Лора Брантуэйт - Наш маленький Нью-Йорк
- Название:Наш маленький Нью-Йорк
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Издательский Дом «Панорама»
- Год:2010
- Город:М.
- ISBN:978-5-7024-2694-5
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Лора Брантуэйт - Наш маленький Нью-Йорк краткое содержание
Прочь слезы и страдания, разбитое сердце и душевную боль! Эмили Блант будет не Эмили Блант, если позволит себе сломаться из-за предательства со стороны мужчины. Нет, она станет только умнее. Настоящей любви не бывает — вот он, ценнейший опыт ее прежней жизни. Настало время для жизни новой. Однако новую жизнь нужно с чего-то начинать, хотя бы с комнатки в старом доме. Ничего страшного. И ничего страшного в том, что сосед похож на принца из сказки. Никакой он не принц: не бывает принцев безработных, у принцев не пригорает по утрам яичница и так далее. Значит, это только внешнее сходство, и опасности для ее нового жизненного кредо нет. Или все-таки есть?..
Наш маленький Нью-Йорк - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Но нет же!
Том был само обаяние.
Том был приветлив, спокоен, рассудителен и остроумен. Он не совершал в ее сторону ни малейшего поползновения, не делал ни шажочка к сближению, ни даже пол шажочка… Он не проявлял к ней ни тени мужского интереса!
Это успокаивало. И в то же время настораживало. Том вел себя по отношению к ней так, будто они со школьной скамьи были закадычными друзьями, потом их пути надолго разошлись, и вот они опять встретились: другие, взрослые, с некоторым обоюдным теплым чувством — но совсем чужие люди, которые неплохо ладят друг с другом, но на сближение никогда не пойдут.
Эмили начинало казаться, что с ней что-то не так.
Она не привыкла к тому, что мужчины — кроме разве что Скотта — смотрят на нее без огонька в глазах. Да, ее смущали и иногда даже злили такие взгляды, но она считала, что это естественно и по-другому быть не может и не должно.
Том улыбался ей, когда они встречались в первый раз за день, при случае старался рассмешить веселой шуткой, поделиться новостями — но к теплоте примешивалась отстраненность.
Эмили убеждала себя, что это ей нравится.
Но ей почему-то так и не удавалось поверить в это «нравится» до конца.
Она говорила себе: «Вот, наконец-то встретила нормального парня, не озабоченного тем, чтобы осеменить все, что движется». Следом за этим закономерно возникал вопрос: «Ну почему единственный порядочный из всех симпатичных парней на меня даже не смотрит?!» То есть смотрит, но… не так, как хотелось бы.
Эмили, возможно, хотелось отомстить. Кому-нибудь. За Роберта. Это было несправедливое, нечестное, даже подлое желание. Но она ничего не могла с ним поделать. Ей хотелось утвердиться в жизненной философии «самого независимого существа», но Том, тот человек, который волею судеб оказался в этот момент ближе всего к ней — территориально, разумеется, — не давал ей ни одного повода сказать: «Все вы одинаковы» — и применить один из «законов».
Она даже и представить не могла, чего это ему стоило.
То есть, конечно, нельзя сказать, что ему приходилось заниматься аутотренингом или каждый час вставать под ледяной душ, чтобы сохранять способность соображать и не наброситься на нее. Но тем не менее…
Тем не менее рядом с красивой женщиной мужчине бывает тяжело придерживаться принятых решений — если это решение о том, что между ними никогда ничего не произойдет.
Еще в тот день, когда они въехали в квартиру, у Тома состоялся серьезный разговор с Мэттом.
Мэтт, несмотря на свою христианскую мораль, принялся развивать мысль о том, как Тому повезло: его соседка похожа на сказку, а маленькая квартирка — идеальное местечко для развития любовной истории. Хотя бы мимолетной…
Том спорил с пеной у рта. Том даже взял на себя смелость пристыдить Мэтта. Мэтта можно было понять: он был напрямую заинтересован в том, чтобы Том завел себе наконец постоянную девушку.
Но Том не хотел.
