Фрида Митчелл - В огне соблазна

— Спасибо, — наконец выдавила она.

— Спокойной ночи, Дженнифер.

Это было сказано обычным ровным тоном, и выражение глаз Джонатана оставалось непроницаемым, но произнесенные им слова почему-то тронули Дженнифер, ей на мгновение показалось, что Джонатан стал немного теплее относиться к ней.

— Спокойной ночи, — тихо ответила она и заковыляла на костылях к двери, у которой ее ждала Дороти.

На пороге Дженнифер обернулась и взглянула на Джонатана, который смотрел ей вслед. Языки игравшего в камине пламени отбрасывали багровые отсветы на его лицо и на волнистые светлые волосы. У Дженнифер вдруг сжалось сердце, и, нервно сглотнув, она быстро заговорила:

— Я уверена, что завтра мне станет лучше, и утром я отправлюсь в коттедж. Если вы не возражаете, я хотела бы, чтобы Рик меня отвез. Я не хочу беспокоить вас, ведь у вас наверняка есть планы на рождественские праздники.

Джонатан пожал плечами.

— Накануне Рождества, в сочельник, сюда съедутся мои друзья, но если к ним прибавится еще один гость, или, вернее, гостья, то я не вижу в этом ничего страшного. Мы всегда наряжаем елку и украшаем дом. Может быть, вы примете в этом участие?

Дженнифер подумала, что он приглашает ее остаться на праздник лишь из вежливости, а на самом деле с нетерпением ждет, когда она оставит его в покое.

— Спасибо, но я уверена, что завтра утром смогу уехать из вашего гостеприимного дома, — сказала она твердо и, кивнув на прощание Джонатану, последовала за Дороти.

Ковыляя по коридору, Дженнифер думала, что завтра утром, как бы сильно ни болела лодыжка, она покинет этот дом и больше никогда не увидит Джонатана Фергюсона. Ей стало вдруг очень грустно, но Дженнифер постаралась взять себя в руки. О чем она сожалеет? Ей будет хорошо в коттедже. Дженнифер представила, как приятно отдохнет: будет читать книги, отсыпаться и вообще сможет распоряжаться временем по своему усмотрению, потому что будет сама себе хозяйкой.

— Вот ваши комнаты, дорогая. По существу, это небольшая квартира, — сказала Дороти, открывая дверь, расположенную в конце коридора. Она посторонилась, пропуская Дженнифер. — Предыдущий владелец поместья, по проекту которого и был построен дом, предполагал, что в этих покоях будет жить его старая тетушка. И, действительно, она занимала их до самой смерти. А теперь мы размещаем в них наших гостей, которым по той или иной причине неудобно подниматься по лестнице. Сейчас я включу свет и… Ах, негодник!

Последнее восклицание изумило Дженнифер. От неожиданности она чуть не уронила костыли, на которых стояла. Проследив за сердитым взглядом Дороти, Дженнифер заметила, что у горящего камина на пестром ковре, почти сливаясь с ним, лежит большой полосатый кот. Подойдя решительным шагом к нарушителю порядка, экономка взяла его на руки и вынесла в коридор.

— Мои кошки никогда не входят в комнаты, — заявила она и, снова приблизившись к камину, подложила дров в огонь.

Дженнифер тем временем уселась в удобное мягкое кресло.

— Этот плут так и смотрит, как бы набезобразничать, — ворчала Дороти. — Стоит только отвернуться, и он уже стремглав бежит наверх и забирается в какую-нибудь спальню, чтобы улечься там прямо на кровать.

Возмущению Дороти, казалось, не будет конца. Дженнифер слушала ее с возрастающим недоумением.

— Так чей же это кот? — в конце концов не вытерпела она.

— Соседский. Он был любимцем старика Тимоти, деда Джудит, понимаете? Господин Джонатан узнал, что всех домашних животных после смерти старика должны усыпить, и распорядился, чтобы их привезли сюда.

— Всех до одного? — с изумлением спросила Дженнифер, припомнив, что Джонатан говорил о несчастных курах и старой корове.

Дороти кивнула.

— Да, всех. Но с остальными нет никаких проблем. Скуппи, старая овчарка Тимоти, привязалась к Рику, и теперь они неразлучны. Когда он в отъезде, она вполне довольствуется жизнью в теплой конуре. Куры и корова живут в хлеву, где им и положено. Они сыты и ухожены. Но этот кот — просто исчадие ада! Он избалован и делает все, что ему вздумается. В доме Тимоти ему ни в чем не было отказа, вот он и обнаглел.

Рассказывая Дженнифер о животных Тимоти, Дороти тем временем открывала одну дверь за другой, показывая ей другие смежные с гостиной комнаты. Спальня с широкой удобной кроватью, гардеробная, ванная комната, туалет, маленькая кухня. Дженнифер подумала, что ее квартира в Торонто по площади, пожалуй, меньше, чем эти уютные апартаменты.

Когда Дороти ушла, Дженнифер еще раз внимательно огляделась. Она вдруг вспомнила, что кроме этого огромного дома у Джонатана есть еще квартира в Торонто. Скорее всего, по роскоши и элегантности она не уступает его усадьбе.

Опираясь на костыли, Дженнифер добралась до спальни и, войдя, рухнула на мягкую кровать, застеленную атласным — в тон обивке стен — покрывалом.

То, что Джонатан не женат, теперь уже не вызывало у Дженнифер сомнений. Но есть ли у него сейчас любовница? Дженнифер подумала, что практически ничего не знает о нем, в то время как Джонатану удалось вытянуть из нее массу сведений о ее личной жизни во время ужина. Интересно, сколько ему лет? Если он успел достичь высокого положения в обществе, то ему, очевидно, уже далеко за тридцать. По внешности Джонатана было трудно определить его возраст. Ему можно было дать и тридцать лет, и сорок.

Дженнифер внезапно нахмурилась. Почему она постоянно думает о Джонатане Фергюсоне? Его личная жизнь совершенно не касается ее. Завтра утром она уедет из этого дома и никогда больше не увидит его хозяина. Дженнифер твердила себе это, пока готовилась ко сну и укладывалась в постель.

Но, едва коснувшись головой подушки, Дженнифер забыла обо всем на свете, в том числе и о Джонатане, и погрузилась в крепкий сон, которому не была помехой даже ноющая боль в лодыжке.

Проснувшись на следующее утро, Дженнифер первым делом доковыляла до окна, чтобы узнать, какая на дворе погода. Метель утихла, небо было ясным, и деревья в саду стояли в снежном убранстве, как на картинке с рождественской открытки.

В углу спальни Дженнифер увидела свой чемодан, который, должно быть, принес сюда из машины Рик накануне вечером. Но косметичка осталась в бардачке. Взглянув на себя в зеркало, Дженнифер пришла в ужас.

К тому же больная нога ныла так, что Дженнифер вынуждена была стиснуть зубы, чтобы не застонать. Ей вдруг стало ужасно жалко себя и захотелось плакать.

Открылась дверь, и в комнату вошла Дороти. В руках она держала поднос с завтраком.

— Вы уже встали! — изумленно воскликнула она. — А я думала, что после таблеток, которые дал вам господин Джонатан, вы будете спать до полудня. Но на всякий случай я принесла вам завтрак, и правильно сделала. Раз вы проснулись, вам надо подкрепиться. Как ваша нога?