Доун Томпсон - Повелитель тьмы

— Да, о, да! — воскликнула Рианнон, обнимая его за шею.

Он нашел ее губы и жадно припал к ним. Какой же сладкой она была. Мягкой и податливой в его объятиях. Ладонями он провел по изгибам ее тела, скрытого тончайшим платьем, задевая большими пальцами затвердевшие соски.

Неожиданно она отстранилась от него.

— Что случилось? — спросил Гидеон, взяв в руки лицо любимой.

— Рэвелл, — ответила Рианнон. — Он… Может… способен ли он пройти сквозь врата в Аркус?

Гидеон вздохнул.

— Ты должна была спросить об этом у Мэриуса, — ответил он. — Боюсь, ему это по силам.

— Почему у Мэриуса?

— Мэриус и Рэвелл — заклятые враги и вечные соперники. Неприятная история. Несколько эр назад Рэвелл украл пару Мэриуса. Сатир — великий соблазнитель. Он часто бродил по архипелагу в поисках любого, кого можно развратить. Рева, так ее звали, попала под влияние Рэвелла, и он украл ее, сделав своей женой. Переспав с ним, она покончила с собой.

— Для Мэриуса это страшное горе, — пробормотала Рианнон.

— Этого не случиться с нами, — заверил Гидеон. — Я найду для нас безопасное место. Рэвелл обладает силой, но и я не слабак.

— Тогда полетели, — настаивала она. — Мне бы не хотелось встретиться с ним вновь.

Гидеон колебался. Его руки ласкали Рианнон.

— Раньше, пока я не пытался заняться с тобой любовью, наблюдатели не нападали. Когда мы вернемся в Аркус, нам, скорее всего, долгое время придется воздерживаться. Я хочу заняться любовью с тобой здесь и сейчас, пока мы в относительной безопасности. Здесь нет наблюдателей. Да и Рэвелл вряд ли оправился после удара цепью.

Гидеон расстегнул свои брюки, взял руку Рианнон и положил на свой горячий и твердый член. За последние несколько часов он изголодался по ней и знал, что Рианнон хочет его не меньше, даже несмотря на то, что видела оргию и пережила настоящий кошмар по милости сатира.

В прошлый раз он лег на спину, прижав собственные крылья, но больше он так не поступит. За этот восхитительный миг цена была слишком высока — больше, чем они могли себе позволить. Он не повторит эту ошибку снова. Страсть и необузданное желание управляли им тогда. В его руках Рианнон была столь сексуальна, столь притягательна и не только телом. Ее восхитительная красота, необычные волосы, вызывающее платьем — всё возбуждало его. Когда он обнимал Рианнон, ее сердце стучало в такт его сердцу.

Гидеон разбудил в ней женщину, превратил ее еще детское любопытство в пылающую страсть, которая принадлежала лишь ему одному. Он всегда поражался невинности и горячей страсти, которые уживались в ней. В каком образе она предстанет в этот раз? В образе непорочной девственницы или страстной тигрицы? Какой еще она могла быть? Гидеон задавался вопросом, знает ли она сама об этом. Но он будет и дальше срывать слой за слоем до тех пор, пока не увидит и не получит все. Каждый раз, когда они занимались любовью, был как первый.

Рианнон, словно виртуозный музыкант, играла с его плотью. То благоговение, с которым она ласкала его, покорило Гидеона. Будто в ее руках было нечто самое ценное, дороже всех сокровищ мира, дороже луны и звезд. До встречи с Рианнон он никогда не испытывал благоговения и теперь понял, что никогда не любил.

У Гидеона перехватило дыхание, когда она провела ладонью по выступающим фиолетовым венам вдоль его члена. Крылья наполовину раскрылись, а сердце почти остановилось, когда изящные пальчики нащупали пульсирующую вену, по которой бежала кровь, и проследили от самого основания до головки. Гидеон застонал. Изысканная агония.

Лорд Тьмы не мог этого вынести. Стянув платье с ее плеч, он позволил ему упасть к ногам, расправил крылья и встал перед девушкой на колени, выискивая языком в ее завитках место сосредоточения удовольствия. Обхватив руками ягодицы Рианнон, он притянул ее еще ближе к себе, исследуя упругий бугорок. Его язык скользнул дальше, пробуя ее сладкие, с привкусом мускуса, соки.

Схватившись за плечи Гидеона, Рианнон простонала его имя. Ее руки медленно поднялись к шее любимого, нашли пульсирующую венку и двинулись выше, затем погладили по щекам и зарылись в волосы. Вцепившись в длинные темные локоны, она держала его голову около лона, чувствуя, как он посасывает, омывает и покусывает нежную плоть.

Густой туман, надвигающийся на небольшую поляну, где они остановились, скрыл их наполовину. Словно завороженный, Гидеон смаковал каждый дюйм тела возлюбленной до тех пор, пока терпение не кончилось. Тогда он уложил Рианнон на землю, а стелющийся туман укрыл их, словно мягкое и прохладное одеяло.

Обхватив девичью попку, Гидеон приподнял берда и с протяжным стоном вошел в нее. Ему хотелось растянуть удовольствие. Будь они на Аркусе, то наблюдатели уже запустили бы свои молнии. Возможно, он последний раз получал удовольствие. Одному богу известно, когда у них появится возможность любить друг друга без страха быть наказанными, но ее маленькие пальчики не оставили ему выбора. Когда они оставили его шею и переместились на ягодицы, мурашки побежали по спине Гидеона, и он пропал.

Член начал пульсировать оргазменными сокращениями, и стенки влагалища плотно обхватили его. Резко двигая бедрами, Гидеон погружался до тех пор, пока головка члена не достигла матки. С губ Рианнон сорвался гортанный крик чувственной эйфории.

Она сжала кулачки и опустила их на мульчу, на которой лежала, в попытке удержаться и не погладить его крылья, затем, задыхаясь, провела по земле руками и закричала:

— Гидеон, земля… кишит… чем-то слизким!

Рианнон схватила горсть земли и, поднеся ближе, снова закричала, отбрасывая нечто, похожее на тлеющие угли. Присмотревшись, она увидела землю, покрытую извивающимися червями.

Гидеон встал на одно колено.

— Они безвредны и не причинят тебе вреда, — попытался он успокоить девушку. — Это всего лишь чары ада. Демоны проникли в твои мысли и нашли то, что пугает тебя. Ты, наверное, думала о червях, когда пересекла границу Внешней Тьмы. Бесконечный страх господствует здесь, изводя всё живое. Они реальны, потому что ты позволяешь это.

Отнеся ее на некоторое расстояние, Гидеон заставил девушку снова посмотреть вниз, но черви по-прежнему копошились в земле.

— Гидеон, они выглядят как настоящие! — закричала Рианнон. — Забери меня отсюда. Мне противен один их вид!

Он перенес ее чуть дальше, туда, где земля была твердой. Снова встал на колени, чтобы взять девушку, но едва он успел войти в нее, как на поверхности земли снова появились черви. Только в этот раз послышались приближающиеся звуки глубокого, гортанного смеха, эхом разносящегося по лесу. Гидеон вышел из Рианнон и оглянулся, чтобы удостоверится. Такое появление было в стиле Рэвелла. Ошибки быть не могло. Этот зловещий смех принадлежал ему. Но где же он сам? И как сатиру удалось найти их так быстро? Возможно, он вообще не терял их из виду?