Анна Брон - Впервые

— Почему же она не ушла от него?

— Дедушка говорил, — сухо произнес Ник, — что она считала отца неотразимым мужчиной.

— А ты похож на отца?

— Говорят, я — его копия. А что?

— Ничего, — ответила Лорен, подумав, что представляет чувства матери Ника к его отцу. — Расскажи еще что-нибудь, пожалуйста.

— Больше нечего рассказывать. После похорон она заявила, что собирается забыть о своей нищей жизни с моим отцом, и переехала в родительский дом. Очевидно, я был частью того, о чем она хотела забыть, потому что она оставила меня у родителей отца и через три месяца вышла замуж за своего бывшего жениха, а еще через год у них родился сын… мой единоутробный братец.

— Неужели она не навещала тебя?

— Нет.

Лорен ужаснулась, представив мать, живущую в роскоши всего в нескольких милях от своего брошенного сына. Гросс-Пойнт был ей знаком. Там жили и Уитворты. Кстати, он совсем близко с тем районом, где вырос Ник.

— Ты хочешь сказать, что ни разу не видел ее с тех пор?

— Почему? Видел. Но только случайно. Однажды мы с ней встретились на заправке, где я работал.

— И что она сказала? — еле слышно спросила Лорен.

— Она попросила проверить, сколько у нее осталось бензина, — все так же спокойно, но не без иронии, отозвался Ник.

Как бы он ни был спокоен сейчас, Лорен не могла поверить, что и в юности он был таким же. Наверняка Ник ужасно мучился от того, что его мать ведет себя так, словно его вовсе не существует.

— И все?

Не замечая, что Лорен не разделяет с ним ироничного отношения к его прошлому, Ник сказал:

— Ну почему же? По-моему, она еще попросила проверить, хорошо ли накачаны шины.

Лорен постаралась, чтобы ее голос звучал спокойно, но на сердце у нее было тяжело. К глазам подступили слезы, и она отвернулась, скрывая их и делая вид, будто ее внезапно заинтересовали плывшие по небу кружевные облака, за которыми пряталась луна.

— Что с тобой?

— А?

Приблизившись, Ник взял Лорен за подбородок и, повернув лицом к себе, с изумлением уставился на ее мокрые глаза.

— Ты плачешь! — недоверчиво воскликнул он.

Лорен отмахнулась.

— Не обращай внимания… В кино я тоже плачу.

Ник рассмеялся и посадил Лорен к себе на колени, а она впервые в жизни ощутила в себе нечто материнское, когда обняла его и провела ладонью по густым волосам.

— Наверно, — дрожащим голосом проговорила она, — у твоего брата было все, о чем ты мог только мечтать. Одежда, машины…

Не отрывая взгляда от ее синих глаз, Ник весело улыбнулся.

— У меня были замечательные бабушка и дедушка, и я клянусь тебе, что никаких шрамов из-за поведения моей матери в моей душе нет.

— Наверняка есть… Не может не быть… Она бросила тебя, отдав все свое внимание другому сыну…

— Хватит. Или я тоже расплачусь.

Лорен даже не улыбнулась.

— Я плакала из-за мальчика, которым ты был, а не из-за мужчины, которым ты стал. Что бы там ни было… Нет… Благодаря тому, что было, ты стал сильным и независимым человеком. Собственно, жалеть надо твоего брата.

Ник хмыкнул.

— Ты права… Он осел.

Лорен словно не слышала его.

— Я хотела сказать, что ты сам справился с трудностями, без помощи богатых родителей, и это делает тебя выше твоего брата.

— Ах, вот почему я выше! — Ник все еще старался перевести разговор в шутку. — А я всегда считал, что виноваты мои гены. Видишь ли, мой отец и мой дед тоже были высокими…

— Ник, я серьезно!

— Прошу прощения.

— Когда ты был маленьким, ты наверняка мечтал стать таким же богатым и удачливым, как муж твоей матери и их сын.

— Богаче, — возразил Ник. — И удачливее.

— Ты учился в университете. Стал инженером. А что потом?

— Потом я хотел завести свой бизнес, но у меня не хватало денег.

— Жаль, — сочувственно произнесла Лорен.

— Все. Хватит обо мне на сегодня, — заявил Ник. — Тем более что мы уже почти у берега.

Тепло, человеческая близость, которые возникли между Ником и Лорен на яхте, согревали их и во время ужина на открытой веранде над озером.

Когда Лорен встала и собралась заняться посудой, Ник остановил ее.

— Не беспокойся. Завтра утром придет кто-нибудь из прислуги и все здесь уберет.

Взяв бутылку, он налил вино в два бокала и один протянул Лорен, после чего откинулся на спинку кресла. Потягивая вино, он не сводил с нее глаз. А Лорен, делая вид, что не может оторваться от созерцания вина, изо всех сил старалась не замечать, как сгущается вокруг них атмосфера ожидания. Наступал решающий момент. Ник удовлетворил голод физический и теперь предвкушал удовлетворение сексуального голода. Она понимала это по тому, как по-хозяйски он смотрел на нее и улыбался.

Лорен отпила из бокала. В любую минуту он может встать и повести ее в дом. Ник закурил. В ночном сумраке, который не мог разогнать фонарь, его черты потеряли четкость, зато исходившая от него энергия стала еще более осязаемой. У Лорен холодело в груди отчасти от страха, отчасти от возбуждения.

— Тебе холодно? — заботливо спросил Ник.

Она торопливо покачала головой, боясь, что сейчас он предложит ей пойти в дом. Конечно, подумала Лорен, Ник заметил, как она дрожит, поэтому добавила:

— Ты прав. Здесь немножко прохладно, зато так красиво, что не хочется уходить.

Через пару минут Ник погасил сигарету и отодвинулся от стола. Сердце Лорен убежало в пятки. Она залпом опустошила бокал и протянула его Нику.

— Я хочу еще.

Ник удивился, но налил вина и Лорен, и себе, а потом опять уселся в кресло, с любопытством глядя на нее.

Лорен боялась встретиться с ним взглядом и боялась отпугнуть его. Она встала, неловко улыбнулась и, подойдя к краю обрыва, принялась смотреть на темное озеро и дальние огни в горах. Ей хотелось доставить Нику наслаждение, и она боялась, что у нее ничего не получится. Он знал слишком много женщин, чтобы ее неопытность могла его хотя бы развлечь.

Ник встал с кресла, подошел к Лорен и положил руки ей на плечи. Хотя Лорен слышала, как он поднялся, но все равно его прикосновение было для нее неожиданным, и она вздрогнула.

— Да ты совсем замерзла, — прошептал Ник, прижимая ее к себе и обхватывая руками. — Так лучше?

Лорен совсем лишилась дара речи и лишь кивнула в ответ, а потом задрожала так, что не заметить это было просто невозможно.

— Так нельзя, — сказал Ник, разворачивая Лорен лицом к себе. — Пойдем в дом. Там тепло.

Лорен была в таком состоянии, что не поняла, куда он ее ведет. Она-то думала, что в гостиную, но когда чуточку пришла в себя, то оказалось, что они пришли в роскошную бело-коричневую спальню. Прямо перед ними стояла огромная кровать. Ник закрыл стеклянную дверь, словно отрезая Лорен путь к бегству, и она как будто окаменела.