Софья Ролдугина - Моя рыжая проблема

— Мастер Аринга подсадила мне червей сомнения, — пошлая с козыря. И, не удержавшись, добавила, сделав непроницаемовежливое лицо: —Традиции и обычаи Лагона, которые мне уже довелось изучить, однозначно трактуют такое действие как агрессивное. Если я заблуждаюсь, то смиренно прошу указать мне на ошибку.

Таппа беззвучно засмеялся. Остальные хранили абсолютное спокойствие, только Сафира Акка сузила глаза. Я же продолжала молчать, как будто действительно ожидала, что меня поправят.

— Твое суждение верно, — неожиданно произнесла одна из искусников, женщина, чье имя у меня вылетело из головы. — Червь сомнения всегда причиняет зло, — и она обменялась взглядами с Чирерори. Тот слегка склонил голову к плечу и продолжил:

— Бланш Трикси ответит, как она поняла, что это именно черви сомнения и что их создала именно мастер Аринга. Тварей и айров — великое множество, неискушенному сложно отличать одно от другого.

Действительно.

А этот Чирерори совсем не прост. Логично, он ведь мастер… Так, что теперь говорить? Правду — пронаши размышления в лагере, про иллюзию, про умозаключения Маронга и мучительное выжигание червей? Нет, это опасно. Во — первых, могу сболтнуть лишнее. Во — вторых, только больше вопросов спровоцирую. Значит, нужно ответить максимально однозначно, даже наглядно…

Так. Стоп. «Наглядно» — ключевое слово.

Я неторопливо закатала рукав, затем сдернула повязку с запястья. Уродливая рана уже не расходилась от каждого движения, но только благодаря биокинезу.

— Вот, — протянула я руку Чирерори, доверчиво глядя ему в глаза. — Червей удаляли наспех, наверняка там остались следы мастера Аринги. Все желающие могут убедиться.

Мои слова вызывали оживление среди мастеров. Обостренное чутье улавливало дикую смесь эмоций — любопытство, раздражение, недоверие, симпатию, даже гнев. Злилась красавица Сафира Акка, а вот искусникам, похоже, мое поведение пришлось по вкусу.

— Деточка, ты не боишься, что при осмотре что‑нибудь лишнее подсадят? — ласково поинтересовался похожий на варвара Гобора

Гаро.

Ему происходящее было до шраха — скорей бы закончить «суд», принять решение и вернуться к какому‑то занимательному эксперименту. В мысленном образе фигурировали синие щупальца… Бр — р–р. Надеюсь, это какой‑нибудь приблудный айр, а не Оро — Ич.

— Бланш Трикси отвечает на мои вопросы, — едко вставил мастер Чирерори, и глаза у него нехорошо потемнели.

Гобора откинулся назад, разводя руками: мол, хочешь играть первую скрипку, так играй. Я же предпочла обернуться к Тейту, изображая неопытную, наивную, зависимую девицу.

— Можно им посмотреть?

Тейт скосил на меня один глаз.

— Ну да.

Уф. Значит, пока все делаю правильно. Или, по крайней мере, в рамках допустимого.

В стане мастеров произошло некоторое брожение. Они советовались — быстро и без слов. Я улавливала отдельные жесты, дрожь ресниц и губ, ноне более того. Со стороны процесс переговоров выглядел как простой обмен взглядами, но был так насыщен информацией, что дыхание перехватывало.

Да, вот такие мелочи и показывают разницу в традициях, культуре… возрасте и опыте, надо это признать.

Через полминуты выбор был сделан. Искать следы Аринги в ранах отрядили Сафиру и, как ни странно, Таппу. Вот уж кого не ожидала увидеть в числе экспертов! Честно признаться, протягивать ему руку почему‑то не казалось хорошей идеей. Если мелкая ученица Айка могла кулаком раздробить небольшую скалу, то на что способен учитель?

