Энн Мэтер - Опасные чары

Джули чувствовала себя очень спокойно, и потому потрясение было тем сильнее, когда она услышала, как Пол ласково проговорил:

— Джули, почему бы нам не пожениться уже этой весной? Ничто нам не мешает. Я достаточно зарабатываю, чтобы снять приличную квартиру для нас двоих, и мы можем быть всегда вместе.

Джули быстро перевернулась на живот.

— Пол, я… — она неловко замолчала. — Пол, ты знаешь, что ты мне нравишься, но любовь… Насчет ее я еще не уверена!

Положив ей руку на плечи, Пол повернул Джули лицом к себе.

— Не уверена? Почему? В чем проблема? Мы ведь знаем друг друга достаточно хорошо, чтобы откровенно обсуждать подобные вещи.

— Вероятно, это так, — проговорила Джули нерешительно. — Пол, у тебя когда-нибудь… Я хочу сказать… у тебя когда-нибудь была любовная связь с другой женщиной? О, я не так выразилась! — Джули покраснела, заметив изумленный взгляд Пола. — Пол, скажи откровенно: ты когда-нибудь желал женщину, не имея намерения жениться на ней?

— Джули! — Пол внезапно сел прямо.

— Итак, каков будет ответ? — вздохнула Джули. — Послушай, Пол, ты, конечно, понимаешь: я спрашиваю не из праздного любопытства.

— Тогда почему ты спрашиваешь?

— Для меня важно знать.

— Хорошо, если так, — пожал плечами Пол. — Если ты хочешь знать, я увлекался другими женщинами, но только до нашего знакомства. С тех пор, как мы встречаемся, меня никто другой больше не интересует… Но почему? Может быть, ты? — нахмурился он.

Джули покраснела.

— На твой вопрос нелегко ответить, — честно призналась она. — Наши отношения были всегда такими… такими… ну, товарищескими, что ли, и последнее время одна мысль не покидает меня: не внушили ли мы себе что-то, чего на самом деле вовсе нет.

— Джули! — воскликнул Пол. — Я всегда был уверен в моих чувствах к тебе!

— Что вселяет в тебя подобную уверенность? — спросила Джули.

— У нас одинаковые вкусы, мы оба любим домашний уют, тянемся к семейной жизни. Словом, у нас много общего…

— Но разве этого достаточно для любви? Я хочу сказать, что для домашнего уюта и счастливой семьи одной дружбы между двумя людьми мало. Как ты можешь быть уверен, что мы будем вдвоем счастливы?

— Право, Джули, — заметил Пол с досадой. — Тебе сегодня почему-то нравится играть на нервах! Должно быть, сказывается херес, который мы выпили за обедом. Ты никогда прежде не говорила в такой манере. И я больше не желаю обсуждать эти проблемы.

Джули сидела сгорбившись, опустив плечи. Она настаивала не из упрямства; если ей предстояло выйти замуж, она хотела, чтобы это было навсегда, чтобы позднее не пришлось добиваться развода из-за взаимной неприязни. Ее родители и после двадцати пяти лет совместной жизни продолжали любить друг друга, и Джули решила, что ее брак должен быть таким же. Мысль о замужестве с Полом преследовала ее как какой-то кошмар, и она ясно осознавала, что сотрясались сами основы ее спокойного и беззаботного существования.

— Обязательно сегодня тебе было нужно затевать этот разговор, — проговорил Пол, поднимаясь с ковра. — Я предупредил своих родителей, что сделаю тебе сегодня предложение, и они, конечно, не удержались и поделились этой новостью с твоими отцом и матерью.

— Пол! О Пол! Тебе не следовало этого делать!

— Но почему? Почему? Откуда мне было знать, что ты станешь вести себя как великовозрастная школьница? Полагал, что ты так же к этому стремишься, как и я.

— О Пол, — сказала Джули, покачивая головой. — Сейчас я не могу ответить на твое предложение. Возможно, что-то случилось со мной, возможно, я со временем преодолею это состояние, но в данный момент я не могу выйти за тебя замуж. — Она взглянула вверх на Пола. — И пожалуйста, если ты чувствуешь, что не можешь с этим примириться, то давай расстанемся раз и навсегда. Было бы неправильно с моей стороны заставлять тебя ждать, пока я приду к какому-то решению. Ты должен жить полнокровной жизнью, и я не обижусь, если ты теперь уйдешь.

Пол на мгновение крепко сжал губы.

— Джули, — начал он. — О Джули, я не хочу разрыва. Для меня другой девушки не существует, ты это знаешь. Я предпочитаю ждать.

Джули стало жаль его. Она вскочила и, подхватив Пола под руку, проговорила:

— Пол, я чувствую себя ужасно! Мне так хотелось бы ответить тебе согласием.

— Нужно пока повременить, — заметил Пол ласково, уже с большей уверенностью. — Все образуется, я не сомневаюсь.

Джули кивнула, но его уверенности у нее не было. Она искренне сожалела, что она и Пол посетили тот злополучный танцевальный вечер и она познакомилась с Мануэлем Кортесом. Тогда он не смутил бы ее душу, и она следующей весной вышла бы замуж за Пола и через год уже имела бы собственную семью, довольная тем, что выполнила женское предназначение.

Пол нагнулся и поцеловал ее, и Джули ответила горячее, чем когда-либо прежде. Все наладится. Непременно наладится.

Саманта пролежала в больнице три недели. И за это время она и Джули возобновили прежнюю тесную дружбу, которая несколько ослабла после того, как Саманта вышла замуж за Бенедикта. Поглощенный своими творческими замыслами, Бенедикт много трудился и не мог приходить в больницу так часто, как хотелось бы Саманте. Она все больше и больше привязывалась к Джули, что в свою очередь давало Джули предлог реже встречаться с Полом. Саманта слышала о предложении Пола и о колебаниях Джули и изо всех сил старалась найти приемлемый выход из запутанной ситуации.

— Черт бы побрал Мануэля Кортеса, — сказала она однажды вечером к концу своего пребывания в родильном доме. — Он — настоящая проблема, не правда ли?

— Видимо, так, — вздохнула Джули.

— Знаешь, что я думаю? — сдвинула брови Саманта. — Я думаю, тебе нужно вновь встретиться с Мануэлем Кортесом и рассеять этот миф относительно его мужских чар, загадочной натуры и возбуждающего влечения. Сколько раз ты была вместе с ним? Четыре раза? Ну, подумай-ка сама, ты не могла хорошо узнать его за столь короткое время. Хочу сказать: человеку свойственно придавать чрезмерное значение таким событиям и ситуациям, которые пришлось пережить тебе, и я не сомневаюсь: его появление этаким очаровательным американцем вскружило тебе голову.

— Саманта! Ты знаешь, что это неправда. Ведь даже Бенедикт отметил то особое очарование, которое от него исходит. Ах, давай не будем больше говорить о нем.

И потом несколько недель они не упоминали Мануэля Кортеса в своих разговорах. Но однажды вечером в конце января Саманта сообщила Джули волнующую новость.

— Тебе, дорогая, никогда не угадать! — воскликнула Саманта. — Бену предложили прочитать шестинедельный цикл лекций в одном из калифорнийских университетов. Разве это не чудесно? Они берут на себя все расходы, и мы, то есть я и наш мальчик Тони, можем сопровождать его.