Эндрю Робертс - Смерч войны

Немцам не удавалось сбросить русских в Волгу, и 24 сентября Гитлер снял Гальдера с поста начальника генерального штаба. «После совещания, — написал Гальдер, — прощание с фюрером. Мои нервы не выдерживают, его тоже поизносились. Мы должны расстаться. Гитлер говорил о необходимости воспитывать в генеральном штабе фанатическую веру в Идею. Он настроен на то, чтобы навязать свою волю всей армии» [759] eds. Burdick and Jacobsen, Haider War Diary, p. 670. . Гитлер назначил на место Гальдера бригадного генерала Курта Цейтцлера, имевшего репутацию человека, «грубого с подчиненными», но «уступчивого в отношениях с начальниками» и, конечно же, демонстрировавшего полное подобострастие перед Гитлером [760] Ibid.,р.671. .

«Все лето между нами ежедневно возникали пререкания», — говорил Гальдер в Нюрнберге о своих отношениях с Гитлером. Последней каплей стали наши разногласия по поводу наступления на Кавказ и Сталинград. Я считал это ошибкой, Гитлер со мной не соглашался. Я сказал ему, что у русских будет еще один миллион человек в 1942 году и еще миллион в 1943-м. Гитлер назвал меня идиотом, сказал, что с русскими практически покончено. Когда я обратил внимание Гитлера на русский потенциал в наращивании вооружений, особенно танковых, он разъярился и набросился на меня с кулаками. Гитлер издал несколько приказов Восточному фронту, вступавших в противоречие с рекомендациями военных специалистов. Это привело к неудачам. Он обвинил армию в поражении, заявив, что она делает все это намеренно. Тогда я возмутился, застучал кулаками по столу—в общем, устроил сцену… Мое поведение можно объяснить тем, что я прослужил в штабе двадцать лет, работал со многими высшими офицерами, и мы никогда не конфликтовали и всегда ладили друге другом» [761] Goldensohn, Nuremberg Interviews, p. 294. .

Фундаментальной причиной поражения Германии на Восточном фронте следует считать постоянную вражду между ОКХ и ОКВ. Гитлер обвинял армейское руководство в снобизме, подозревал в нелояльности и презирал генералов за чрезмерную осторожность. У него не было постоянного консультативного экспертного органа типа ставки в Москве, комитета начальников штабов в Лондоне или объединенного комитета начальников штабов в Вашингтоне. Он обходился полуденными Lagevortrag (оперативными совещаниями), на которых Йодль представлял ежедневные военные оценки Варлимонта. Гитлер давал распоряжения через Йодля и Кейтеля, он им доверял, но генералы ОКХ невзлюбили их за лизоблюдство перед фюрером. Приказы не обсуждались с главнокомандующим Браухичем, он должен был их просто исполнять. Эта система почти преднамеренно исключала всякую возможность использовать лучшие умы в иерархии вермахта.

30 сентября Гитлер выступил по радио, пообещав германскому Voks (народу), что Сталинград вот-вот падет. Однако с наступлением темноты вечером того же дня 39-я гвардейская пехотная дивизия генерал-майора Степана Гурьева переправилась через Волгу, чтобы оборонять завод «Красный Октябрь»: эту операцию Гурьев не прекратил даже тогда, когда немецкие гранаты начали взрываться у входа в его командный пункт. Вот как описывал свое положение в штабе армии 1 октября Чуйков: «Чад, дым, нечем дышать. Кругом рвутся снаряды и бомбы. Грохот такой, что хоть во все горло кричи, все равно ничего не услышишь… Нередко были случаи, когда обеспечивающие наши разговоры радисты погибали с микрофоном в руках». Когда штаб фронта запрашивал, живы ли они и где находятся, штаб Чуйкова отвечал: «Сидим там, где больше всего огня и дыма» [762] Chuikov, Beginning of the Road, pp. 167—169. Чуйков В.И. Начало пути. М.: Воениздат, 1959. . И все это происходило еще до генерального наступления Паулюса.

