Фабио - Таинственный

- Я ничего не говорила о "нас с Сойером", потому что рассказывать нечего.

- Но она упомянула, что вы с ним были в Саратоге и ходили в ресторан,

- Да, ходили, ну и что из того? Он отбуксировал в гараж и отремонтировал мою машину. В знак благодарности я...

- Ты пригласила его на ленч.

- Да, примерно так.

Джори не стала уточнять, что Сойер оплатил счет, и, уж конечно, промолчала, что он купил ей пальто и варежки.

- А Клоувер показалось, что вам было очень хорошо друг с другом, когда она вас видела.

- Попадись мне эта Клоувер, я ее просто придушу! - сквозь зубы пробурчала Джори.

Гретхен бросила на нее негодующий взгляд:

- Джори, как можно такое говорить!

- А что, ей больше делать нечего, кроме как сплетничать?

- На самом деле у Клоувер сейчас как раз забот хватает, - вставила Эдриен, поднимая умело подведенные, безупречной формы брови. - Ее партнерша по бизнесу, Шерил Фрэмптон, вот уже почти год пытается выкупить у нее ее долю. Клоувер отказывается продавать, но Шерил не отстает.

- Все равно мне не нравится, что она с каждым встречным обсуждает мою личную жизнь, - пробурчала Джори.

- Расслабься, Джори, она рассказала только Джонни, а тот рассказал Китти...

- А Китти поделилась с тобой.

- Вот именно. Если у тебя с Сойером действительно такие невинные отношения и тебе нечего скрывать, с какой стати ты так кипятишься?

- Я не кипячусь, просто... просто я не привыкла быть темой для пересудов в маленьком городке.

К счастью, Эдриен сменила тему и заговорила о новой обивке для дивана и о гардинах, которые только что заказала для домашнего музыкального салона. Высокие - от пола до потолка - окна ее салона были с полукруглым верхом, и шторы пришлось шить по индивидуальному заказу. Она настаивала, чтобы Джори обязательно побывала у нее в гостях, пока не уехала из Близзард-Бэй.

- Это ужасно, дорогая, что дом твоих дедушки и бабушки превратили в какие-то меблированные комнаты. - Эдриен покачала головой. И, обращаясь к Джеку, пояснила: - Это было самое красивое имение в наших краях, но как только хозяева его продали... ты знаешь, как это бывает.

- Я сегодня там была. И мне показалось, что дом по-прежнему выглядит неплохо. По-моему, он совсем не изменился с тех пор, когда принадлежал моим деду и бабке.

Только сказав это, Джори спохватилась, что кто-то из ее собеседниц может знать, что Сойер живет в их бывшем доме, и поспешила сменить тему:

- А знаете, когда я на обратном пути проезжала мимо дома на Бруквей-роуд, вокруг была какая-то суматоха, там крутилось не меньше дюжины копов.

- Какой дом ты имеешь в виду? - спросила Гретхен.

- Красный фермерский дом, недалеко от перекрестка с Филдстоун-роуд. А что?

- Кажется, Клоувер живет в красном доме на Бруквей-роуд, не так ли? спросила Эдриен, обращаясь к Гретхен. Та кивнула.

Джори похолодела:

- У этого дома черные ставни, а перила веранды выкрашены в белый цвет?

- Кажется, так, - подтвердила Гретхен. - А что? Это у ее дома ты видела полицию?

Джори медленно кивнула:

- Надеюсь, с Клоувер ничего не случилось. Может, кому-нибудь из нас стоит позвонить и убедиться, что все в порядке?

- Я позвоню, - вызвалась Гретхен, доставая из кармана горсть мелочи, и вдруг съязвила: - Ты же грозилась задушить Клоувер. Может, ты сейчас не в том настроении, чтобы с ней разговаривать.

- Я только хотела сказать...

Но Гретхен уже направилась к телефону-автомату на стене бара.

- Иногда она бывает жуткой стервой, - заметила Эдриен. - Я уже говорила Джеку, что просто не понимаю, как в детстве мы могли проводить с ней столько времени. У нас с Гретхен нет ничего общего.

- А мне Гретхен всегда нравилась. - Джори сочла своим долгом вступиться за подругу, она понимала, что Гретхен разозлилась, когда услышала, что Джори не вняла ее предостережениям насчет Сойера Хоуленда. При ее осторожности и консервативном складе характера Гретхен было не дано понять, как это можно не обращать внимания на слухи. И Джори ни за что не удалось бы убедить Гретхен, что Сойер не опасен - во всяком случае, в том смысле, который имели в виду Карл и все остальные.

Сойер яростно защищал неприкосновенность своей частной жизни, он даже признался, что ему есть что скрывать, он только что приказал Джори не лезть в его жизнь и вернуться в Нью-Йорк, где ее место. Со стороны Джори было бы глупостью не последовать его совету. В конце концов, он даже не хочет, чтобы она здесь оставалась. И если разобраться, в Близзард-Бэй ее больше ничто не удерживало.

Пока Эдриен пространно распространялась о достоинствах балета, который они с Джеком смотрели накануне, Джори решила, что у нее не остается иного выбора, кроме как уехать завтра утром.

Она приехала сюда, чтобы найти какой-то ключик к собственному прошлому, а может, и к будущему, но не нашла его. Видимо, она ошибалась, думая, что новый приезд в Близзард-Бэй может стать поворотным пунктом в ее жизни.

Решение принято. "Чем скорее ты уберешься из этого города и окажешься подальше от Сойера Хоуленда, тем лучше", - твердо сказала она себе.

Гретхен вернулась за столик. Она вся дрожала и была еще бледнее, чем обычно.

- Ради Бога, что с тобой стряслось? - недовольно спросила Эдриен, обрывая свой монолог на середине.

- Со мной - ничего. - Гретхен села на стул и покачала головой с таким видом, словно не могла поверить в то, что услышала. - Клоувер убита.

Сойер стоял чуть в стороне от толпы, собравшейся вокруг небольшого красного фермерского дома на Брук-вей-роуд. Уже давно стемнело, стало еще холоднее, и порывы ледяного ветра взметали выпавший днем снег. Но люди все-таки собрались: сплетники, соседи, просто зеваки, возможно, среди них было и несколько родственников, потому что ветер доносил до него приглушенные всхлипывания.

В толпе было несколько газетчиков и тележурналистов. Последних можно было без труда отличить от остальных по длинным драповым пальто, кожаным ботинкам и безукоризненным стрижкам: телевизионщики все как один щеголяли с непокрытыми головами. Местные же в основном были в теплых куртках, сапогах на резиновой подошве и вязаных шапках.

На дороге стояло несколько фургонов службы новостей, на лужайке суетились операторы с камерами, устанавливая свет и выбирая ракурс. Тут и там с мрачными лицами расхаживали полицейские. На репортеров они не обращали внимания и только следили за тем, чтобы и журналисты, и все остальные не проникли за проведенную вокруг дома границу места преступления, отмеченную желтой пластиковой лентой.

Сойер, прищурившись, наблюдал за происходящим. Не так ли все происходило и той влажной августовской ночью возле хижины на озере, после того как посыльный "Федерал экспресс" обнаружил прямо за дверью обезображенный труп женщины?