Ли Майклс - Миллион в шкатулке

Очевидно, Купер имеет способность смотреть во все стороны одновременно, ведь он так кстати и вовремя заметил ее босса, хотя стоял к нему чуть ли не спиной. Она расслабилась в его объятиях и улыбнулась ему. Потом подняла руку и провела кончиками пальцев по его щеке.

— Прости, любимый. Просто я привыкла не демонстрировать наши чувства.

Ей показалось, что в его глазах мелькнули веселые искорки.

— Пора с этим покончить, а то может войти в привычку, — пробормотал он, и не успела Ханна опомниться, как он уже целовал ее, словно они были одни во всем мире. В его действиях не было ничего такого, что могло бы смутить даже самых придирчивых блюстителей нравственности. И тем не менее никто из присутствовавших при этой сцене не мог бы усомниться в том, что они — любовники.

Она с трудом открыла глаза и, придя окончательно в себя, заметила, что Брентон Баннистер исчез.

— Ты не привыкла к таким публичным проявлениям чувства, — говорил Купер, — но начало получилось неплохим.

— Похоже на танцы. — Ханна пыталась справиться с дыханием. — Нужно лишь, чтобы вел профессионал. Спасибо.

Определенно его глаза смеялись.

— Я получил огромное удовольствие.

— Хорошо, что ты вовремя заметил Брентона, я его сначала пропустила.

— Твоего босса? — безразлично переспросил Купер. — Он был здесь?

Ханне захотелось его ударить. Если он на самом деле не видел Брентона… но этого не может быть. Купер просто дурачил ее.

— Уж не думаешь ли ты, что я подыгрывала тебе только ради практики?

Он широко улыбнулся:

— Дорогая моя, я понятия не имею, на что ты вообще способна. Но мне уже хочется узнать об этом как можно больше.

По дороге в офис Ханна все еще пыталась преодолеть всепоглощающее чувство, вызванное в ней поцелуем Купера. Войдя в свою каморку, она увидела Брентона: тот сидел на ее месте, закинув ноги на полированную поверхность стола.

Она была уверена, что Брентон нарочно уселся таким образом, чтобы она почувствовала себя неловко: если бы она попросила его освободить место, он мог бы просто объяснить, что расположился здесь в ожидании ее.

Не желая стоять перед ним, Ханна обошла стол и присела на уголок, не занятый его ногами.

Она терпеливо ждала, пока он не повернулся к ней.

Не очень-то он рад меня видеть , думала она. Но ее надежда на то, что он вскоре уйдет, тут же испарилась, когда он сказал, почти прорычав:

— Не удивительно, что ты вчера отклонила мое приглашение поужинать.

Ханна была потрясена. Она ожидала чего угодно, только не ревности. Неужели он действительно верит, что это я отказала ему? А может быть, он приготовил для меня ловушку?

Она молча ждала.

— Очень странно, что я ничего не слышал об этом раньше. Ты очень тщательно прятала Купера Винстона.

Ханна пожала плечами.

— Не очень-то я его и прятала, только мне всегда казалось, что моя интимная жизнь — это мое собственное дело и фирмы не касается.

— Значит, вчера ты просто скромничала, сообщив мне, что Винстон никогда не будет иметь дело с компанией «Стивенс и Вебстер». Я нахожу очень странным тот факт, что ты выбрала именно этот день, чтобы выдать себя.

— Что в этом странного? После вчерашнего вечера…

Брентон выпрямился на стуле и с грохотом сбросил ноги вниз.

— Вот именно, после вчерашнего вечера…

Ханне казалось, что она идет по минному полю.

— Я боялась, что, если я отклоню твое предложение, ты воспримешь это как личное оскорбление, — сказала она с почти незаметной иронией. — Я не хотела, чтобы ты подумал, будто не нравишься мне. — Хотя это и чистая правда , добавила она про себя. — Вчера вечером я обсудила это с Купером и…

— И решила устроить этот спектакль.

Ханна подумала, что это и в самом деле очень похоже на спектакль.

— Мы решили, что глупо скрывать наши взаимные чувства, так как у окружающих может возникнуть ложное представление, что мы свободны. Мы уже достаточно давно вместе, а теперь, когда поняли, что наши чувства серьезны, решили не делать из этого секрета. Существует разница между неосторожностью и скрытностью. Мы не закутывались в длинные плащи и не надевали темных очков, чтобы остаться неузнанными.

Брентон замолчал, но не успела Ханна с облегчением вздохнуть, как последовало продолжение:

— Почему ты не сказала мне вчера, что Винстон фигурирует в завещании Айсобел?

— Я не думала, что тебе это интересно, — сухо сказала Ханна. — А ты откуда об этом узнал?

Брентон отмахнулся от ее вопроса.

— Значит, все получил он? Поэтому ты и заинтересовалась им так внезапно?

— И совсем не внезапно. Мы начали встречаться сразу же после сделки с ресторанами. — Это была ложь, но ничего другого ей не оставалось… — Ну, а наследовать было нечего.

Интересно, размышляла она про себя, откуда Брентон черпает информацию? Уж конечно, не от Кена Стивенса, в этом случае его сведения были бы более полными и точными.

Может быть, Китти? Утратив один путь к богатству, Брентон тут же перескочил на другой?

— А теперь, поскольку я не наследую фиктивные миллионы Айсобел, мне нужно зарабатывать на жизнь, если ты не возражаешь…

— Странно, — пробормотал Брентон, — мне всегда казалось, что Винстон достаточно щедр со своими девицами… Но вообще-то я зашел, чтобы забрать коробку с бумагами, которую вчера ты брала с собой. Я хочу просмотреть дело Джонса и начну с этих бумаг.

Коробка осталась в «феррари» Купера, забытая в тумане спектакля, устроенного перед зданием офиса.

Что же делать? Она спорит с Брентоном, а ей придется сейчас признаться, что оставила бумаги клиента в машине! В машине человека, имевшего все причины быть недовольным компанией «Стивенс и Вебстер»! Разве можно сказать такое Брентону? Лучше уж сразу пойти в туалет и там повеситься, чем признаться, что она нарушила закон компании о тайне информации клиентов.

Однако, не зная, как долго Брентон наблюдал утреннюю сцену, она могла сделать только одно, рассказать ему всю правду. Тем более, если он слышал их спор о том, кто должен вынуть коробку из машины.

И тут Ханна поняла, что Брентон решил сделать хитрый ход. Не было никакой причины начинать рассмотрение материала именно с этой коробки, если бы он был уверен, что она может предъявить документы в любое время.

Брентон поднял трубку и протянул ей.

— Давай-ка я помогу тебе, — сказал он. — Позвони Винстону и скажи ему, чтобы он привез сюда коробку.

Если бы все было так просто , думала Ханна. Она не может позвонить Куперу, так как не имеет понятия, куда он поехал после того, как высадил ее. И не могла же она признаться, что не знает номера его сотового телефона.

Разве могут быть серьезными намерения мужчины, если он не сообщил своей любимой женщине номер своего личного телефона?