Мила Бояджиева - Поцелуй небес

Астор посетил с Патрицией собор Святого Иоанна Крестителя, но не для того, чтобы причаститься и исповедаться. Он хотел убедиться, что его не разобьет молнией перед старинной иконой Святого Иоанна, в честь которого назвали его родители, позднего, вымоленного ребенка - Джон. Иоанн улыбался мудро, всепонимающе, и Джон покинул церковь в просветленном состоянии, пожертвовав крупную сумму на приют имени святого. В предзакатную, тихую, золотистую пору, так ласково врачующую душу. А утром, выждав пару нервных часов, позвонил на виллу Браунов и все же разбудил дремавшую еще Тони. Астору пришлось обмануть прислугу, назвавшись именем первого, пришедшего ему на ум модельера. Дора, запыхавшись от волнения и крутой лестницы, растолкала Тони:

- Детка, там тебе Коко Шанель звонит. Деликатный такой!

- Кто- кто? - Тони изумленно таращила глаза, не успев объяснить Доре, что Коко- дама, причем, уже почившая. Из трубки глухо зазвучал незнакомый голос:

- Это Джон Астор. Доброе утро, Антония... Я должен тебя увидеть. От этого зависит моя жизнь. Проси что хочешь, но не отказывай. Тони молчала, сбитая с толку. Голос лорда был похож на механический, каким в кино говорят роботы. Слова и вовсе не были непонятны.

- Ты согласна? Я не сделаю тебе ничего плохого, ты нужна мне... Могу я прислать свой самолет?

- Да, - ответила Тони, все еще не понимая, что от нее требуется. -Завтра.

- Сегодня в 13 часов спортивный MW0318 будет ждать тебя во Флорентийском аэропорту. Назовешь свое имя летчику. Антония опустила трубку. Вот это да! Почему этому мрачному типу удалось так ловко уговорить ее каким-то невнятным бормотанием? С какой стати она полетит куда-то? Впереди еще два дня каникул, которые должны принадлежать бездумному отдыху.

- Вау! - подпрыгнула Тони, сообразив наконец, что начинается новое, заманчивое приключение. Теперь то мадмуазель Браун натворит глупостей, а лорд Астор, конечно же, джентльмен, что скучновато, но в каком-то смысле весьма привлекательно. От Артура отделаться не удастся, да это и к лучшему - опытная дуэнья лишь подчеркивает привлекательность юной особы.

Артур не очень удивился сообщению о приглашении Астора и даже не стал отговаривать Тони:

- Почему бы и не прогуляться? Поглядим, на что способен этот "самый перспективный политик" в частной жизни... Только во что, Тони: по-моему, еще рано ставить в известность родителей о вашей свадьбе. Тони прыснула:

- Не думаю, что сэр Джон Астор способен на двоеженство.

- Двоежонство отпадает, - серьезно заявил Шнайдер. - Но насколько я знаю английских аристократов, после сегодняшних заявлений он обязан на тебе жениться.

...Получилось, что по уровню ясновидения в окружении Тони первое место занял Шнайдер. Уже через неделю Антония получила от Джона официальное предложение. А он еще и не пытался затянуть ее в постель.

События разворачивались с судорожной быстротой, как кадры старых кинофильмов: прогуливающийся джентльмен замечает на балконе отдыхающую девушку, он же, в белых перчатках, вручает ей, смущенно потупившейся, букет пышных бутафорских роз, он же в костюме жениха под руку с невестой спускается по ступеням собора и вот, о ужас! Девица, погнавшись за бабочкой, падает со скалы в морскую пучину, а безутешный молодожен рыдает над вытащенным на прибрежный валун юным трупом в чудесным образом уцелевшим и даже не намокшем кудрявом парике.

Прибывшая в Лондон мадмуазель Браун была доставлена в номер-люкс фешенебельного отеля "Рондо". Шнайдер получил достойный апартамент рядом. К обеду шофер Астора привез девушку к лорду домой, где вначале в дождливом, промокшем, осеннем парке, а потом у пылающего жаром камина состоялась весьма содержательная беседа.

- Антония, я не молод. В ноябре мне исполнится 36 ("как Шнайдеру!" подумала Тони). Многие пророчат мне отличную политическую карьеру. Но даже в случае неудачи мое состояние позволит обеспечить твое существование не хуже принцессы Монако. Ты будешь представлена ко двору, у тебя будут выезды, свой дом и прислуга. Ты сможешь оставить свою работу или сохранить для удовольствия часть самых интересных контрактов. Если пожелаешь - можешь начать любое другое дело

- я окажу тебе финансовую и деловую поддержку, - Астор жадно глотнул воздух, продолжил: - Я здоров, ты можешь получить подробную справку у моего домашнего врача. Я имею довольно необычное, но не претящее женщине хобби. Сейчас я покажу тебе мою, ставшую знаменитой коллекцию. - Он методично шагал рядом с Тони по бесконечной кленовой аллее, не замечая усиливающегося дождя. "Боже, лорд, кажется, хочет предложить мне содержание. Мне - Антонии Браун! - молнией пронеслось в голове Тони. - Я покажу этому наглому аристократишке!"

- Вашего дворецкого не затруднит вызвать мне такси? - светски холодно улыбнулась она. - Но прежде я должна хотя бы просушить обувь. Хочу обратить ваше внимание на не совсем благоприятствующую прогулкам погоду.

Джон смахнул со лба мокрую прядь и робко улыбнулся:

- Простите, простите меня, Антония! Я готовил эту речь уже два дня, как перед выступлением в парламенте. Кажется, я переутомился. Скорее греться в каминный зал - он у меня всегда великолепно протоплен!

Седой, солидный слуга с невидящим взглядом принес вазу с бисквитами и хрустальные бокалы с золотыми гербами.

- Что вы будете пить? Мне кажется, надо что-то погорячее, учитывая грозящую простуду! - Дони открыл - дверцу в дубовой панели, представив подсвеченный изнутри бар.

- У вас нет возражений против шотландского глинтвейна? Конечно, он более приемлем в матросской таверне, но выглядите вы сейчас, как после хорошего шторма. - Астор кивнул слуге. Тони отрицательно покачала головой и поднялась.

- Кажется, мне удалось немного согреться у огня. Благодарю за гостеприимство, но, боюсь, что мне пора. Ваша речь удалась, но адресат выбран неверно. Сэр Астор, вы чрезвычайно щедры в своих намерениях устроить мою жизнь. Увы, я слишком молода для того, чтобы пренебрегать условностями. Кроме того, меня хорошо воспитали!

- Антония! - Астор вскочил. - Антония - вы поняли меня превратно! Я никогда не посмел бы предложить вам... Боже... как вы могли подумать такое! - Астор сморщился как от зубной боли.

- Если я правильно информирована, вы помолвлены с леди Патрицией Грейс, - смиренно опустила ресницы Тони. Искоса она наблюдала за его смущением, за ставшими вдруг не ловкими движениями провинившегося школьника. Казалось, Джон не мог найти слов, прислонившись к камину, он молча созерцая танец огня. " А он мил, решительно - очень мил. И вовсе не стар. Эти скрутившиеся от дождя завитки, грустные умные глаза и какая-то роковая тайна, скрывающаяся за сумасшедшей безрассудностью поступков," думала Тони, загрустив вдруг по несостоявшейся пока в ее жизни любви. Она машинально взяла принесенный слугой горячий напиток и память тела, скорее чем память души, взмолилась о продолжении этого вечера, о том, чтобы Астор остался рядом. Она, как бы на минутку, присела на краешек кресла, задумчиво теребя брелок на запястье.