Нора Ким - Соперники

А он, Мэтт, как бы он поступил на ее месте? К собственному стыду, ему пришлось признать, что вряд ли бы он последовал примеру Джилли. Нет, делать ей пакости или мешать работать он бы не стал, но и выручать из беды тоже. От этой мысли на душе стало гадко. А ведь год назад, до того, как Триша вместе с лучшим другом Мэтта нанесли ему удар в спину, он бы повел себя так, как Джилли сегодня… Или ему только так кажется?

Мэтт вздохнул. Как Джилли и подозревала, он и в самом деле вернулся в номер, чтобы проверить, не из-за нее ли Джек перенес встречу. И испытал изрядное облегчение, увидев ее здесь. Вообще, мысль о том, что она хотела соблазнить Джека, беспокоила его сильнее, чем ему бы того хотелось. От этой мысли у него просто желудок узлом завязывался.

Это ревность, дружок. Какие еще чувства вызывает в нем Джилли Тейлор? Желание. Восторг. А ведь он дал зарок не западать на женщин, с которыми вместе работает. Нет, надо выкинуть из головы Джилли и сконцентрироваться на Джеке Винтерспуне и «Эй-Ар-Си».

Тут взгляд Мэтта упал на постель. На постель, на которой они спали бок о бок. Кажется, выкинуть из головы Джилли — не самая простая задача.

Около часа дня Джилли возвращалась к отелю по длинной аллее. Она прогулялась в небольшой городок в миле отсюда. Побродила по симпатичным магазинчикам, перекусила и выпила капуччино в кафе. Снегопад прекратился, холодный свежий воздух просто творил чудеса, вернув мир ее душе и превратив Мэтта Дэвидсона в отдаленное воспоминание.

Оставшуюся часть времени Джилли будет держаться с ним отстраненно, вежливо и холодно. Конечно, ее гормоны просто взбесились после девяти месяцев, трех недель и девятнадцати дней воздержания, отсюда ее сексуальное влечение к Мэтту. Ладно, на следующей же неделе она попросит Кэйт познакомить ее с каким-нибудь мужчиной. Как только она наладит личную жизнь, Мэтт и вся эта история канут в небытие.

Не успела она подумать о Мэтте, как, подняв глаза, увидела его идущим от парковки ко входу в отель. Джилли замедлила шаг, не отрывая от него взгляда. Держа одну руку в кармане черной куртки, в другой он нес пакет с рекламой компьютерного магазина. Снег похрустывал под его длинными ногами в выцветших синих джинсах и высоких коричневых ботинках. Мэтт казался таким высоким, сильным и… сексуальным. Джилли помотала головой, чтобы изгнать непрошеные мысли. Но тут Мэтт, словно почувствовав ее взгляд, обернулся.

Сердце у Джилли екнуло, когда он, сменив направление, двинулся ей навстречу. Щеки у Мэтта разрумянились, темные волосы растрепались, придавая ему мальчишеский вид — и вся решимость Джилли, с таким трудом обретенная, обратилась в прах.

— Ты что, так и гуляешь с самого утра? Я только от машины отошел, замерз. — Мэтт подул на закоченевшие пальцы, переступая на месте.

Взгляд Джилли упал на его ноги. Когда она последний раз видела парня, которому бы так шли джинсы? Такому красавцу только в стриптизе работать. И мысли Джилли потекли в совсем ненужном направлении: она вдруг представила, как стаскивает с Мэтта куртку и свитер… потом джинсы… потом стягивает трусы — зубами.

Джилли вдруг стало так жарко, что она взглянула себе под ноги: уж не стоит ли она по колено в луже растаявшего снега?

— Чего молчишь? О чем задумалась? — спросил Мэтт. Джилли замерла под его испытующим взглядом.

— Ну… я подумала, как здорово было бы тебя… — Джилли с трудом удержалась от слова «раздеть». — …Вывалять в снегу!

Мэтт бросил быстрый взгляд на сугроб.

— Надо же, а я как раз подумал, как здорово было бы вывалять в снегу тебя.

— В самом деле? Собираешься проверить теорию практикой?

Мэтт почесал подбородок.

— Неплохая мысль. Но может, лучше в снежки поиграем?

Джилли усмехнулась:

— Если ты так уверен в себе… Давай!

Мэтт улыбнулся, и сердце у Джилли затрепетало. Указав на лужайку за парковкой, Мэтт сказал:

— Вон отличное место.

— Что же, вперед, если не боишься… У меня отличный глазомер!

Мэтт фыркнул, и они двинулись по направлению к лужайке.

— Я вижу, ты нашел-таки компьютерный магазин, — заметила Джилли.

— Угу. Как раз собирался подняться наверх и установить все нужные программы. — Мэтт серьезно посмотрел на Джилли: — Еще раз спасибо за компьютер. Это очень благородно с твоей стороны.

— Надеюсь, я не очень тебя этим удивила… Как прошла презентация?

— Очень хорошо. Джеку мои идеи понравились.

— Мои ему тоже понравились.

— И мне тоже. — Мэтт подмигнул Джилли: — Но свои мне нравятся больше.

— Ничего сказать не могу, не видела, — чуть суховато ответила Джилли.

— Я могу показать.

Что-то в его голосе навело Джилли на мысль, что, собственно, говорят они уже не о презентации.

— Да? — пробормотала она. — Это… было бы очень мило с твоей стороны.

Глаза Мэтта на мгновение вспыхнули, и Джилли с ужасом осознала, что поняла его совершенно правильно.

— А какой приз мы назначим победителю? — спросил Мэтт через несколько секунд напряженного молчания.

«Поцелуй — длинный, неторопливый и глубокий», — подумалось Джилли. Но вслух она ничего не сказала, а показала Мэтту красный пакет, который держала в руке.

— Ставлю на кон конфеты. Я купила их в городке, это мои самые любимые. Сам видишь, я уверена, что выиграю!

— А что за конфеты?

— Домашний мармелад в шоколаде.

Мэтт приподнял бровь:

— Я тоже такие люблю. С самого детства обожаю! Так что с удовольствием их слопаю.

— Ишь размечтался, Мармеладный Мальчик. А ты что собираешься поставить на кон?

— А что ты хочешь?

— Смотря что у тебя есть.

— Я, видишь ли, тоже уверен в своей победе, — сообщил Мэтт.

И, наклонившись к Джилли, добавил:

— Если ты меня побьешь, я дам тебе все, чего ты пожелаешь. Все, Джилли. В разумных пределах.

Джилли с трудом сглотнула, пытаясь вынырнуть из водоворота соблазнительных образов, в который ее погрузили слова Мэтта.

— Все, чего я пожелаю?

Господи, она прекрасно знает, что это за «все». По крайней мере, ее тело знает. Желает она горячего сумасшедшего секса с Мэттом Дэвидсоном. Он еще до нее и не дотронулся, а она уже вся пылает. Что же произойдет, когда Мэтт коснется ее? Лучше не думать об этом.

Мэтт остановился около черного сияющего «лексуса», достал из кармана ключи и нажал кнопку на брелке, разблокировав дверцы. Открыл переднюю и бросил на коричневое кожаное сиденье свой пакет.

— Можешь и конфеты свои оставить.

Джилли улыбнулась:

— Если ты мне отдашь ключи. Я не собираюсь оставлять свой любимый мармелад у тебя в заложниках.

— Во-первых, я играю честно. Во-вторых, я же все равно их выиграю. А если я дам тебе ключи, получится, что я ставлю против мармелада целую машину, — продолжал веселиться Мэтт. — Это нечестно!