Люси Эллис - Опасно для сердца

Люк хмыкнул:

— Раиса — просто приятельница, не более того. — Он казался слегка обиженным.

Женщина, стоявшая впереди Клементины, смерила Сергея взглядом:

— Я бы на вашем месте ему не поверила — слишком уж он хорош.

Хорош — слишком мягко сказано. Сильный, мужественный, потрясающий красавец, к которому были прикованы взгляды всех находившихся поблизости женщин.

Это забавляло Клементину — а еще, как ни странно, пробуждало в ней азарт. В конце концов, она имела право повеселиться, вновь стать легкомысленной девчонкой и забыть о постоянной осторожности. Ведь он все-таки пришел. За ней. Было глупо считать это романтичным, но она именно так и считала. С ней никогда еще не случалось ничего романтичнее.

— Хорошо, — наконец ответила она, будто прыгая с вышки в воду. — Почему бы и нет?

Сергей предложил ей свою руку, и она оперлась на нее. Его ладонь была большой и шершавой, намного больше ее собственной руки. Этот жест показался Клементине очень интимным.

— Я тебе позвоню, как только прилечу, — сказала она Люку, который восторженно глядел на Сергея как девочка-поклонница.

— Ну что ж, Клем, надеюсь, тебе будет весело.

Когда они прошли несколько сотен метров, Клементина поняла, что они удаляются от общего терминала.

— Куда мы идем?

— К моему самолету, киса.

— К твоему самолету?!

— Да, к моему личному самолету.

Клементина была совершенно потрясена этим, и Сергей мысленно поинтересовался, не захотелось ли ей заняться с ним сексом, не дожидаясь, пока самолет взлетит.

Выйдя из терминала, Клементина увидела личный самолет Сергея — он был великолепен. Занервничав, она потянула его за руку:

— Сергей, я хочу кое-что прояснить, прежде чем мы продолжим.

Он нетерпеливо посмотрел на нее:

— Давай обсудим это в самолете.

— Нет, сейчас. У меня… — Она не знала, как это сформулировать, поэтому выбрала ближайшую по смыслу фразу: — У меня есть определенные условия, и если ты хочешь увезти меня, тебе придется их принять. Я не хочу никаких недоразумений.

— Ты серьезно?

— Да, — ответила Клементина твердо. — Буду с тобой откровенна. Я не хочу, чтобы ты относился мне как к какой-нибудь девице, которую только что подцепил.

— Я совершенно не намерен относиться к тебе иначе чем как к леди. Честно говоря, Клементина, мы в России всегда относимся к женщинам с уважением. Но не лучше ли нам поговорить наедине?

Она в замешательстве взглянула на него. Он сказал, что будет относиться к ней «как к леди» — но разве он не должен считать, что она и есть леди? Все казалось слишком сложным, и Клементина решила перестать вдумываться в его слова — это было несправедливо по отношению к Сергею, и она побоялась все испортить своей мнительностью.

— Давай обсудим твои условия наедине, — сухо повторил он. — Но обещаю, между нами не будет никаких, как ты выражаешься, «недоразумений».

Девушка улыбнулась ему — впервые за весь день.

— Сергей, я очень рада, что ты приехал за мной.

— Тебе нравится самолет?

— Конечно.

И тут Сергей обнял ее за талию и подхватил на руки.

— Сергей! — Она буквально растаяла от такой внезапной физической близости.

Он нес ее на руках с легкостью, как пушинку, и ей нравилось находиться в его власти.

Сергей же испытывал удовлетворение. Он шел к этому моменту с тех пор, как увидел ее на Невском. Неуловимая, вечно ускользающая от него Клементина заставляла его желать все большего…

А что касается ее условий… Никогда еще ни одна женщина не предъявляла ему столь смелых требований. Она еще не знает, что он не поскупится на подарки для нее. В сущности, он был готов заплатить любую цену за то, чтобы быть с ней.

Клементину поразила красота вестибюля их отеля. Сдержанная элегантность никогда еще не выглядела такой дорогой. Все произвело на нее огромное впечатление — лимузин, поданный для них в аэропорту Нью-Йорка, телохранители, следовавшие за ними на другом автомобиле, и конечно же личный самолет Сергея. Мир, в который она попала, показался ей волшебной страной Оз.

Так, богатырь, рассказывай. — Клементина вложила свою руку в его ладонь. — Ты говорил, что занимаешься спортивным менеджментом. И кем же, интересно, ты управляешь?

— Не кем, а чем, киса. — Сергей посмотрел на нее так, словно ее вопросы забавляли его. — Я владею корпорацией, которая транслирует и спонсирует турниры по боксу и смешанным единоборствам.

— Потрясающе. Просто невероятно.

— Вижу, ты впечатлена.

Они вошли в лифт.

— Как я понимаю, бизнес, которым ты занимаешься, сугубо мужской. Это многое объясняет. — Клементина улыбнулась ему.

Он перекинул ее волосы через плечо и тихо произнес над самым ее ухом:

— И что же это объясняет?

Девушка задрожала:

— Твою силу. Вот почему ты смог отлупить тех хулиганов — ты знал, что делаешь.

— С тех пор как я встретил тебя, киса, это единственное, в чем я уверен. — Сергей хотел всего лишь поддразнить ее, но понял, что говорит чистейшую правду.

— Так ты не уверен во мне?

— Я полагаю, ни один мужчина никогда не был в тебе уверен. — Он обнял ее за талию, наклонился и чуть помедлил, чтобы дать ей понять, что намерен поцеловать ее. А затем быстро накрыл ее губы своими, проник в ее рот языком, пробуя ее на вкус, не давая ей возможности ускользнуть…

Он притянул ее к себе, и Клементину накрыла жаркая волна желания. Она застонала, не в силах совладать с собой, и обвила руками его шею. Его тело было твердым и мощным, а его язык, скользивший по ее нижней губе, пробуждал пульсацию желания глубоко внутри ее. Она едва могла это выдержать…

Двери лифта открылись, и Сергей прервал поцелуй. Он длился всего несколько секунд, но Клементине они показались целой вечностью. Ее губы дрожали, соски упирались в кружево бюстгальтера, а волосы были спутаны после его прикосновений. Она не знала, что поцелуй может настолько выбить ее из колеи. Ее уверенность начала улетучиваться.

Сергей открыл дверь номера с помощью карточки и провел ее внутрь, держа руку на ее талии.

— Боже! — проговорила Клементина, заходя в апартаменты, блистающие роскошью. — Это просто потрясающе.

Она снова вспомнила о том, кто он такой. Богатый человек, который может позволить себе купить очень и очень многое. И женщин, несомненно, тоже. Но только не ее. И она должна как-то объяснить это ему.

— Знаешь, богатырь, деньги — не главное для меня.

— Так что же для тебя главное, Клементина? — Он улыбался ей своей ленивой улыбкой, словно знал что-то, о чем ей не было известно.

— Честность и искренность, — ответила она.

Улыбка исчезла с его лица, и он помрачнел. Она удивила его.

Пройдя через гостиную, они вошли в обеденный зал, где могли разместиться более двадцати человек. В зале стоял рояль-миньон, и Клементина пробежалась пальцами по клавишам.