Он точно знал, как это будет: он добьется от Эмили… чего-нибудь: симпатии, доверия, секса, влюбленности. В зависимости от приложенных усилий. Может быть, даже сам увлечется ею. Но пройдет несколько недель, и тяга охладеет, ослабнет, выродится в неловкость и неприязнь, все хорошее закончится — и оставаться под одной крышей они уже не смогут. Конечно, он и не собирается годами жить в этой дыре, и свалит отсюда при первой возможности — но лучше сделать это по собственной воле и тогда, когда будет удобно, а не под влиянием обстоятельств.
К тому же Эмили по-настоящему хороший человек, а не просто красивая девушка, и причинять ей боль ему не хотелось.
Почему-то Том искренне верил, что без боли не обойтись.
Так всегда бывало у него с женщинами.
К тому же его крестная — в некотором смысле чудовищная женщина, потому как у нее напрочь отсутствовало понятие о границах чужой жизни, — долго промывала ему мозги на тему того, что «девочка пережила большую драму, и если ты, остолоп, посмеешь сделать ей больно»… В общем, грозила отлучением от церкви и прочими карами.
Отлучения от церкви Том не боялся, но вредить славному человеку — не хотел. Он изо всех сил старался относиться к Эмили, как к существу без пола — или, на худой конец, как к хорошей подруге.
А это было трудно.
Потому что красота, даже не выставленная напоказ, даже щедро приправленная скромностью, остается красотой. И его мужское сердце каждый раз ёкало, когда он видел Эмили, а взгляд помимо воли «приклеивался к ней».
Он делал все, чтобы она этого не замечала. Он позволял себе любоваться ею только тогда, когда она не могла этого видеть. Он запретил себе поворачивать голову ей вслед.
Она поначалу держалась с ним настороженно, как неприрученный зверек, потом, наверное, привыкла. Она перестала опускать голову, когда проходила через гостиную в свою комнату. Она не стеснялась уже готовить ужин, если он тоже в это время оказывался на кухне.
Она даже уже не краснела, когда он шутил на тему их странного соседства. И не напрягалась, когда он заговаривал с ней о какой-нибудь ерунде.
Том вел себя естественно, как ему казалось. То есть более естественно, конечно, было бы попытаться сблизиться с ней, но Том решил, что этого не будет, — значит, не будет.
А с влечением он легко справится. Или он не мужчина?
Тем более у него есть приоритетные задачи, которые нужно решить прямо сейчас. Или хотя бы чем скорее, тем лучше.
Потому что, честно говоря, чтобы почувствовать себя до конца мужчиной — мужчиной, заинтересованным в том, чтобы рядом с ним была женщина, — ему просто необходимо было найти работу, но все усилия на этом фронте, бесчисленные звонки и собеседования пока успехом не увенчались. Том чувствовал, что теряет форму, лоск и, что хуже всего, задор.
А в менеджерском деле без этого никуда.
Том начинал бояться, что в конце пути его и ждет это самое «никуда», пустое и мрачное.
8
Спустя еще неделю он почувствовал, что что-то не так.
Том уже успел привыкнуть к спокойному дружелюбию Эмили, и потому, когда заметил, что она вновь прячет глаза, по большей части молчит, а иногда даже игнорирует его вопросы, он сильно удивился.
И даже, можно сказать, расстроился. Он обнаружил, что добрые приятельские отношения с Эмили имеют для него определенную ценность.
В один из вечеров Эмили пришла с работы — и не поздоровалась с ним, лишь едва кивнула. Том последние часа полтора колдовал над салатом, которым, между прочим, собирался угостить и ее, не без корыстного умысла, правда: ему хотелось сделать что-то, чтобы разбить тот ледок, что затянул поверхность их отношений. Он подумал, что маленькая «приятность» вроде готового ужина вполне подойдет.
Перспектива того, что ему придется уничтожать произведение кулинарного искусства в унылом одиночестве, взбесила Тома до крайности. Он и не предполагал, что подобный пустяк может вызвать такую ярость. Кажется, стресс последнего месяца не пошел ему на пользу и надо подлечить нервишки… Потом, когда-нибудь потом! Он вытер руки полотенцем, свернул его в тугой ком и швырнул о стену. Легче не стало. Хуже, впрочем, тоже.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: