Андреа Парнелл - Безрассудная девственница

Не найдя успокоения в бессмысленной ходьбе по комнате, Моди-Лэр посмотрела прямо в лицо священнику.

- Вы читали письмо, которое она оставила в ящике на двери вашего дома?

У него немного раздулись ноздри, но больше он ничем не показал своего недовольства.

- Читал, - сказал он. - Оно вполне извинительно, если учесть, в какой обстановке писалось. Должен заметить, мне понравилось, что Глория не захотела пятнать меня дурацкими слухами, - Беллингем понизил голос. - Я не сержусь на нее.

Моди-Лэр сдержалась от скоропалительного ответа. Она не знала, что лучше: сказать Беллингему правду или постараться смягчить удар и подержать его немножко в неведении. Какие бы ни были обстоятельства, решила наконец Моди-Лэр, правда всегда лучше.

- Она написала то, что подсказывало ей сердце, потому что хочет стать женой другого.

Беллингем долго молчал. Куэйд Уилд. Его охватила ярость, но он сдержался и не показал виду. Охотник ему не помеха, пока сидит в Кроссленде в тюрьме. Кроме того, надо сохранять спокойствие, чтобы голова была ясной. Он даже мысленно похвалил себя за мудрость. Необходимо повлиять на мать и убедить ее, что нельзя медлить.

- Она молода, - сказал он, - и не понимает, подобно нам с вами, как серьезно то, что происходит сейчас в Сили-Гроув. Без моей защиты ее скоро потащат в суд за колдовство. Уже есть такие, которые намекают, что неплохо бы судьям выслушать их свидетельства. Малышка Джейн Кобб почти умирает. А если умрет она или другая девочка, на которую Глория якобы напустила порчу, будет слишком поздно.

Моди-Лэр побледнела.

- Нет! - крикнула она. - Она не сделала ничего плохого!

- Может быть. И все будет хорошо, если вы ей поможете.

- Помогу? - не поняла Моди-Лэр. - Она моя дочь. Мое единственное дитя.

- У нее нет выбора, - Беллингем медленно чеканил слова. - Прежде чем ее обвинят в колдовстве, она должна стать моей женой.

Моди-Лэр бросилась в кресло. Глория была для нее всем в жизни. Всем, что имело хоть какое-то значение.

- Я не знаю... - начала было она.

- Госпожа Уоррен! - прогремел Беллингем, сверкая глазами. - Вы играете жизнью дочери. Сейчас не время для детских забав. Считайте, что вам повезло, ведь я мог бы обидеться и отказаться от нее, - он высоко поднял брови. - Имейте в виду, в Салеме повесили еще пять ведьм. Мне бы не хотелось, чтобы это случилось у нас, да еще с Глорией.

- Вы знаете, что она не виновата. Пусть она не ваша жена, вы все равно могли бы защитить ее.

Беллингем устремил на нее ледяной взгляд и ласково проговорил:

- Приготовьте вашу дочь к венчанию. Завтра я приеду за ней.

***

- Ведьма! - воскликнула Глория, и щеки у нее вспыхнули от негодования. - Будь я ведьмой, я бы всех из заколдовала. И Джосию Беллингема тоже. Пусть они попробуют обвинить меня! Я все равно не буду его женой. Я люблю Куэйда! Или я выйду замуж за него, или ни за кого! b{okeqmsb свою ярость, Глория поутихла, и ее охватил страх. - Если бы Куэйд был здесь!

222 - Он бы все равно не заставил людей молчать.

Моди-Лэр понимала, что в этом Беллингем прав. Глория не осознавала, насколько все серьезно. Криком делу не поможешь.

- Он мог бы увезти меня отсюда. Мог бы увезти туда, где живут хорошие люди и никто не ищет ведьм.

- Тогда поезжай к нему сама. Поезжай в Кроссленд. Расскажи ему о том, что происходит в Сили-Гроув.