Тейт скосил на меня взгляд, фыркнул и очень отчетливо подумал: «Трусишка».

Я рефлекторно выпрямила спину, вздернула подбородок и протянула руку Таппе так резко, что это, наверно, со стороны выглядело грубо.

Вблизи мастер Кан Лан Таппа показался просто огромным, почти как Оро — Ич. На расстоянии даже в несколько шагов рост чудесным образом скрадывался, но сейчас точно иллюзия развеялась. Если встанет и распрямится — будет под метр девяносто, а то и выше. Голова — как полторы мои… Уф.

Мастер Таппа встретился со мной взглядом и улыбнулся. Разум у него был открытым, ясным, приглашающе распахнутым — ну, насколько это возможно, когда собеседник намного старше и, соответственно, мыслит иными категориями.

— Вот и познакомились, Бланш Трикси, — произнес он.

Я замешкалась, не зная, как на это отвечать. А Таппа сжал мое запястье двумя пальцами — хватка у него оказалась, как базальтовые тиски — и поднес к своему лицу. Втянул воздух, ощерил зубы…

«Сейчас укусит», — пронеслось в голове паническое.

— Пахнет Арингой. Ее искусство, истинно вам говорю, — сердито сказал Таппа и вдруг обернулся к Тейту: — А ты что медлишь, дурень? Тащил бы ее, куда следует. Не знаешь, как — так я покажу.

— Не твое дело, — хмыкнул рыжий, вроде бы весело, но от него такой жутью повеяло, что у меня пальцы на ногах поджались. — Отпусти ее, хватит нюхать. А то вдруг кто подумает, что у тебя своей женщины нет, мм?

Мастер Таппа разозлился. От оплеухи или чего похуже Тейта спас лишь кроткий, полный терпения вздох Оро — Ича. А я сидела, обнимая себя за плечи, и пыталась побороть приступ тошноты.

Они ведь говорили о резонансе. Точнее, Таппа, такой простой и открытый, с умными серыми глазами, почти прямым текстом приказал рыжему воспользоваться мной, а то «добрый учитель» подоспеете помощью.

Что б его шрах покусал.

— Руку, Трикси.

А это была уже Сафира Акка.

Я сглотнула и протянула ей руку. Вот ведь правда, дивно красивая женщина… Лицо слишком круглое по нашим меркам, но в остальном — как кукла. Кожа безупречная — влажный шелк, зеленые глаза кажутся тем темнее, чем дольше в них всматриваешься. До ямочек на щеках дотронуться хочется…

Интересно, это все иллюзия или дар природы?

Мастер точно почуяла неудобный вопрос и сердито глянула на меня. Впрочем, говорить гадости, в отличие от Таппы, она не стала, да и в целом, похоже, воспринимала меня как ученицу, а не как чью‑то собственность. Лаконично подтвердила, что червь был, создала его именно Аринга — и, более того, ее магия нанесла мне существенный вред. Который она, мастер Сафира, настоятельно рекомендует поскорее исправить. Затем все вернулись на места, и пижон в голубом, Чирерори, снова приступил к допросу.

— Бланш Трикси расскажет, как именно мастер Аринга преследовала ее, как атаковала и как была убита. А также что чувствовала Бланш Трикси, когда…

Дослушать я его не смогла.

На меня ментально воздействовали — изощренно и безжалостно.

Все произошло за какие‑то доли секунды. В мой внешний щит врезалось нечто вроде крошечной вибрирующей пули. Она почти мгновенно пробуравила толстый внешний купол и слегка затормозила в слое хаотически перемещающихся фрагментов. Это‑то меня и спасло. Я сосредоточила все ресурсы на втором щите, той самой неориентируемой поверхности, но не усилила ее, а всего лишь ускорила. Правильное решение, как выяснилось: пуля погрузилась в нее, проела себе путь и понеслась дальше… однако не к моему разуму, а обратно, наружу, сквозь намеренно истонченный внешний купол.