту, другую, и совершенно глупо представлять, будто на ее месте действительно когда-то была ты».

— Ты кажется, сказал, что твое поместье было недалеко от Авантуса? А почему ты не жил в самом городе?

Диадра произнесла эти слова и тут же подумала, что ужасно неуклюже перевела тему. Берзадилар, очевидно, тоже заметил ее смущение, однако ответил все же весьма непринужденно:

— Нам не были так важны расстояния, ведь мы всегда могли перемещаться туда, куда пожелаем. А Аврелия — моя жена — всегда хотела иметь просторный дом с большим парком. Поэтому мы жили в нескольких милях к северу от столицы, как раз так, чтобы воплотить в реальность свои мечты, и в то же время чтобы друзья и гонцы не считали слишком непосильной дорогу до нас.

Диадра усмехнулась.

— Так хорошо владеть магией и не зависеть от приземленных законов мира.

— Мы все зависим от законов мира, Ди, — рассмеялся Берзадилар. — Магическое перемещение почти не занимает времени, но зато отнимает у мага силы. Обычно не слишком много, однако чем больше расстояние, чем больше людей или вещей ты берешь с собой — тем больше сил ты расходуешь. А если, например, говорить о погоне, когда ты перемещаешься с места на место, а преследователь идет за тобой по пятам, то обычно даже сильные маги истощаются через пару часов. И здесь вопрос остается лишь в том, кто из двоих упадет первым.

Диадра ошеломленно смотрела на Берзадилара.

— И ты когда-нибудь участвовал в подобном?..

— Да, но мы никогда не доходили до предела. Обычно ты убегаешь лишь до тех пор, пока не найдешь подмогу или не придумаешь, как еще выкрутиться из ситуации.

— И на какой стороне ты был? Преследователем или жертвой?

— Бывало и так, и иначе.

Диадра не ответила, лишь глядя на него с неясной смесью чувств на юном лице, и спустя несколько долгих мгновений Берзадилар, не выдержав, улыбнулся:

— Ну что ты так смотришь, Ди?..

Она чуть повела плечами, словно очнувшись.

— Ничего. Я просто думаю о том, как неизменно ты удивляешь меня, Берзадилар. Ты столько знаешь, столько видел и испытал… до нашей встречи я думала, что уже знаю о жизни что-то, но рядом с тобой я ощущаю себя лишь годовалым ребенком, который делает только первые шаги в этот огромный неведомый мир.

Берзадилар мягко улыбнулся.

— Я думаю, ты знаешь о жизни многое, Ди. И ты, как и триста лет назад, тоже неизменно удивляешь меня, — его взор был пронзительным и теплым, и Диадра затаила дыхание, глядя в его глаза. — Ведь пока я, умудренный опытом, раскрываю тебе секреты мира, ты по-прежнему способна безо всяких усилий распахнуть передо мной двери в новую, неожиданную и такую удивительную жизнь.