- А как же Беллингем? Он ведь думает, что я буду ждать его завтра.

- Если ты любишь Куэйда, тебе надо в Кроссленд. Оставь Беллингема мне.

Глория вскочила на ноги. Не прошло и часа, как сумка уже была полна продуктов, теплый плащ накинут на плечи, лошадь оседлана и материнский поцелуй получен на прощание.

- Будь осторожна в дороге. Все-таки ты едешь одна...

Глория горько усмехнулась:

- Разве здесь для меня не опаснее? Моди-Лэр крепко прижала ее к себе:

- Ты права. Но ты моя единственная дочь, и я тебя люблю. Будь осторожна.

- Хорошо, мама, - ласково произнесла Глория. - И ты тоже будь осторожна.

Если поспешить, то на хорошей лошади можно было бы обернуться туда и обратно в один день. Однако Глория отправилась в путь не с самого утра. Ее беспокоило другое - найдет она Куэйда в Кроссленде или нет. И она гнала свою лошадь.

В конце концов лошадь выбилась из сил, и Глории пришлось дать ей отдых. Все же она не отважилась разжечь костер, а поела хлеба с сыром и попила ключевой воды. Напоив лошадь, Глория завернулась в плащ и прилегла под деревом. Она хотела немножко подремать, но сама не заметила, как уснула и проспала до утра.

Первые лучи солнца разбудили ее, и она заторопилась дальше. Оказалось, что она совсем немного не доехала до Кроссленда. Через час она уже была в городе, который знала, потому что в детстве часто ездила сюда с отцом. Она вспомнила дружившего с ним аптекаря и отправилась прямо к нему. Если Кроссленд похож на Сили-Гроув, все торговцы должны знать о Куэйде.

Купив склянку для матери, чтобы ей было удобнее разливать свои настойки, она как бы невзначай спросила о Куэйде.

- Приятель моего отца должен был поехать в Кроссленд. Он охотник, и его зовут Куэйд Уилд. Я еще не спрашивала на постоялом дворе, подумала, может, вы знаете...

- И не спрашивай, не теряй зря время, - ответил ей старый аптекарь. Куэйд Уилд в тюрьме.

- Почему? - вскричала Глория, забыв про безразличный тон.

- Друг твоего отца осужден за то, что сбежал от своего хозяина Эйвери Фиска. Прошло много времени, однако наказание настигло провинившегося.

Глория забыла про склянку и помчалась в тюрьму. Там она просила и умоляла до тех пор, пока ей не разрешили свидание с охотником. Куэйд, который чувствовал себя не лучше зайца, попавшего в силки, сидел, скрестив ноги, на полу и смотрел на высокое окно. Он слышал приближающиеся шаги, но не повернул головы. Тюремщик по имени Брэй был не слишком дружелюбен, да и его жена, изредка приносившая узнику еду, тоже не отличалась доброжелательностью. Только индеец Сэм Хоук, убиравший в камере, высказывал к нему некоторый интерес.

Услыхав, как Брэй положил хлеб на скамью и, выйдя, закрыл за собой дверь, он медленно повернулся. Двое вошли, а ушел один.

- Не повезло тебе.

Перед ним стояла Глория в красном капюшоне и широком плаще.

Куэйд, наверное, меньше удивился бы, увидев перед собой ангела с крыльями.

- Глория!

Он вскочил и, прежде чем она успела охнуть, крепко обнял ее.

Несмотря на все беды, Глория была счастлива увидеть радость на лице Js}id`.

- Я.

Она покачала головой, чтобы сбросить с головы капюшон и заглянуть Куэйду в глаза. Он осыпал поцелуями ее лицо, раздвинул ей губы языком и долго не отпускал ее, впитывая в себя сладость долгожданных прикосновений. Глорию словно пронзила молния. Однако Куэйд отодвинул ее от себя.

- Брэй скоро придет, - сказал он, зная, что за ними подсматривают в дырки в потолке. - Как ты живешь?