Ким Ригерт - Поединок с собой

Марджори все так же остолбенело смотрела на помощницу.

— А когда ты видела Криса?

— Вчера днем. Они с Майклом зашли в «Аполло» выпить по молочному коктейлю… Ах, ты имеешь в виду, когда мы говорили с ним о работе? Он мне позвонил вчера вечером. Сказал, что в связи с выставкой в Лондоне тебе надо больше времени уделять творчеству. Я безумно обрадовалась! У тебя мне нравится гораздо больше, чем в «Аполло».

Марджори открыла рот и снова закрыла. Деспина так сияла от счастья, что у молодой женщины не хватало духу отослать ее домой, сказав, что все это ошибка.

А это и в самом деле была ошибка. И допустил ее Кристофер Стоун. Да как он смеет так нагло вмешиваться в ее дела, даже не спросив разрешения?

— Погоди минутку, мне надо позвонить.

Марджори бросилась в гостиную, где стоял телефон, и набрала номер, который дал ей Крис в первый же день приезда на Корфу. Вот уж не думала она, что когда-нибудь и впрямь станет ему звонить!

— Что это, черт побери, ты себе позволяешь?

— Ага, вижу, Деспина успела-таки перехватить тебя дома. — В голосе Криса не чувствовалось ни намека на смущение.

— Да, успела! Сейчас я позову ее к телефону, и, будь добр, объясни ей, что поторопил события и что ее услуги не требуются. И моли Бога, чтобы она не успела подать в баре заявление об увольнении!

— Я сам их уже уведомил.

— Что?! — От подобной наглости Марджори едва не потеряла дар речи. — Ты не имел никакого права!

— Деспина меня попросила. А тебе все равно надо лепить. А то не успеешь подготовиться к выставке.

— Это еще не значит, что ты можешь командовать другими людьми. Я не могу себе позволить…

— Я сам ей буду платить.

— Нет!

— Не станет же она работать задаром?

— Ты не имеешь права нанимать мне помощников! Ах ты, гнусный…

— He кричи мне в ухо. Барабанные перепонки лопнут. Твоему сыну не нужен глухой отец.

— Я не хочу…

— Ты не хочешь, чтобы я был рядом. Все дело в этом. Тем хуже для тебя. Я остаюсь. И попытаюсь хоть немного облегчить тебе жизнь.

— Лучше проваливай, — пробормотала молодая женщина.

— Марджори, послушай. Я знаю, что ты обо мне не лучшего мнения. Пусть так. Но ты даже не дала мне шанса. Выбросила из своей жизни. Но я вернулся. И нравится тебе или нет, ты со мной неразрывно связана.

— Это еще не значит…

— Это значит, что я имею самое прямое отношение к тому, что происходит в жизни Майкла. А его жизнь включает и тебя. Тебе выпала потрясающая возможность. И я не хочу, чтобы ты ее упускала. Майкла я возьму на себя, можешь о нем не беспокоиться. За магазином присмотрит Деспина. А ты должна творить.

Марджори стиснула зубы. Доводы Криса звучали логично и убедительно. Как ни печально признавать, но он был прав.

— Ты ей платить не будешь.

— Потом обсудим. Мне надо бежать. Ты ведь знаешь, мы с Майклом встречаемся в школе. Он будет меня ждать.

— Эй, послушай…

Однако из трубки уже доносились короткие гудки.

Марджори буквально дымилась от ярости. Она не хотела хоть чем-то быть обязанной Кристоферу Стоуну! Не хотела, чтобы он лез в ее жизнь!

И все же она понимала, что ей несказанно повезло. Надо ковать железо, пока горячо. Или — применительно к ее ситуации — лепить, пока глина не высохла. Джек только сегодня утром звонил узнать, как продвигаются дела у его подопечной. И Марджори старалась как могла выторговать еще хоть какое-то время на подготовку. Но Джек согласился лишь на пару недель, и то со скрипом.

Ей страшно не хотелось подводить Джека, ведь тот вложил в нее столько времени, денег и душевных сил. По-хорошему, давно следовало бы самой нанять Деспину — вот только денег отчаянно не хватало.

А теперь Крис решил эту проблему за нее.

— Я верну ему деньги, — произнесла Марджори вслух.

— Ты меня звала?

На пороге комнаты появилась Деспина.

— Нет. Я разговаривала с Крисом по телефону. Ладно, держи ключи…

В жизни у Майкла не было лучшего лета. День за днем он ходил с отцом на долгие прогулки, плавал с отцом, ловил рыбу с отцом, помогал отцу готовить материалы к статье, слушал рассказы отца о далеких путешествиях, просто болтал с ним обо всем на свете.

А вот Марджори казалось, что никогда еще ей не было так скверно. Спору нет, она радовалась за сына, что тот так хорошо поладил с отцом, но, день ото дня выслушивая бесконечные восторженные рассказы Майкла, чувствовала себя забытой и заброшенной. И одинокой.

Как ни старалась она гнать непрошеные мысли, но постоянно ловила себя на том, что мечтает, как было бы здорово, если бы они делали все то же самое, только одной семьей. Семьей из трех человек: Крис, Майкл и она, Марджори.

Глупо, конечно. Но если бы они поженились одиннадцать лет назад, все было бы совсем иначе. Крис ни за что не стал бы искать таких простеньких семейных радостей. Он рассматривал бы эту женитьбу как клетку, как цепи, что приковали его к земле, лишили возможности заниматься любимым делом, жить, как мечталось.

Так что, пожалуй, оно и к лучшему, что Марджори тогда не сказала ему о своей беременности. И все же, нашептывал вкрадчивый внутренний голосок, что никак не хотел умолкать в последние дни, ты могла бы изменить все сейчас. Могла бы согласиться, когда Крис позвал тебя замуж.

Однако и на это у Марджори был готов ответ. Крис сделал ей предложение лишь из чувства долга. Он не любит ее. А она ни за что на свете не хотела выйти замуж без любви. Должно быть, в глубине души так и осталась неисправимым романтиком.

Марджори в тысячный раз перебирала все эти аргументы, когда во вторник вечером на пороге мастерской появился Фрэнк. Молодая женщина не видела его со времени того памятного ужина — он лично возил группу особенно важных клиентов по островам.

— Как дела? — поинтересовался Фрэнк.

Слава Богу, есть хоть один человек, перед которым можно не притворяться!

— Отвратительно! — с чувством ответила Марджори.

Работа и впрямь шла хуже не придумаешь. Постоянные душевные терзания на редкость скверно сказывались на процессе творчества. Раз уж пришел Фрэнк, надо хоть перерыв устроить, что ли. Выпить чашку кофе, подумала Марджори…

Прислонившись плечом к буфету в маленькой кухне, Фрэнк сочувственно смотрел на молодую женщину.

— Ты слишком надрываешься. Так ты сама себя вконец загонишь. Тебе надо как-то расслабиться, сбросить напряжение. Давай поужинаем вместе.

— Не могу! — В голосе Марджори слышалось отчаяние. — Мне надо работать. Но каждый раз, как берусь за работу, в голову лезут всякие мысли. И ничего не выходит. Просто не знаю, что делать!

— Поцелуй меня.

— Что?!

Фрэнк с ума сошел?

— Поцелуй меня! — настойчиво повторил он, торопливо отставил свою чашку и, в два шага оказавшись рядом с Марджори, обнял ее.