Дженис Хадсон - Крутой техасец

Он застонал. Зрачок его глаза помутнел.

– Кейт, я должен поцеловать тебя.

Он подождал ответа, но ее голосовые связки отказались подчиняться ей.

В воздухе витало что-то важное и первородное, как земля. Ее сердце билось с шумом, похожим на звуки, издаваемые примитивной рукой, бьющей по туго натянутой коже. Бьющей сильнее и сильнее, возбуждая, требуя.

Ее рот приоткрылся.

– О Боже, Кейт.

Его губы с силой впились в ее губы. Его язык проник в ее рот и встретился с ее языком. Он был горячим, жадным. Он двигался, настаивая, требуя, впитывая ощущения. Такая же жадность вспыхнула вдруг в ней, и она стала крепче прижимать его к себе.

Она наслаждалась от того, что спина у него была такая мощная, что мускулы на ней все больше и больше напрягались.

Его рука снова и снова скользнула по ее телу, нежно, но требовательно прокладывая себе дорогу от бедра к спине, к груди…

Его губы не отрывались от ее губ. Она почувствовала, что он пытается расстегнуть пуговицу на ее рубашке.

Где-то рядом заржала лошадь. Кейт напряглась.

Что она ДЕЛАЕТ?

Она оттолкнула его.

– Нид, я… Я не могу… Я…

Он откинулся и сел рядом. Подогнув ноги и упираясь в них локтями, он сидел рядом с ней и старался восстановить дыхание.

– Дорогая, извини. Я не хотел заходить так далеко, не пойму, что на меня напало. – Он усмехнулся. – Собственно говоря, я знаю, что на меня напало. Но все равно я не хочу обращаться с тобой, как старый Мет Диллон.

Она тоже села, поджала ноги и положила на них голову.

– Это не твоя вина. Между нами… какое-то притяжение. Нид, ты прекрасный человек, но я, ну, я не подхожу для однодневных гастролей. И потом есть вещи, из-за которых я не могу связывать свою судьбу. По крайней мере сейчас.

Он подцепил пригоршню сена и стал смотреть, как оно скользит, падая, между его растопыренными пальцами.

– Это из-за него, да? Того парня с «порше»?

– Нет, не совсем. Я имею в виду, что он имеет косвенное отношение.

Она потерла пальцами себе глаза. Но почему ей так страшно не везет в жизни? Почему все так случилось не вовремя? Черт возьми, это нечестно! Почему именно сейчас, когда ее жизнь представляла сплошной хаос, именно сейчас она встретилась с таким человеком, как Нид, который… Она попыталась запретить себе думать об этом дальше, поскольку поняла, что находится на краю пропасти отчаяния и жалости к себе.

– Тогда скажи мне, Кейт, кто мой враг? – сказал он, разглядывая оставшуюся в руке травинку и теребя ее. – Я не могу биться с призраками.

– Я не могу говорить про это. Ты должен… Черт возьми, ты должен понять. Все так сложно.

– Попробуй открыться мне. Может быть, я выгляжу и веду себя, как глупый одноглазый ковбой, но у меня хватило ума закончить юридический колледж университета лучшим в группе. Я могу разбираться и в сложных вещах.

– Нид, я совсем не хотела тебя оскорбить. Просто у меня в жизни есть вещи, о которых я не должна рассказывать НИКОМУ.

– Черт возьми, дорогая, у каждого должны быть секреты. В моем прошлом тоже есть масса вещей, о которых я хотел бы забыть. Я понимаю, что твое прошлое, это твое личное дело, но я чувствую, что то, что мучает тебя, это совсем иное. Это не ошибка молодости. Я прав?

Она не ответила.

– Кейт, да говори же. Если ты не преступник, то что же может быть такого плохого, о чем следует молчать? Может ты шпион?

Она поняла, что он пытался шутить, но ей совсем было не до смеха.

– Нид, пожалуйста, давай оставим это. Я тебе уже много раз говорила, что я не могу рассказывать про это.

– Почему?

– Потому что боюсь! Опасаюсь за свою жизнь, вот почему. И не хочу, чтобы ты тоже оказался замешанным. И не хочу больше обсуждать этот вопрос. Самое лучшее, по-видимому, для меня, это сесть на первый же автобус и уехать отсюда.

– Нет.

Он налетел на нее как бешеный, схватил ее за плечи, заглянул в ее лицо с жутким выражением.

– Но МЕНЯ-ТО ты не боишься?

– Тебя – нет.

– Тогда останься. Я позабочусь о том, чтобы ты была в безопасности. Клянусь всем, что есть святого, что пока я рядом, с тобой не произойдет ничего плохого.

Сладкая ноющая нежность наполнила ее. Ее щеки порозовели.

– Я хотела бы верить в это.

– Верь в это. Спроси любого, кто меня знает, я – человек слова.

– Мне не нужно никого спрашивать, я это знаю сама. Но ты не понимаешь, кто в этом деле замешан.

– Черт возьми, нет, не понимаю. Я не могу этого понять, пока ты не расскажешь.

Он сделал паузу, затем на его лице появилось любопытство и он спросил:

– Послушай, а ты не замужем, а?

– Нет.

– Поклянись перед Богом.

Она подняла руку.

– Клянусь Богом, я не замужем и никогда не была замужем.

Он почувствовал явное облегчение и улыбнулся.

– Очень хорошо. Все остальное легко уладить. С мужем, который намерен устроить семейную драму, справиться намного труднее.

Он потянулся к ней губами. Она уперлась рукой ему в грудь и остановила его.

– Пожалуйста, Нид. Не делай мою жизнь еще более трудной.

– Тебе трудно меня целовать?

– Нет, целовать тебя легко. В этом-то все и дело. Для нас обоих было бы лучше, если бы я уехала.

– Нет. Все, что тебе грозило до сих пор, больше не будет представлять опасности. Твой бег от опасности здесь закончился. Я могу быть терпеливым, пока ты не поверишь в меня, а до тех пор, если ты обещаешь остаться, то я обещаю вести себя сдержанно. Договорились?

Она помедлила с ответом, проигрывая в уме возможные варианты, и каждый из них имел свои недостатки. Он снова дотронулся до ее подбородка и приподнял ей голову.

– Ты чувствуешь себя спокойно здесь в «Козыре» рядом со мной?

– Достаточно, на данный момент.

Он улыбнулся.

– Так мы договорились?

Если она согласится, то это может стать самой большой ошибкой в ее жизни. Она чувствовала, как кольцо вокруг нее сжималось, как удавка.

– Кейт?

– Договорились.

Она встала и одернула на себе одежду. Сено прилипло к ее одежде, запуталось в ее волосах. Она стала счищать его.

– Ты только посмотри на меня. Я выгляжу, как какая-то дура из пошлых фермерских анекдотов.

Он улыбнулся и стал выбирать сено из ее волос.

– Ты выглядишь так, как всегда, – прекрасно.

Ей стало тепло от его слов, она нагнула голову.

– Катание на лошади придется отложить на время, пока я не буду правильно экипирована, я так понимаю.

Она вытянула ногу и пошевелила большими пальцами.

– А как я пойду домой?

– Ты не пойдешь, а поедешь.

Ее брови вопросительно приподнялись.

– Я надеюсь, ты не собираешься тащить меня на спине?

– А что, очень интересная мысль.

Уголки его рта опустились, словно он обдумывал предложение.

– Есть и другое предложение. Может быть, Старый Ден будет более удобным.