Патриция Симпсон - В омуте блаженства

Эйфория прошлой ночи прошла. Почему она подумала, что между нею и Коулом что-то начинается? Почему она позволила своему воображению увидеть в его словах больше, чем это было на самом деле - он просто сказал, что ему приятно видеть старого друга. Она идиотка. Ничего не изменилось за тринадцать лет. Она все еще остается идиоткой, и Коул не интересуется ею.

- Могу я предложить вам чего-нибудь выпить? - спросила Джессика, стараясь заморозить свой голос. Коул взглянул на Люси.

- Хочешь чего-нибудь, Люси?

- Только новую голову! - Она улыбнулась и закрыла глаза.

- Грег, - сообщил отец.

Джессика повернулась в ужасе, что он выбрал именно этот момент, чтобы доказать, что он может быть общительным. Он, конечно, был в мятой рубашке, волосы висели прядями. Уголком глаза она увидела, что Коул поднимается, и еще она увидела выражение шока о его глазах.

- Мистер Ворд!

- Как дела, Грег? - Роберт шел по ковру с протянутыми руками.

Джессика молилась, чтобы он не споткнулся и не упал.

Она взяла его за локоть:

- Папа, это Николо Каванетти.

- Кто?

- Ник. Ты помнишь Ника? - Ее голос был сдавленным в напряженным. Пряча страх, она чувствовала, как Коул смотрит на отца и не верит. Как и все, он считал, что Роберт Ворд был удачливым драматургом, разъезжающим по восточному побережью. Этот же худой и слабый человек с висящими волосами, очевидно, давно уже не бывал на Бродвее.

Коулу стоило больших усилий не показать, что он шокирован:

- Вы помните меня, мистер Ворд? Я жил в доме Каванетти.

- О! - Роберт пожал его руну. - Ник! Извини, сынок. Я без очков. Ну конечно. Ник Каванетти! - Он продолжал трясти руку Коула, глядя на него:

- Скажу, что ты вырос. Сколько тебе сейчас, Ник?

- Тридцать пять, сэр.

- Господи Иисусе! Время летит. Ты знаешь, а мне шестьдесят восемь. Я выгляжу на шестьдесят пять, Ник? - Он подошел ближе.

Джессике очень хотелось, чтобы он перестал. Отец выглядел на девяносто, и если бы Коул сказал честно, он сказал бы именно так. Но Коул лишь рассмеялся и похлопал его по руке;

- Вы прекрасно выглядите, мистер Ворд. Джессика взглянула на Коула, его взгляд был таким ошеломленным, что Джессике стало откровенно стыдно.

- А это кто? - спросил Роберт, отпуская руку Коула.

Коул продолжал смотреть на Джессику, которая упорно смотрела в сторону.

- Это врач, Люси Жирар. Люси, это отец Джессики, Роберт Ворд. - Коул положил руку на костистое плечо Роберта. - Он известный драматург.

- В самом деле, мистер Ворд? - Она пожала ему руку. - Я никогда не встречалась с драматургами.

- Никогда не слышали о "Жизни в аду"?

- Нет...

- Ну, ничего, - он улыбнулся, - возможно, она была написана еще до вашего рождения. Вы молоды, мисс Жирар.

- Папа, может быть, ты вернешься к твоему проекту?

- Проекту?

- Да, к тому, о котором ты говорил утром.

- Ах, да. - Он покорно улыбнулся. - Эта сцена... Конечно, я должен вернуться и заняться ею.

- Прежде, чем вы уйдете, мистер Ворд, - прервал его Коул, - я бы попросил вас об одолжении.

- Да?

- Я хотел бы знать, не сдадите ли вы мне в аренду дом для гостей?

- Что? - Джессика задохнулась. Коул не обратил на нее внимания:

- Если вы согласны, мистер Ворд, я хотел бы снять дом для гостей. Роберт моргнул:

- Да, сынок, но этот коттедж не использовался много лет.

