Андреа Парнелл - Безрассудная девственница

Куэйд занялся лошадью, а Глория принялась беседовать с Пэдди. Уилд часто поглядывал на нее, пока она стояла в проеме двери на фоне уходящего дня, и думал, что с ней просто не будет, а будет даже сложнее, чем он представлял. Ведь он ожидал найти скромную малышку, которая будет трепетать от одного его взгляда и от которой он сможет уйти, едва она надоест ему, но та Глория не имела ничего общего с настоящей.

Он тяжело вздохнул, но, к счастью, это слышала только лошадь. Живая Глория была лучше своей воображаемой тени. Она горячая и нежная искусительница, которая еще не знает своей власти. И Куэйд испугался, что, когда она узнает, то станет тише воды, ниже травы. Что ж, и это неплохо. Размышляя, Куэйд не забывал о лошади, которая вскоре была распряжена и накормлена. К этому времени и дождь немножко поутих.

- Пойдем, любимая? - позвал он, беря Глорию за руку и выходя из сарая.

Хорошо бы Моди-Лэр не встречала его с мушкетом в руках.

Глава 6

У Анны Колльер остались четыре стеклянных стакана из восьми, принадлежавших еще ее бабке. Это была большая ценность, и их держали на верхней полке, доставая только по самым большим праздникам, чаще всего на крестины младенца. В обычные дни все пили из оловянных и деревянных кружек, и никому из детей Колльеров не разрешалось к ним прикасаться.

Именно по этой причине Сара проскользнула словно мышка на кухню и тихо-тихо подвинула стул к шкафу, потом, почти не дыша, влезла на него и нащупала два стакана, после чего все так же в темноте пробралась обратно в свою комнату. Несколько мгновений спустя она уже была на кровати.

- Принесла? - шепотом спросила Прюденс Оливер.

Она сидела в белой рубашке на перине, скрестив ноги и убрав в чепчик волосы, и была похожа на толстую гусыню в ожидании кормежки.

- Два, - также шепотом ответила ей Сара.

- Можно зажечь свечу?

- Шшш... Сейчас посмотрю, уснули ли сестры.

Прюденс осталась сидеть на кровати, а Сара выглянула из-под одеяла и прислушалась к ровному дыханию Руфи и Джудит, а потом опять тщательно расправила его, чтобы зажженная Прюденс свечка не разбудила их.

- Давай, - нетерпеливо проговорила она. Девушки не осмелились идти через весь дом со свечой, и Прюденс стала высекать огонь с помощью кремня и огнива, причем ее работа осложнялась тем, что ей приходилось действовать в совершенной темноте. К счастью, у нее было достаточно опыта, и не прошло и четверти часа, как они уже зажгли свечу.

Сгорая от нетерпения, девушки соскользнули на пол между кроватью и стеной и поставили между собой свечу и стаканы.

- Согрей воду, - Сара показала на маленькую мисочку возле ножки кровати.

Прюденс взяла миску в руки, а Сара вытащила из-под подушки два свежих куриных яйца в салфетке, которые она утащила вечером из курятника.

Держа миску подолом рубашки, чтобы не обжечься, Прюденс согрела на свечке воду.

Сара пальчиком попробовала, достаточно ли она горячая.

- Лей осторожно, - прошептала она, боясь, как бы яйцо не лопнуло.

Будь в доме стеклянная миска, она взяла бы ее, но такой не было, а дело, которое она задумала, было слишком серьезным, чтобы она могла позволить себе неудачу.

Несмотря на свою полноту, Прюденс была достаточно ловкой и налила полные стаканы, не пролив ни капли воды.

- Все, - выдохнула она, и глаза у нее заблестели. - Ты сначала или я?

- Ты, - ответила Сара, не слишком взволнованная, чтобы не позволить себе продлить удовольствие. Она с важностью протянула яйцо Прюденс. Закрой глаза и постарайся сосредоточить свои мысли. Подожди немного, и потом разбей яйцо...

- Остальное я знаю, - перебила ее Прюденс.

Держа в обеих ладонях яйцо, она зажмурила глаза. Сара подумала, что если бы Прюденс не старалась сделать все как положено, то яйцо можно было бы разбить и раньше, не дожидаясь, когда пройдет минута.

- Пора, - пробормотала она, сосчитав шестьдесят секунд.

Прюденс медленно открыла глаза, осторожно расколола скорлупу и принялась собирать в одну половину желток, а в другую белок. Половинку с белком она держала над стаканом, а потом довольно громко произнесла заклинание и вылила белок в стакан.

- Ты в стакане покажи, - проговорила она заговорщически, - кто любимый мой.

Подружки склонились над стаканом, следя за тем, как расплывается в воде белок. Теперь все зависело от воображения. К тому же каждая видела то, что ей хотелось увидеть.

- Это молоток, правда, Сара, или серп? - пухлые щечки Прюденс тряслись от волнения. - Ты как думаешь, Сара?

- Не молоток и не серп, - ответила Сара, изучая содержимое стакана, словно в нем была заключена тайна мироздания. - Мне кажется, это наковальня, - Прюденс недоверчиво посмотрела на нее, и Сара вспомнила, что она на три года старше, а значит, и умнее подруги. - Я уверена, что наковальня, - решительно повторила она. - Вот, видишь? - улыбнувшись Прюденс, она взяла ее за руку. - Твой любимый кузнец.

Все сомнения Прюденс мгновенно рассеялись, когда она представила крепкого красивого парня у горна. Один из таких совсем недавно пришел учиться к ее дяде. Его звали Эли.

- Кузнец! - радостно воскликнула она. - Я буду женой кузнеца!

- Шшшшш! - Сара испугалась, как бы не проснулся отец, который Бог знает что может сделать, если увидит, что они гадают, особенно теперь, когда все только и говорят что о ведьмах. Однако черная это магия или не черная, а спорить нечего. Все знают, это гадание - самое верное средство. Разве Пейшиенс Таун не говорила, что выйдет замуж за колесного мастера? И вот, пожалуйста. Через полгода вышла за Рича Доти, который продал ее матери прялку.

- Твоя очередь, - напомнила Саре Прюденс.

Сара закрыла глаза на минуту, разбила яйцо точно так же, как несколько минут назад Прюденс, и дрожащими руками вылила белок в стакан. У нее вспотели ладони от напряжения. Саре обязательно надо было получить подтверждение тому, что сердце ее не обманывает, а то отец уже намекнул, будто бы Исаак Хокинс не прочь взять ее за себя. Подумать только, не хватает ей еще Исаака Хокинса!

Когда всякое движение в стакане прекратилось, Прюденс не выдержала.

- Ну же, Сара, что там? - спросила она, вертя головой и со всех сторон заглядывая в стакан. - Я ничего не вижу.

Сара тоже низко наклонила голову, рассматривая расплывающийся в воде белок.

- Книга, - тихо проговорила она, и, уверовав, что это правда, почувствовала, как у нее чуть не остановилось сердце.

- Книга? - взволнованно переспросила Прюденс. - Кто же это? Ученый? Учитель?

- Нет, - шепнула Сара, и счастливые слезы выступили у нее на глазах. - Сама посмотри, какая это книга, - она вытянула вперед тоненький пальчик. - Видишь, вот тут, похоже на крест.

- Да, - шепотом отозвалась Прюденс, убежденная, что она тоже его видит. - Сара, ты выйдешь замуж за священника. Ну и чудеса!