Кэтрин Гарбера - Голос одинокого сердца

– Лучше сказать, что свет прожекторов привлекал его больше, чем воспитание двух мальчиков, – ответил Джек. Лорен поняла, что сейчас он сказал ей то, о чем совсем не хотел говорить.

– Я знаю, что именно ты многому научил Тая…

– Да, просто я не хотел, чтобы он следовал советам отца и закончил свои дни в инвалидном кресле.

– Каким советам?

– Тем, что жизнь лучше проживать на скорости девяносто пять миль в час. Взлетать высоко и жить на широкую ногу. Не снижать скорость ни за что на свете.

Сердце Лорен больно сжалось, когда она услышала горечь в голосе Джека. Девушка не знала, что сказать, и боялась каким-нибудь неверным словом обидеть его.

– Ну, скорость-то ты как раз любишь.

Ей хотелось сменить тему разговора, но она не представляла, как это сделать.

– Да, мне нравится это чувство полета. Мне нравится свобода. И я давно уже примирился с этой частью себя.

– Как?

– Веря в то, что ничто не длится вечно.

– Ничто?

Он поднес ее пальцы к губам.

– Ничто, но есть некоторые вещи, которые делают эту быстротечную жизнь важной для меня.

– Я?

– Ты.

Еще в детстве Джек понял, что человеку необходимо проводить много времени на свежем воздухе. Спорт был одной из немногих постоянных в его часто меняющейся жизни. Физические упражнения доставляли ему удовольствие. Лорен удивленно посмотрела на Джека, когда тот свернул с шоссе и остановился у заброшенного парка.

– Что мы будем делать? – спросила она.

– Здесь хорошая лыжня.

– Я никогда не ходила на лыжах. Это сложно?

– Нет. Это занятие успокаивает и умиротворяет.

Лорен работала всю ночь, и теперь Джеку хотелось позаботиться о ней.

– Хочешь горячего какао?

– Да, с удовольствием.

Джек достал термос и разлил какао по чашкам. Глядя на него, Лорен улыбнулась, но тут же отвела глаза. Она явно нервничала, а Джеку этого совсем не хотелось.

Он поднес свою чашку к ее в молчаливом тосте, но Лорен нарушила это молчание:

– За то, чтобы жить на полную катушку и найти настоящее счастье.

Он коснулся чашкой ее чашки, не отрывая взгляда от лица девушки. У Лорен были такие выразительные глаза! Как легко прочесть в них все ее секреты и воспользоваться ими…

Джек понимал, что роман с Лорен «на полную катушку» опасен. Он может просто потерять контроль над собой.

Джек отвернулся, глубоко вздохнув.

– А еще у меня есть суп.

– Из банки? – Она лукаво посмотрела на него, ее глаза словно говорили – мужчины не умеют готовить.

– Никогда.

– Еда на вынос?

– Нет.

– Ну, тогда…

– Что? – спросил Джек, доставая из багажника лыжи и палки.

Лорен прищурилась.

– Ну, давай же, признавайся. Ты умеешь готовить.

Джек пожал плечами. Ему не хотелось обсуждать это, но он любил поесть и никогда не упускал случая найти стоящее место, где вкусно кормят.

– Где ты научился готовить? Тебя научила мама? – допытывалась Лорен.

– Нет, на вечерних курсах, – ответил Джек, протягивая ей пару лыж.

– Но зачем?

Никогда не говори о своих бывших возлюбленных с настоящей . Годы бесконечных свиданий научили его неплохо врать. По крайней мере, так было в прошлом, но с Лорен все было по-другому.

– Ммм… потому что мне хотелось научиться.

– А, понятно. Она была блондинка, брюнетка или рыжая?

– Блондинка, – признался Джек.

Она рассмеялась. Этот смех сводил его с ума, вызывая в нем непреодолимое желание. Он очень хотел Лорен, а секреты и тайны друг друга они могут узнать и попозже.

– Но мне действительно нравились эти уроки по кулинарии, которые продлились дольше, чем наши с ней отношения, – добавил он.

– Я на это надеюсь, потому что ты пригласил меня на свидание. Конечно, если ты не собираешься завести гарем.

– Нет, с этим слишком много проблем. Чтобы доставить женщинам удовольствие нужно потратить немало сил.

– Я не уверена, что хотела бы оказаться в гареме. Я ведь очень сдержанная и нетребовательная.

– Почему ты сделала такой вывод?

Лорен сжала в ладони талисман, висевший у нее на шее. В лунном свете она казалась недоступной.

– Я бы не просила тебя ходить вместе со мной на курсы кулинарии. Я всегда разделяю интересы мужчины.

Джек нахмурился. Да, Лорен не из тех женщин, которые сомневаются в себе. Он понимал, что сейчас она сказала ему что-то очень важное.

– Почему?

– Мне нравиться узнавать что-то новое. И… забудь об этом.

– Скажи мне, Лорен. Ты же можешь доверять мне.

Она покачала головой, и ее густые кудри рассыпались по плечам, а потом посмотрела на него, глядя ему прямо в глаза.

– Я знаю, что у меня всегда остаются какие-то чувства, несмотря на то, что отношениям приходит конец. И еще, я не верю, что настоящий мужчина может стать… мужчиной моей мечты. По крайней мере, так говорит моя мама.

– А что ты сама думаешь по этому поводу? – спросил Джек, приближаясь к ней.

– Я думаю, что моя мама придает слишком много значения книгам, которые читает.

– А у меня есть более подходящее объяснение.

– Мы знакомы с тобой всего лишь несколько дней. Я не уверена, что у тебя есть достаточно информации…

– Так ты хочешь выслушать мою теорию или нет?

Она взглянула на него через плечо. Пошел снег. Джек снял шарф и повязал ей его на шею.

– Ладно, давай.

– Я думаю, что все дело в твоей работе.

– Почему?

– Я слушал твое шоу и понял, что у тебя с твоими слушателями есть особая связь. Думаю, именно поэтому ты настраиваешь себя на неудачи в личных взаимоотношениях. Одинокое сердце должно оставаться одиноким.

– Ты не знаешь…

Он приложил палец к ее губам. Она хотела защитить себя, и он не мог ее винить за это. Обнажение души в сегодняшнем меню не значилось.

– Тебе не надо защищаться и оправдываться. Это было всего лишь мое мнение.

Лорен понимала, что сказала лишнее, и теперь пыталась вновь установить барьер между ними. Джек выбрал легкую лыжню через парк. Они говорили о книгах и музыке. Она не удивилась, узнав, что он никогда не хранит книги или диски больше полугода. А Лорен просто не могла представить себе, что в ее доме не будет любимых романов, которые она всегда сможет перечитать.

Но она все никак не могла забыть то, что сказал ей Джек, – она действительно боится близости. Большую часть своей жизни Лорен потратила на то, чтобы установить барьеры между собой и остальным миром. Работа на радио в этом смысле была идеальным местом. Тем более в программе «Одинокое сердце».

Наступившее утро было солнечным, но все же Лорен немного замерзла. Наконец они вернулись к машине. Джек включил обогрев и протянул ей кружку с овощным супом.

– Сегодня была твоя последняя работа в ночном эфире? – спросил он.

Лорен откинулась на сиденье.