- Это хорошо. Мы с Люси приведем его в порядок. Мы сделаем все, что необходимо.

Джессика встряхнула головой и пыталась поймать взгляд отца. Она не хотела, чтобы Коул так близко жил. Он смотрел на отца, но не видел, как ему плохо. Если Коул будет жить в нескольких футах, он на сможет помочь, но узнает, как серьезно положение Роберта.

- Хорошо, но я даже не знаю, где ключи, Ник.

- Мне необходимо находиться рядом с домом Каванетти. Моя мачеха привезла отца из госпиталя, и мне нужно быть рядом, а она не разрешает мне входить в их дом.

- Не разрешает?

Коул покачал головой. Потом он вынул из пиджака бумажник.

- Послушайте, мистер Ворд. Здесь тысяча долларов. Сдайте мне дом на две недели. Это все, что я прошу.

- Нет. - Джессика оттолкнула деньги, пока отец не успел их взять. Она повернулась к Коулу:

- Там слишком много работы. Я сомневаюсь, что дом может быть пригоден для жизни. Вы не захотите там остановиться.

- Возьми себя в руки, Джессика, - запротестовал Роберт. - Я не могу быть таким плохим;

Пойду поищу ключи.

- Папа!

- Для чего же нужны соседи, Джессика, если мы не будем помогать друг другу.

- Ну вот. Не так уж и плохо. - Роберт вошел в большую комнату гостевого домика и огляделся. - Джесс, здесь вообще-то неплохо.

- Пахнет плесенью, - возразила она. Она не входила в этот дом двадцать пять лет, с тех пор, как ушла мать.

Джессика старалась не вдыхать глубоко воздух в коттедже, боясь почувствовать запах духов матери. Она бросила ее и ни разу не обернулась на прошлое. К горлу Джессики подступил комок. Ей было больно находиться в коттедже.

Вошедшая вслед за ней Люси смотрела на стены:

- Должна сказать, что здесь уютно! Посмотрите на эти снимки! - Она смотрела на развешанные в беспорядке фотографии, снимки великих актеров и актрис, начиная с Мери Пикфорд и кончая Мерилин Монро. Многие из них были подписаны. - Посмотри, Коул! - взглянула она, сияя, на Роберта. - Вы знали всех этих людей, мистер Ворд?

- Некоторых. Моя жена была актрисой. Она собирала это.

- Это действительно прелестное местечко! - Люси погладила полосатый диван, потрогала испорченные стулья...

- Это все моя жена. Ее сценические друзья останавливались здесь, когда гостили у нас. - Роберт дрожащей рукой засунул ключ в карман. - Я ничего не менял здесь после ее ухода. Никогда не входил сюда.

- Люси, здесь все покрыто пылью. - Джессика провела пальцами по стеклянному кофейному столику. - Посмотри. И, клянусь, ванная вся заросла плесенью.

- О, прекрасно! - откликнулась Люси. - Я в восторге от этого места. Давай посмотрим кухню, Коул!

Коул взглянул на Джессику и вышел за Люси. Джессика завяла. Все ее труды скрыть отцовский алкоголизм пошли прахом.

- Папа, - процедила она сквозь зубы, - если ты действительно сделаешь это, я могу убить тебя.

- Почему? - Он пригладил волосы. - Ник кажется приятным малым. А эта Люси - просто куколка. - Он понизил голос:

- Ты думаешь, они живут вместе?

Джессика почувствовала боль в сердце, но решила не обращать на нее внимания.

- О чем ты думаешь, папа? - Она повернулась на каблуках и почти выбежала из дома, тут же наткнувшись на Грега Кесслера.

- Я собирался постучать, - произнес Грег, ухмыляясь. - Привет, Джессика.

- Здравствуй, Грег. - Она пошла ему навстречу и почти вытолкнула из гостевого домика.

- В доме никто не отвечал, - объяснил Грег. - Я увидел открытую дверь здесь. И решил сунуть сюда свой нос.

- Отец показывает дом Коулу и Люси.