Три огромных завода и их поселки в октябрьские дни 1942 года стали аренами кровавых жертвоприношений. По словам Чуйкова, 308-я стрелковая дивизия полковника Л.Н. Гуртьева отбила «не меньше ста яростных атак немцев» [763] Ibid. , p. 165. . На Тракторном заводе, располагавшемся севернее «Баррикад», в полку Маркелова после двадцати четырех часов непрерывного боя оставалось только одиннадцать человек, но они продолжали сражаться [764] eds. Beevorand Vinogradova, Writer at War, p. 177. . И вплоть до главного наступления Паулюса 14 октября на Тракторном заводе не прекращался ремонт танков и орудий, а бои шли за каждый цех — сортовой, калибровый, литейный, склад готовой продукции, — несколько раз переходивший из рук в руки. Целый день немцы пытались взять штурмом бани в поселке завода «Красный Октябрь», они тоже пять раз переходили из рук в руки, но русские отстояли их. Только за один день, 5 октября, Чуйков насчитал две тысячи вражеских самолетовылетов. Он относился к жутким потерям стоически. «Конечно, потери людей — тяжелое дело, но война есть война», — писал генерал [765] Chuikov, Beginning of the Road, pp. 171 —172, 240. .

На рассвете в понедельник, 14 октября 1942 года, 6-я армия вновь двинулась на штурм города — на этот раз Паулюс решил вынудить войска Чуйкова уйти с правого берега Волги. Он бросил в наступление на заводской район три полноценные пехотные дивизии и триста танков. Чуйков отправил всех женщин и раненых за Волгу, и в ночь на 15 октября многим из 3500 бойцов, раненных за день боев, приходилось ползком добираться до медпунктов, поскольку не хватало ни санитаров, ни носилок [766] eds. Beevorand Vinogradova, Writer at War, p. 175. . Возле одной из переправ у заводского района, называвшейся «переправой 62», уцелело единственное здание, и в нем не было ни одного кирпича, не избитого пулями и осколками снарядов и мин. Навечно оставил о себе память героизм 138-й Краснознаменной стрелковой дивизии полковника Ивана Людникова. Она сорок дней удерживала крохотный, семисотметровый, плацдарм на берегу Волги у поселка завода «Баррикады», окруженный немцами с трех сторон. Это легендарное место вошло в историю Сталинградской битвы как «остров Людникова».

«Женщины в героизме не уступали мужчинам», — писал Чуйков. Несмотря на беспрецедентную жестокость боев в Сталинграде, женщины находились рядом с мужчинами на передовых позициях. Санитарки, нередко в возрасте пятнадцати лет, выносили раненых с поля боя (вместе с оружием), женщины-хирурги делали операции в лазаретах, женщины служили телефонистками (одна из них была дважды за день погребена под завалами, но продолжала поддерживать связь), радистками, зенитчицами, матросами на судах Волжской флотилии, пилотами, которых немцы прозвали «летающими ведьмами». Женщины, как правило, сдавали донорскую кровь. Если Сталинград и был «скотобойней», то в равной мере и для мужчин, и для женщин. В годы Великой Отечественной войны на передовых позициях воевали в общей сложности 490 000 женщин и еще 300 000 женщин служили в частях, не связанных непосредственно с боями [767] Предисловие Джона Эриксона к изданию: ed. Krivosheev, SovietCasualties, p. ix; Braithwaite, Moscow 1941, pp. 111—113. . Конечно, нацистская идеология никогда не позволила бы вермахту допустить нечто подобное в немецких войсках, в то же время в России все признают важную роль женщин в достижении победы над Германией. До сорока процентов фронтовых врачей были женщины; выпускницы Центральной снайперской школы уничтожили 12 000 гитлеровцев; три полка 221-го авиационного корпуса были исключительно женскими; 33 женщины стали Героями Советского Союза [768] Braithwaite, Moscow 1941, pp. 111 — 113. По другим данным, в годыВеликой Отечественной войны Звездой Героя Советского Союзабыли награждены 87 женщин. . В летописи Сталинградской битвы несть числа поистине героическим подвигам простых солдат и офицеров. Об одном из них, совершенном в заводском районе бойцом батальона морской пехоты матросом Михаилом Паникако, рассказал в своих мемуарах Чуйков. На окоп, в котором укрывался Паникако, двигались сразу несколько танков: