Евгений Гаглоев - Иллюзион

– Может, просто разбить витрину? – предложил Игорь.

– Представляешь, какой будет грохот? – возразила Катерина. – К тому же зачем разбивать? Здесь даже нет никаких замков!

– Нужно просто поднять стеклянный колпак, – посоветовала Наташа.

Игорь недовольно запыхтел, разозлившись, что не ему пришла в голову такая простая мысль.

– Я приподниму крышку, а вы доставайте бутыль, – сказал вдруг Матвей.

– Только не урони, – прошептала Катерина.

Матвей молча кивнул, обхватил руками стеклянную крышку, напрягся и резко приподнял ее.

– Интересно, – заметил он, – а чем этим вечером заняты нормальные люди?

Катерина сунула руку под колпак, ухватилась за горлышко бутылки и вытащила ее вместе с подставкой. Бутылка оказалась довольно тяжелой.

– Есть! – обрадовался Игорь. – Теперь нам нужно как-то выбраться отсюда.

– Как и собирались, – произнесла Катерина. – Нужно просто открыть окно.

Матвей осторожно водрузил стеклянный колпак на место и с облегчением вздохнул. Ребята повернулись, собираясь подойти к окнам, но в этот момент какая-то темная фигура преградила им дорогу.

– Так-так-так, – раздался знакомый женский голос. – Снова ты, дочь Державина.

Из темноты к ним шагнула высокая, стройная женщина в черном брючном костюме. Из тени показалось ее бледное лицо с тонкими, плотно сжатыми губами. Очков в виде стрекозиных крыльев на ней уже не было.

– Вы?! – выдохнула потрясенная Катерина.

Женщина с зловещей улыбкой кивнула.

Она подошла еще ближе и замерла возле высокого зеркала. Ребята увидели направленный на них небольшой серебристый пистолет.

– Боже… – испуганно прошептала Наташа.

– Это еще кто? – нахмурился Матвей.

– Это графиня Виолетта Шадурская, – медленно проговорила Катерина. – Ей тоже нужна эта бутылка.

– Умная девочка, – произнесла графиня. – А теперь давай-ка ее сюда. Да смотри не разбей. В противном случае я вас просто перестреляю. Не люблю, когда все идет не по-моему.

Но Катерина не спешила отдавать ей вино.

– Откуда нам знать, что вы и так нас не убьете? – тихо спросила она.

– Истинная дочь Державина! – Графиня Шадурская презрительно поджала губы. – Я не желаю вашей крови, дурочка, да и поднимать шум мне не выгодно. Мне нужна лишь бутылка. Я ищу ее уже много лет и наконец напала на след. Но тут появились вы и спутали мне все карты!

– Зачем вам это вино? – недоуменно спросил Игорь. – Почему вы все так рьяно за ним охотитесь?

– Не все ли тебе равно? – вопросом на вопрос ответила графиня. – А Бестужеву потом передайте, что он снова проиграл! Я наперед предвижу все его ходы!

– Это вы помогли Пельту сбежать из клиники? – спросила Катерина.

– Ну и что с того! Мне нужен был партнер в этом деле. Пришлось кое-кому заплатить. С сумасшедшим бароном трудно ладить, но иногда и он бывает полезным. Эдуард стал моими глазами и ушами! Вы ничего не замечали, а он следил за каждым вашим передвижением последние два дня.

Наташа громко охнула. Игорь напрягся и сжал кулаки. Катерина продолжала прижимать к груди заветную бутылку.

– Я не могу отдать ее вам! Бестужев что-то скрывает о наших отцах и только за это вино согласен рассказать правду!

– Правду? – Графиня презрительно фыркнула. – Задайте себе вопрос, а действительно ли вы хотите ее знать? Иная правда опаснее ножа и смертоноснее пули! Стоит ли ворошить то, что давно поросло плесенью? Мне эта бутылка куда нужнее!

– Но зачем?! – воскликнула девочка. – Что происходит? Для чего все это?

Графиня улыбнулась, обнажив мелкие зубки, и снова нацелила свой пистолет.

– Не собираюсь ни перед кем исповедоваться, – сказала она. – Отдавай бутылку, мерзавка! Иначе я начну по одному убивать твоих друзей. И начну вот с этого красавчика!

Дуло пистолета двинулось в сторону застывшего Матвея.

В этот момент началось лунное затмение.

Сияющий круглый диск луны за высоким окном начал медленно темнеть по левому краю. Контуры ночного светила постепенно принимали багровый оттенок. Зрелище завораживало. Но все внимание ребят было приковано к направленному на Матвея пистолету.

И тут в тишине зала послышалось тихое постукивание. Оно раздавалось одновременно со всех сторон, постепенно сливаясь в мелодичный переливчатый перезвон. Словно крохотные хрусталики соприкасались друг с другом и звенели, заполняя пустоту залов своими переливами.

Графиня Шадурская переменилась в лице. Ее холодная решимость вдруг сменилась откровенным испугом. Пистолет дрогнул в руке женщины.

– О, нет… – в страхе прошептала она.

Ребята с недоумением оглядывались по сторонам, пытаясь понять, откуда идут эти странные звуки. Ничего подозрительного. Но тут Катерина взглянула на одно из зеркал, висевшее поблизости.

– Это зеркала, – тихо сказала девочка. – Звук идет от зеркал…

Действительно, странные звенящие звуки издавали зеркала, висевшие на стенах зала. Тонкий звон, хрустальные переливы, легкое постукивание.

Точно такой же звук Катерина слышала вчера у себя в комнате! Он раздавался за стеной, в потайной каморке, как раз перед тем, как появилась странная незнакомка.

Вдруг по гладким поверхностям зеркал пошла рябь, будто это было и не стекло вовсе, а жидкая ртуть. Это длилось всего лишь мгновение, потом все стихло, и зеркала снова стали гладкими. Катерина медленно подняла руку с бутылкой. Ее отражение повторило движение. Но не одновременно с ней, а спустя какую-то долю секунды. Девочка почувствовала, как волосы зашевелились у нее на голове.

Графиня с перепуганным видом оглядывалась по сторонам. Но пистолет она все еще держала в руках, правда заметно дрожащих.

– Что здесь происходит? – испуганно спросил Игорь.

– Глядите! – воскликнул потрясенный Матвей.

Парень пошевелил руками, развел их в стороны, затем поднял над головой. Отражение повторило все его движения, но с небольшим опозданием. И тут Катерина вдруг вспомнила слова Эдуарда Пельта, там, в театре. Он говорил именно об этом! «Когда твой зеркальный двойник не будет поспевать за тобой», что-то в этом роде!

Значит, те, о ком предупреждал Пельт, уже близко. Но кто они?

Самое большое зеркало в зале вновь дрогнуло, и на нем отчетливо стала видна сильная рябь. Ребята в ужасе попятились от него. Их отражения, да и отражения всех окружающих предметов стали вдруг прозрачными, а где-то в самой глубине зеркала возник темный силуэт!

Графиня Шадурская, стоявшая спиной к зеркалу, ничего этого не видела. Она в ужасе крутила головой по сторонам. Затем крикнула Катерине: