Флора Поллинг - Линия любви

Взгляд Хартли медленно скользил по телу Сью. Она напомнила ему изображенную на какой-то картине прекрасную обнаженную женщину, раскинувшуюся на софе. Пышные каштановые волосы рассыпались по ее лицу, и единственной одеждой этой красавицы была ее улыбка.

— Господи, как ты прекрасна… — выдохнул он.

Глаза Джоди увлажнились, и на мгновение Хартли подумал, что она плачет. Но — нет, наоборот: она улыбалась. И улыбка была такой ласковой, доверчивой и… понимающей, что неожиданно Хартли заглянул прямо в ее душу и увидел ту правду, что граничит с болью.

С ней никогда по-настоящему не занимались любовью, подумал он. Наверное, никто не говорил ей, как она прекрасна, никто не лелеял, не нежил ее.

Понимание этого пришло к Хартли, минуя все законы и правила логики. По-видимому, оно питалось из того же источника, что и возникшее у него ощущение родственности их натур. И источник этот — погребенный под обломками недавних печальных событий его жизни уголок души, в котором, несмотря ни на что, жило осознание главной земной мудрости: мир — это не простое сочетание черных и белых полос, это пышное многоцветье красок. А потому не имеет значения, что эта женщина сделала в прошлом или что собирается сделать в будущем. Главное сейчас — любить эту прекрасную женщину, чье желание отдаться ему — величайший из всех даров, когда-либо ниспосланных Хартли Лоусону.

Он потянулся к ночнику на туалетном столике. Комната погрузилась во мрак. Лишь луч света из холла скользил по кровати, высвечивая восхитительные контуры женского тела.

— Как чудесно… — пробормотал он.

Хартли начал медленно раздеваться, не спуская глаз со Сью. Она завороженно наблюдала за ним. Источник света находился за его спиной, но Хартли подумал, что она видит достаточно, чтобы знать, чего ей можно ожидать.

— Чудесно… — так же шепотом отозвалась она.

Странно, но Сью больше не казалась Хартли похожей на любопытствующую девочку. Это была женщина. Чувственная, вожделеющая. Она сделала едва заметный приглашающий жест — просто согнула пальчик, — и Хартли с трудом удержался, чтобы не броситься на нее.

Он опустился на кровать и, притянув Сью к себе, стал целовать ее плечи, руки, шею. Потом слегка сжал зубами мочку уха и услышал, как Сью прерывисто вздохнула, сдерживая крик. Озноб дикого желания пронзил Хартли, но он все еще сдерживался. Глаза Сью были полузакрыты. Хартли отвел волосы с ее щеки и, прежде чем коснуться губ, нежно, кончиками пальцев провел по подбородку, по высоким скулам и по бровям.

— Поцелуй меня, — прошептала Сью.

Хартли повиновался. Но это был не просто поцелуй. Казалось, его душа перелилась в душу Сью и растворилась в ней. Новый приступ возбуждения пронзил Хартли, но он не торопился, желая почувствовать всю сладость ее любви. Его руки скользнули к груди Сью, нетерпеливые ладони накрыли чудесные холмики, а потом, рисуя дразнящие круги вокруг сосков, Хартли зажал их между большим и указательным пальцами и слегка сжал.

Сью вздрогнула, ее руки беспорядочно заметались по его плечам, по спине. А потом Хартли склонился над ней, и она почувствовала на своих сосках теплую влагу его губ.

— Еще, еще, еще… — твердила она.

Он слегка отстранился и потерся грудью о груди Сью, стараясь, чтобы соски касались ее сосков. Затем его рука скользнула вниз и замерла у мягкой влажной расщелинки.

Сью прогнулась и застонала.

Жар, скопившийся внизу живота Хартли, стал невыносимым. Но Хартли сдерживался: ему хотелось видеть, какое удовольствие доставляют женщине его ласки. Но когда она приподняла бедра и, задыхаясь, взмолилась:

— Пожалуйста, возьми меня… пожалуйста… — Хартли не устоял.

— У тебя есть?.. — тихо спросил он, продолжая ласкать ее.

Она вопросительно взглянула на него.

— Есть?..

— Мы ведь должны предохраняться?

Ее лихорадочно блестящие глаза недоуменно уставились на него.

— Мне кажется, я видела… там… — Она ленивым движением подняла пальчик и указала на ночной столик.

— Не хочу оставлять тебя в такой момент… Может, достанешь сама?

— Да, конечно. — Не сдвинувшись ни на дюйм, она протянула руку, открыла тумбочку и стала копаться в ее содержимом. — Вот! — Она победно взмахнула маленьким пакетиком.

Хартли улыбнулся. Ему еще не встречалась женщина, которая бы столь откровенно обнаруживала свои желания.

— Открой его, — попросил он.

Она исполнила его просьбу, и даже ту, что он не успел высказать. Легким, но уверенным движением она «одела» его плоть. Хартли лег между ее раздвинутыми ногами и не торопясь вошел в Сью. Она задохнулась от удовольствия, и огонь, который Хартли долго сдерживал, забушевал в нем с новой, яростной силой.

Но Хартли не торопился. Глаза Сью блестели, на этот раз цветом напоминая расплавленное золото. В их глубине Хартли уловил отблеск удовольствия — зеркальное отражение того, что испытывал и он сам. Затем Сью прогнулась, губы ее задрожали… Его движения стали быстрее, сильнее, еще сильнее…

Их тела пульсировали в одном ритме, и наконец — ослепительная вспышка, жаркий взрыв, потрясший Хартли, и долгий хриплый стон, сорвавшийся с его губ. И в этот момент упоительного экстаза все его существо остро ощутило физическую и душевную связь с этой женщиной.

Хартли приподнялся на локте и вопросительно заглянул Сью в глаза.

— Я не сделал тебе больно?

Она крепко обняла его.

— Ты смеешься? Мне никогда не было так хорошо…

Закрыв глаза, Хартли вдыхал ее запах. Запах роз.

— Разрази меня гром, если это снова не дружок Рыжухи! — Квадратный охранник уставился на дюжину роз, которые держал Хартли. — Хороший ход. Другой-то заявился с пустыми руками.

— Другой?

— Ну да. Тот парень, что пришел перед тобой.

Неужели вернулся Рик? И Хартли тут же представил схему действий этого парня. Накануне, когда Рик попытался пройти через черный ход, он хотел найти раздевалку Сью. Потерпев неудачу, он занял позицию у ринга, пока она не появилась. Но сегодня, не желая еще раз получить публичный отпор, Рик, вероятно, проник в клуб с помощью аккуратно сложенной двадцатки и теперь ищет, или уже нашел, раздевалку Сью, чтобы вцепиться в нее из-за этой чертовой машины.

Хартли терзали противоречивые чувства. Минувшей ночью, когда они со Сью занимались любовью, ему хотелось забыть, что он детектив. И у него это получилось. Он был просто мужчиной, любящим и благодарным женщине за то, что она вернула его к жизни.

Утром у Хартли была назначена встреча с Фрэнком. Сью еще спала, когда он вызвал плотника и попросил починить дверь. Хартли поцеловал Сью и, когда уже стоял на пороге спальни, услышал ее сонный голос:

— Дорогой, я должна тебе что-то сказать… Сегодня ночью я не успела…